История и культурология 9

И был к врагам непримирим!

 

Е. Винокуров. Из стихов о детстве     Психология жизни в осажденной крепости, ожидание войны, необходимость быть бдительными в окружении многочисленных внешних и внутренних врагов прочно вошли в сознание предвоенного общества.     Культура     В 20-30-е годы сложные и противоречивые процессы происходили в сфере культуры. Вызванная революцией к жизни стихия разрушения нанесла ощутимый удар по православной культуре, культуре русской провинции, усадебной культуре.

 

Вместе с тем революция не могла в одночасье погасить творческую энергию русского культурного возрождения. Именно его импульсами объясняется появление в начале 20-х годов многих новых художественных течений, научных школ в социологии, психологии, педагогике, естественных науках.   Несмотря на тяготы гражданской войны, организовывались фольклорные и этнографические экспедиции, создавались новые музеи, издательства. Одно из самых известных — издательство «Всемирная литература», которое проводило большую просветительскую работу.

 

В его редколлегию входили М. Горький, А. Блок, Н. Гумилев, Е. Замятин, К. Чуковский. Появилось много литературных кружков и студий, в которых занимались люди из различных социальных слоев, руководили ими известные литераторы, такие, например, как В.

 

Ходасевич, А. Белый.

 

Широкий размах приобрело самодеятельное театральное движение.   Таким образом, в революции одновременно проявилась как разрушительная, так и созидательная сила. Доминирование разрушительных тенденций объяснялось не только тем, что революция сама по себе призвана прежде всего разрушать, но и тем, что в активные действия в большинстве своем были вовлечены не культурные, способные к положительной работе силы, а самые неразвитые и темные.

 

По мере того как эти силы все более утверждались в государстве, они подминали под себя и ту стихию творческой энергии, которая пробивалась на начальном этапе революции.

 

Важное место в культурной жизни 20-х годов заняли дискуссии об отношении к культурному наследию прошлого и о том, какой должна быть новая культура. Сторонники левых течений считали необходимым отказаться от буржуазной культуры, порвать с прошлым, создать нечто абсолютно новое вне исторических и культурных традиций. В 1917 г. была образована организация «Пролетарская культура» (Пролеткульт), члены которой были противниками старой культуры и выступали за создание новой, настаивая на том, чтобы она была чисто пролетарской, т.е. должна адресоваться пролетариату и создаваться только пролетарскими художниками и писателями.   Кроме того, представители авангарда считали, что искусство является средством преобразования социальной действительности и воспитания нового человека. Важнейшее положение их эстетической системы: искусство — не только способ отражения реального мира, реальной действительности, но и средство ее преобразования, изменения. Видным деятелем Пролеткульта А. Гастевым был введен термин «социальная инженерия». Применительно к искусству он означал радикальную перестройку его средствами не только социальной жизни, но и психики человека. Один из лидеров группы «Левый фронт» (ЛЕФ), футурист С.

 

Третьяков, писал, что «работник искусства должен стать психо-инженером, психо-конструктором…».   Идея «ковки нового человека» средствами литературы и искусства была одной из центральных в дискуссиях творческой интеллигенции 20-х годов, ее разделяли представители различных течений русского авангарда. Поисками новых выразительных форм для решения этой задачи в литературе были заняты группа ЛЕФ, в которую входили В.

 

Маяковский, Д. Бурлюк, О.

 

Брик, в театре — Вс.

 

Мейерхольд, в архитектуре — К. Мельников, в кино — С. Эйзенштейн, Г.

 

Козинцев и многие другие. В изобразительном искусстве левые течения были представлены: Обществом художников-станковистов (ОСТ), группой «4 искусства» (К. Петров-Водкин, П. Кузнецов), Обществом московских художников (ОМХ) (П. Кончаловский, И. Машков, А. Лентулов, Р. Фальк), конструктивистами (В. Татлин, Л. Лисицкий) и др.

 

Сторонники левых течений в силу своей революционной природы оказались в центре социального взрыва, первыми стали сотрудничать с новой властью, видя в ней родственную им силу. Они приняли участие в реализации плана монументальной пропаганды, занимались «революционным» оформлением городов. М.

 

Шагал, один из «отцов-основателей» современного искусства, а в годы революции — комиссар Наркомпроса, позже писал об этом времени: «…Ленин перевернул Россию вверх ногами точно так же, как я поступаю в своих картинах».   Выдвинутая авангардом фундаментальная концепция создания нового человека стала главной задачей советской культуры. Однако в вопросе о выразительных средствах и формах новой культуры правящая партия сделала выбор в пользу традиционализма и реализма, директивным порядком запретив эксперименты в этой области (постановление ЦК ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций» от 23 апреля 1932 г.) и объявив социалистический реализм единым и обязательным художественным методом для советской литературы и искусства. Этот выбор был сделан в значительной степени в связи с убеждением большевиков в том, что новая культура, которой придется обращаться к недостаточно образованным и культурным слоям населения, должна использовать наиболее привычные и понятные для этих социальных слоев формы.   В Уставе Союза советских писателей, созданного в 1934 г., формулировались основные принципы нового метода, указывалось, что он «требует от художника правдивого исторически конкретного изображения действительности в ее революционном развитии. При этом правдивость и историческая конкретность художественного изображения действительности должны сочетаться с задачей идейной переделки и воспитания трудящихся в духе социализма».   Одной из главных задач советского искусства стало создание образа положительного героя, активного преобразователя жизни, беззаветно преданного партии и государству, на которого должны были равняться все советские люди, особенно молодежь.

 

Отличительной чертой искусства стал социальный оптимизм. Им пронизаны романы М. Шолохова, Л. Леонова, В. Катаева, Н.

 

Островского, фильмы «Чапаев» С. и Г. Васильевых, «Земля» А. Довженко, «Депутат Балтики» И. Хейфица и А. Зархи, «Комсомольск» С.

 

Герасимова, трилогия о Максиме Г. Козинцева и др.   Наиболее талантливые произведения тех лет отразили сохранившуюся инерцию революционного подъема, романтическое видение событий революции и гражданской войны, энтузиазм созидателей нового общества, искренне веривших в возможность осуществления своей мечты.   В 30-е годы художественная культура становилась все более канонической, в ней утвердилась строгая иерархия жанров и тем. Она откровенно ориентировалась на «социальный заказ» правящей элиты.

 

Например, уделяя большое внимание показу событий революции и гражданской войны, созданию образов вождей, художники, писатели, кинематографисты зачастую сознательно создавали картины и образы, имевшие мало общего с реальной действительностью. Так, в официальных портретах Сталина исчезали недостатки его физического облика — перед зрителями представал не живой, реальный человек, а символ, олицетворение идеи. Одновременно существенной трансформации подвергалась в литературе и искусстве отечественная история.   Преображению на основе идеологических установок подлежало не только прошлое, но и будущее. Так, появившиеся в 30-е годы в качестве ответа на рост военной угрозы «оборонная литература», «оборонный кинематограф» изображали в полном соответствии с официальными прогнозами будущую войну как лихой поход, как мгновенную победу над врагом без жертв и трудностей. Например, герой фильма «Танкисты» был послан в разведку, но перевыполнил задание — начал военные действия, добрался до Берлина и взял в плен Гитлера.

 

После начала войны один из руководителей Союза писателей А. Сурков вынужден был признать, что «…до войны мы часто дезориентировали читателя насчет подлинного характера будущих испытаний. Мы слишком облегченно изображали войну. Я не хочу никого обижать, но лозунги «и в воде мы. не утонем, и в огне мы не сгорим», «кипучая, могучая, никем непобедимая…» культивировали бездумное самолюбование… До войны мы читателю подавали войну в пестрой конфетной обертке, а когда эта конфетная обертка 22 июня развернулась, из нее вылез скорпион, который больно укусил нас за сердце,- скорпион реальности трудной, большой войны».         Специфика массовой аудитории 30-х годов (прежде всего низкий уровень образования и культуры) не только обусловливала ее интерес к наиболее понятным и доступным формам культурной жизни (особенно к кинематографу), но и делала их чрезвычайно действенными. Б. Бабочкин, анализируя успех фильма «Чапаев», писал, что для зрителей 30-х годов непосредственность восприятия фильма, «полная вера в подлинность, первозданность происходящих событий приближалась к своему абсолюту, к своим ста процентам». Визуальные экранные образы, как и герои литературы, прочно входили в сознание людей, воспринимались ими с большим доверием. Возможности искусства активно использовались правящей элитой для создания мифа о счастливой жизни народа, строящего социализм, для манипулирования общественным сознанием.   Главным критерием оценки произведений культуры в 30-е годы являлось их соответствие официальной идеологии. С деятелями культуры, произведения которых не соответствовали жестким требованиям «социалистического реализма», велась непримиримая борьба. Так, во второй половине 30-х годов была проведена кампания за преодоление в искусстве «формализма» и «натурализма». В формализме обвинялись Д. Шостакович, С. Эйзенштейн, Н. Заболоцкий, Ю. Олеша, И.

 

Бабель. Художники А. Лентулов и Д. Штеренберг были названы «пачкунами со злостными намерениями».

 

Важнейшей особенностью советской культуры стал жесткий контроль над ней со стороны партии и государства. Уже в 20-е годы были национализированы учреждения культуры, начала складываться система управления ею, которая просуществовала вплоть до 90-х годов. В 1922-1923 гг.

 

были созданы Главлит и Главрепертком, которые следили за соблюдением цензурных требований в прессе и за репертуаром театров и кинотеатров.   Еще более усилился партийно-государственный контроль за различными сферами культурной жизни в 30-е годы. Тогда были созданы творческие союзы, вне которых работа деятелей культуры была невозможна, а также ряд специальных органов, осуществлявших централизованное руководство культурой: Всесоюзный комитет по радиовещанию, Комитет по делам искусств, Главное управление кинематографии, Всесоюзный комитет по делам высшей школы и др.   По отношению к культурному наследию был провозглашен принцип «овладения» им, т.е. признавалась необходимость культурной преемственности, сохранения традиции. Однако под овладением подразумевалось переосмысление, переоценка духовного наследия прошлого под углом зрения классовых интересов пролетариата. Всю культуру разделили на прогрессивную и реакционную, которую можно и нужно было отбросить. В результате для целого ряда поколений советских людей литература, искусство, философия начала XX в. остались неизвестными, поскольку оценивались как упадочнические и декадентские.

 

В 30-е годы усилился прагматический, утилитарный подход к культуре, ее развитие напрямую увязывалось с решением текущих хозяйственных задач.

 

В условиях форсированной индустриализации одной из важнейших задач культурной революции была признана быстрая подготовка достаточного количества работников, обладающих необходимыми знаниями и умениями. Если накануне Октябрьской революции три четверти взрослого населения России не умели ни читать, ни писать, то уже к середине 30-х годов подавляющая часть взрослого населения стала грамотной. В этот период быстро развивалась не только начальная, но и средняя и высшая школа.

 

Как и в других областях культуры, в системе образования последовательно осуществлялся классовый подход. Преимущественным правом поступления в вузы пользовались выходцы из рабочих и крестьян, прием «социально чуждых элементов» был ограничен.   Анализ социокультурных процессов этого периода показывает, что советская культура формировалась как культура городская, индустриальная. В этом качестве она противостояла не только культуре буржуазной, но и культуре крестьянской. По сути своей она была массовой культурой. В ней тесно переплетались процессы, свойственные культуре эпохи индустриальных революций, и специфические, обусловленные своеобразием развития советского общества. К первым следует отнести прежде всего демократизацию культуры и образования, возникновение и распространение новых видов искусства, основанных на использовании технических средств (радио, кино), благодаря которым достижения культуры стали доступны самым широким слоям населения, формирование массовой культуры.   Спецификой советской культуры стала ее глубокая идеологизация, директивное утверждение единого художественного метода (унификация культуры), ограничение свободы творчества, утрата значительной части культурного наследия, аннигиляция (уничтожение) культурных традиций, возведение массовой культуры в ранг официальной, утилитарное отношение к ней, изоляция, оторванность от мировой культуры.   Если оценивать послереволюционное развитие России с точки зрения разрешения общественных противоречий, то можно сделать следующие выводы.

 

В ходе революции и гражданской войны были сняты противоречия, которые касались насущных, злободневных потребностей и интересов беднейшей части населения, не требовали больших интеллектуальных усилий, мобилизации значительных средств. Выбранный правящей партией на рубеже 20-30-х годов курс на форсирование социалистического строительства объективно, по сути, был своеобразной формой цивилизационного рывка, в ходе которого в значительной степени было ликвидировано технологическое отставание от уровня западных стран. Главным средством его осуществления явилось государство тоталитарного типа, т.е. стремящееся к тотальному (всеобщему) контролю за всеми сферами общественной жизни.

 

В рамках советской системы решались задачи трансформации российского общества в индустриальное и городское. Она оказалась единственно реализуемым средством противодействия процессам дезорганизации, распада общественных структур.   Тоталитаризм не изменил основного направления развития материальной базы российского общества, явившегося общим для всей современной техногенной цивилизации. Он в чем-то даже ускорил этот процесс, заставив, однако, народ заплатить за него более высокую цену (колхозное крепостничество, массовые репрессии, низкий уровень жизни, отсутствие гражданских свобод и т.д.). Утверждение именно такого типа политической системы не может рассматриваться только как результат насилия. Она не смогла бы просуществовать в течение столь длительного времени, если бы не имела социальной почвы и не получила широкой поддержки, если бы не решала своими методами действительно насущных проблем общественного развития.   К концу 30-х годов большевики переходят на государственные, даже имперские позиции. Советская Россия стала рассматриваться правящей элитой как самодостаточное государственное образование со своими интересами, в том числе геополитическими. Логика развития системы, выросшей из партийной диктатуры, отбросила многие исходные идеологические установки, в том числе утопическую идею отмирания государства. Вместо этого на практике утвердилось «сверхгосударство».  14.3.

 

Советское общество в годы войны и мира.

 

Кризис и крах советской системы (40-80-е годы)       Общая характеристика     В этом периоде истории советского общества, как и в предыдущем, можно выделить ряд этапов. Первый из них — годы второй мировой войны. На этом этапе советской системе пришлось выдержать испытание на прочность в условиях тяжелейшей войны.   После окончания второй мировой войны изменилась геополитическая структура мира. СССР приобрел статус ведущей мировой державы. США, меньше других стран пострадавшие в годы войны, после ее окончания стали играть роль мирового лидера в международных делах. Это новое соотношение сил, разделившее мир на два блока, нашло оформление в виде НАТО и организации Варшавского Договора. Произошел раскол послевоенного мира, началась холодная война. Сложные внешнеполитические условия наложили отпечаток на внутреннее развитие страны. Конец 40-х-начало 50-х годов — время восстановления разрушенного в годы войны, налаживания мирной жизни. Однако выбранная правящей партией система приоритетов внутренней политики, возвращение к репрессиям привели к обострению ряда проблем.

 

После смерти Сталина в 1953 г. советское руководство попыталось решить эти проблемы, не меняя кардинально сложившуюся систему.

 

Период с 50-х до середины 60-х годов — время хрущевской «оттепели», критики культа личности Сталина, попыток проведения реформ. Однако положительный эффект от них был кратковременным, многие ожидания не оправдались. Во второй половине 60-х годов попытки реформ сходят на нет и начинается период, получивший условное название «застоя». Главной в 60-80-е годы стала тенденция к консервации общественной системы. Отказ от проведения реформ привел к обострению нерешенных социально-экономических и политических проблем. Все больше «вызовов» истории требовали безотлагательного ответа — глобализация мирового экономического и политического развития, новый этап научно-технической революции, приведший к распространению информационных технологий, проблемы экологии и др.   С середины 80-х годов новое советское руководство во главе с М. Горбачевым предприняло последнюю попытку ответить на эти вызовы, оставаясь в рамках социалистической парадигмы. Несостоятельность этих попыток привела в 1991 г. к краху советской системы.     Идеология. Политическая система     На протяжении 40-80-х годов ориентация общества на построение коммунизма как главной цели развития сохранялась. Это не значит, что в официальной идеологии не происходило никаких изменений, однако они имели частный характер, не затрагивали ее основных выводов и положений. При этом постепенно усиливалась обратная зависимость теории и практики: если раньше социальная действительность конструировалась в соответствии с идеологическими представлениями, то на последних этапах существования советской системы социально-экономическая и политическая реальности заставляли разрабатывать соответствующие им теоретические конструкции. Так, в конце 60-х годов, когда стала очевидной несостоятельность третьей партийной программы, обещавшей построить коммунизм за 20 лет, была разработана концепция «развитого социалистического общества».

 

Она ориентировала общество на гораздо более длительное, постепенное движение к коммунизму.

 

Война с гитлеровской Германией потребовала предельной мобилизации, крайнего напряжения всех сил для защиты страны. В этих условиях власть впервые использовала не только традиционные для нее классовые лозунги, призывая к защите завоеваний социализма, но и национально-патриотические. Война с Германией была объявлена священной войной в защиту Отечества, впервые изменились однозначно негативные оценки дореволюционной истории России, началась пропаганда традиций отечественного военного искусства, побед русского оружия.   Для расширения своей социальной опоры, особенно в деревне, власть сочла необходимым опереться не только на национальные традиции, но и на религиозные чувства людей. Это привело к смягчению государственной политики по отношению к церкви. И наконец, в годы войны впервые общечеловеческие, национально-государственные интересы были поставлены наравне с классовыми, была продемонстрирована возможность успешного сотрудничества государств с различным общественно-политическим строем.   Оценивая эффективность политического руководства в годы войны, некоторые историки приходят к выводу, что советская система потерпела сокрушительное поражение, оказалась неспособной своевременно найти оптимальные решения стоящих перед страной задач. Действительно, поражения 1941-1942 гг. были следствием ошибок и просчетов предвоенной политики.

 

Однако вывод о полной несостоятельности системы вызывает сомнение. Политический режим оказал противоречивое воздействие на ситуацию в те годы. Вначале общество как бы пожинало результаты неэффективности действия системы в условиях очень сложной предвоенной ситуации, которая требовала одновременного решения сразу нескольких задач на основе взвешенного анализа, т.е. того, что было несвойственно советской политической системе. В годы войны ситуация упростилась, обозначилась единая цель общества — спасение Отечества.   Советская система, которая изначально складывалась как система реализации одной или очень немногих целей, признававшихся общественно значимыми, в годы войны оказалась достаточно эффективной, позволила быстро сконцентрировать усилия общества на решении военных задач. На время исчез разрыв между властью и народом. Стремление системы к защите самой себя совпадало с интересами народа, причем тем больше, чем энергичнее власть сражалась за свои завоевания. В сочетании всенародного порыва и организующей силы руководства и заключалось главное условие победы. Она серьезно укрепила авторитет Сталина, коммунистической партии, всей системы в целом, причем не только внутри страны, но и в мире.   Размышляя об этом, философ Г. Федотов писал: «Наши предки, общаясь с иностранцами, должны, были краснеть за свое самодержавие и свое крепостное право. Если бы они встретили повсеместно такое же раболепное отношение к русскому царю, какое проявляют к Сталину Европа и Америка, им не пришло бы в голову задуматься над недостатками в своем доме».

 

Писатель-фронтовик Ф. Абрамов точно передал настроение тех лет: «Опьяненные победой, зазнавшиеся, мы решили, что наша система идеальная, и не только не стали улучшать ее, а наоборот, стали еще больше догматизировать».

 

Победа принесла дух свободы, но одновременно создала психологические механизмы, которые блокировали его дальнейшее развитие.   Задачи восстановления экономики, налаживания нормальной мирной жизни власть начала решать в условиях высокого кредита доверия со стороны народа. Однако постепенно сложившаяся в годы войны общность «народ-власть» начала раскалываться. Это происходило по мере формирования комплекса «обманутых надежд» снизу и обозначения признаков кризиса правящей элиты. Последний проявился в том, что в изменившихся условиях власть попыталась сохранить прежние формы и методы управления, рассчитанные на экстремальные условия. Но поскольку война уже закончилась, власть вынуждена была искусственно создавать атмосферу чрезвычайности, разыгрывая вновь карту военной угрозы, организовав ряд пропагандистских кампаний, которые нагнетали подозрительность, недоверие, заставляли искать внутренних врагов. Холодная война, борьба против «низкопоклонства» перед Западом перечеркнули результаты сотрудничества с союзниками по антигитлеровской коалиции. Начался новый виток репрессий, который остановила только смерть Сталина.   Период 50-60-х годов — чрезвычайно сложный, драматический в развитии советского общества. В это время были предприняты попытки обновить различные стороны общественной жизни. Необходимость перемен была очевидна для нового руководства, однако правящая элита считала, что нужны лишь частичные реформы, которые бы устранили негативные явления в экономике, социально-политической, культурной сферах. Жизнеспособность советской системы в целом сомнению не подвергалась, цель (построение коммунизма) оставалась неизменной.

 

Отсюда — половинчатость, непоследовательность в проведении реформ.

 

Советские лидеры 50-60-х годов — Н. Хрущев, Г. Маленков, В. Молотов — принадлежали к тому поколению советских руководителей, чье мировоззрение формировалось в годы гражданской войны, они составляли костяк «сталинской гвардии». В 60-70-е годы ключевая роль в управлении советским обществом, определение характера и темпов его развития переходят к «новому классу» — классу управляющих. После отстранения от власти Хрущева происходит окончательное оформление этой социальной группы как мощной политической силы. Имея большие льготы и полномочия, высший слой партийных и хозяйственных функционеров был до середины 50-х годов лишен личной безопасности, испытывая страх за свою судьбу и карьеру. Сталин репрессиями и подачками держал номенклатуру в узде, блокировал ее стремление окончательно превратить власть в собственность.

 

После его смерти правящая элита освобождается от страха за свою жизнь, обретает стабильность. Основная часть аппарата 60-80-х годов — люди, начинавшие карьеру уже после репрессий 30-х годов. Они не были фанатиками социалистической идеи, марксистская идеология была для них лишь привычной риторикой.   Стремясь к стабилизации, советское руководство в 70-80-е годы вступило на путь свертывания критики сталинизма, полагая, что дальнейшее углубление этой темы породит сложности во внутриполитической жизни страны. Теоретическая установка партийных идеологов рассматривать советскую политическую систему полностью тождественной общественному строю, а любые попытки ее обновления трактовать как покушение на социализм не позволили осуществить изменения в политической системе в годы брежневского правления.   С завершением процесса формирования номенклатурной системы фактически утрачивает свой элитный статус коммунистическая партия, хотя формально она остается стержнем политической системы, более того — делается вывод о «возрастании руководящей роли партии». На деле реальная власть была сосредоточена в исполнительных органах партии, в руках номенклатуры.

 

Правящая элита стала закрытой социальной группой, заинтересованной в сохранении собственной власти, а не в решении назревших общественных проблем.

 

Система управления становилась все более громоздкой, неповоротливой, малоэффективной. Например, за брежневское двадцатилетие число общесоюзных и республиканских министров выросло с 29 до 160. Закрытость советской системы, недемократичность, отсутствие обратной связи между властью и народом породили ее глубокий кризис, а затем и разложение.     Экономическое развитие советского общества     В годы войны народное хозяйство страны, несмотря на тяжелые потери, ценой героических усилий рабочих и крестьян, интеллигенции в целом успешно решило задачу экономического обеспечения победы.

 

После окончания войны советское руководство вернулось к довоенной модели и методам проведения экономической политики. Это значит, что приоритетным направлением осталась тяжелая промышленность, причем ее развитие осуществлялось не только в ущерб аграрному сектору, сфере потребления, социальным программам, но во многом за их счет.   Обретение статуса великой державы, противоборство с США заставили тратить огромные средства на армию. Военно-промышленный комплекс занял исключительное положение, которым он не обладал ни до, ни даже во время войны. Значительная часть государственного бюджета расходовалась на осуществление атомного проекта, а впоследствии — на программу освоения космоса. Следствием стала растущая диспропорция промышленного и аграрного секторов, трудности со снабжением городов, тяжелое материальное положение трудящихся.   В начале 50-х годов дестабилизация экономики приняла угрожающие масштабы. Анализируя трудности, советское руководство, пришедшее к власти после смерти Сталина, сделало вывод, что их главная причина — недостатки в руководстве и управлении: излишняя бюрократизация, чрезмерная централизация.

 

Отсюда — борьба с бюрократизмом и ряд реорганизаций в середине 50-х годов, призванных дать больше самостоятельности республикам и регионам. И бюрократизм, и излишняя централизация были реальным злом, поэтому борьба с ними дала положительный эффект.

 

Однако проблемы экономики были гораздо более серьезными.   В начале 60-х годов в ходе экономической дискуссии ряд ученых (Е.

 

Либерман, С. Новожилов, В. Немчинов) предложили изменить всю систему управления на основе «сквозного» совершенствования хозяйственного механизма, развития производственного самоуправления. Однако их идеи не были поддержаны. Н. Хрущев считал, что централизованное планирование в социалистическом хозяйстве должно быть обязательно сохранено, в противном случае надо обращаться к рынку, а это уже будут не социалистические отношения, а рыночные, капиталистические.   В 60-70-е годы в мире разворачивается новый этап НТР, достижениями и результатами которого советская экономика оказалась не в состоянии воспользоваться. Плохо взаимодействовали, практически не нуждались друг в друге промышленность и наука. Между тем на первый план стали постепенно выдвигаться именно задачи перехода от индустриального к научно-индустриальному типу производства, для которого характерны компьютеризация, внедрение робототехники, биотехнологий, использование новых источников энергии. Становление подобного типа производства было несовместимо с советской экономической системой.

 

В 70-е годы в народном хозяйстве стали нарастать трудности, заметно снизились темпы экономического роста. Видимость благополучия достигалась за счет конъюнктурных факторов — торговли нефтью, продажи алкогольных напитков.   Последние попытки реформировать советскую экономику, оставаясь на позициях социализма, были предприняты уже под руководством М. Горбачева в 1985-1990 гг. Вначале экономику пытались реанимировать на основе концепции «ускорения» социально-экономического развития, а затем с помощью введения вместо «административного» рыночного социализма. Однако в стране, где полностью отсутствовали рыночные инфраструктуры, способные заменить централизованное планирование и распределение, декретивный переход к рынку был обречен на провал.   В обществе все шире распространялось убеждение, что серьезные экономические реформы на социалистической основе вообще невозможны, и следующий этап реформ проводился уже на основе ориентации на классические образцы экономического развития западных стран.     Социальные отношения. Общественное сознание. Система ценностей     В конце 30-х годов советское общество с трудом приходило в себя после массовых репрессий.

 

В условиях нарастающей военной угрозы официальная пропаганда убеждала общество в том, что будущая война будет скоротечной. Поэтому, когда началась война, многие ожидали известий о наших ударах по врагу, о перенесении военных действий на его территорию, о восстании рабочих и крестьян в тылу вражеских войск — в полном соответствии с предвоенными установками.   В годы войны на долю советских людей выпали тяжелые испытания. В 1941-1942 гг. Красная Армия отступала, неся огромные потери. Многих в это время охватило настроение растерянности, отчаяния. Важнейшим фактором, который позволил переломить эту ситуацию, стал патриотический подъем всех слоев населения. Подавляющее большинство советских людей добровольно, сознательно делали все возможное на фронте и в тылу для победы над врагом — в лучших национальных традициях. Характерно постепенное формирование чувства личной ответственности за все происходящее, рост инициативы, самостоятельности. Необходимость в этих качествах диктовала сама жизнь. Партнерство с союзниками по антигитлеровской коалиции, участие в освобождении европейских стран серьезно меняли картину мира в сознании миллионов советских людей, раздвигали его горизонты. Таким образом, в годы войны изменилось массовое поведение и сознание людей.   Война оставила тяжелое наследие — проблемы демографические, экономические, моральные. Точная цифра человеческих, людских потерь не установлена до сих пор. Приблизительные потери составили 25-26 млн человек, из них около 20 млн — мужчины.

 

Таким образом, послевоенное общество было преимущественно женским. Это создавало серьезные проблемы, прежде всего демографические. Большую остроту приобрели проблемы личной неустроенности, женского одиночества, безотцовщины, детской беспризорности и преступности. С другой стороны, по мнению ряда исследователей, именно женское начало сделало послевоенное общество удивительно жизнеспособным.   В значительной степени облик общества определяли не традиционные категории населения (горожане и сельские жители, рабочие, служащие, колхозники и т.п.), а социумы, рожденные военным временем. В этом смысле лицом послевоенного общества были фронтовики. Война размыла возрастные границы, и несколько поколений соединились в одно — «поколение победителей», характеризующееся общностью проблем, настроений, желаний, стремлений. Их ведущей установкой была задача приспособиться к мирной жизни, что было непросто, особенно для молодых, ушедших на фронт со школьной и студенческой скамьи.

 

Еще один новый социум, охваченный такими же настроениями,- репатрианты и бывшие военнопленные, которых было более 5 млн человек.   В целом же общество, испытав на себе лишения военных лет, часто подсознательно корректировало память о довоенном времени, сохраняя хорошее и забывая плохое.

 

Надежды на лучшее, социальный оптимизм задавали особый, ударный ритм началу послевоенной жизни.   В 50-е годы ситуация изменилась.

 

Послевоенные надежды на то, что Сталин «понял теперь всю силу народа, понял, что нельзя его больше обманывать» (В.

 

Некрасов), не оправдались.

 

Во второй половине 40-х годов происходит новое ужесточение политического режима, усиление идеологического диктата, возврат к репрессиям.

 

Нагнеталась атмосфера массовой истерии, общество, доведенное до такого состояния, становилось легко управляемым.   В конце 50-х-начале 60-х годов фактом огромного общественного значения стало осуждение массовых репрессий 30-50-х годов и признание ответственности за них Сталина, реабилитация и возвращение политзаключенных.   Н. Хрущев, возглавивший партию в 1953 г., принадлежал к тому последнему поколению советских руководителей, которые искренне верили в реальность коммунистического идеала.

 

По его инициативе в 1961 г.

 

была принята новая партийная программа, которая содержала двадцатилетний план построения коммунизма. Коммунистические идеалы все еще сохраняли свою значимость для многих советских людей, особенно для молодежи. Судя по данным социологических опросов, ей в это время были присущи целеустремленность, жизненная активность, оптимизм.

 

Вместе с тем молодое поколение 50-х годов видело серьезные недостатки действительности, однако в основном социально-нравственного, а не политического характера.   В 60-70-е годы усилился ряд негативных тенденций в социальной сфере. В результате форсированной урбанизации численность городского населения быстро росла, но советское общество по-прежнему оставалось полугородским, несло на себе печать промежуточности, маргинальности.

 

Советские люди в большинстве были горожане в первом поколении, у них отсутствовали навыки самостоятельного участия в общественной жизни, их гражданская зрелость была недостаточной.

 

Советская урбанизация не сопровождалась формированием полноценной городской среды, ростом динамичного, инициативного, экономически независимого среднего класса, хранителя городской культуры и одновременно создателя новых духовных ценностей.

 

В эти годы быстро росла численность интеллигенции, но перепроизводство специалистов с высшим образованием начало постепенно обесценивать труд инженерно-технических работников.

 

Снизилась социальная мобильность общества, хотя раньше советский человек легко продвигался вверх или спускался вниз по социальной лестнице в зависимости от идеологической лояльности и партийности. Социальная структура общества приобретала все более замкнутый характер.   В этот период изменился и социальный вектор развития, произошла переориентация общества на потребительские ценности, потребительские стандарты. Ко времени провозглашения эпохи развитого социализма (конец 60-х годов) в Советском Союзе происходит становление нового типа личности с иной, чем прежде, системой ценностей. На смену «спартанскому» типу 30-50-х годов с очень ограниченными потребностями, четким делением людей на своих и чужих приходит человек, нуждающийся в целом мире вещей, ценностях семьи, самоуважении. Однако новые потребности в условиях советской системы не могли быть удовлетворены. В 70-80-е годы происходило повсеместное отторжение официальной идеологии, формировались двойная психология и мораль, двойное мировоззрение. Эти процессы завершились на рубеже 90-х годов массовым крушением социалистических идеалов.     Культурная жизнь     Годы войны — особый период в развитии советской культуры. В эти годы произошла активизация ряда культурных архетипов, которые, обладая большим интегрирующим импульсом, помогли сплочению общества в единое целое. Для того чтобы выстоять в тяжелейшей войне, потребовалась опора на глубинные пласты культуры, сознания, которые стали своего рода спасательным кругом, позволившим обществу удержаться на плаву. Один из таких «спасательных кругов» — мощный патриотический подъем.   Если в 20-е-начале 30-х годов официальная пропаганда, а вслед за ней литература и искусство отрицали существование универсальных, не зависящих от классовой принадлежности черт национального характера, всячески подчеркивая, что советское общество начинает свою историю и культуру практически с чистого листа, то теперь они стремились показать, что советский народ является наследником героических традиций предков, носителем тех лучших качеств национального характера, которые складывались на протяжении всего предыдущего исторического развития.   Литература и искусство многое сделали для пропаганды патриотизма, исторических традиций защиты Отечества, тем более, что здесь все еще давали о себе знать последствия нигилистического отношения к историческому наследию. В сценарии А. Довженко «Украина в огне» есть примечательный в этом смысле эпизод. Старый Куприян Хуторной, потрясенный предательством сына, напоминает ему о долге перед Отечеством. Павло оправдывается: «Так про это ж разговор не был, обучали классам».   Не сознавая как следует всей значимости процесса освобождения от психологии исполнителя, «человека-винтика», литература военных лет тем не менее отразила его и способствовала ему. «Многие у нас привыкли к тому, что за них кто-то думает. Теперь не то время. Теперь каждый должен взять на свои плечи всю тяжесть ответственности…. Не говори, что кто-то за тебя думает.

 

Не рассчитывай, что тебя спасет другой…

 

Не уклоняйся от ответственности. Не уклоняйся от инициативы»,- писал в годы войны И.

 

Эренбург.   Чувство ответственности рождало чувство собственной значимости, достоинства, а значит — чувство свободы. Поэтому, несмотря на все тяготы, потери и лишения, годы войны остались в памяти многих, прошедших через нее, как лучшие годы их жизни. Эти чувства также нашли отражение в целом ряде произведений литературы и искусства. О. Берггольц, например, писала в дни блокады Ленинграда:   В грязи, во мраке, в голоде, в печали,   Где смерть, как тень, тащилась по пятам,   Такими мы счастливыми бывали,   Такой свободой бурною дышали,   Что внуки позавидовали б нам.   Об этом позже писал и Б. Пастернак: «Война была благом. Люди вздохнули свободнее, всею грудью и бросились в горнило грозной борьбы, смертельной и спасительной».   Деятели культуры, таким образом, многое сделали для завоевания победы. Советские ученые внесли ценный вклад в развитие военной техники, в организацию работы военной промышленности, в освоение природных богатств восточных районов страны.

 

В произведениях литературы и искусства выражалась общая коллективная воля к победе, дух сопротивления.   Если в 30-е годы процессы культурного развития в основном состояли в распространении вширь образования и технических знаний, то в годы войны, впервые после революции, происходит освоение более глубоких пластов культуры. Однако позитивные сдвиги в культурной жизни были прерваны после войны.   Во второй половине 40-х-начале 50-х годов власть провела ряд идеологических кампаний, в ходе которых насаждался национализм, подтверждался приоритет России во всех областях знаний и культуры. Русские были объявлены авторами всех научных открытий и изобретений, а русская музыка, живопись, архитектура, театр — лучшими в мире. Например, по поводу пленэрной живописи В.

 

Иогансон, президент вновь созданной Академии художеств, писал: «Многие историки искусства зарождение пленэра неправильно приписывают французам. Прямо удивительно, как эти историки могли проглядеть художника-реалиста, всемирно известного гения живописи — русского художника Ливанова. Он первый вывел человека на природу…».   В эти годы усилилась изоляция советской культуры от мировой.

 

В 1948-1949 гг. в Москве были закрыты Музей нового западного искусства и Государственный музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, в которых хранились коллекции произведений западного искусства. Объектами партийной критики стали литература, кинематограф, театр, т.е.

 

сферы культуры, наиболее доступные широким массам. В 1946-1948 гг. последовала целая серия постановлений, в которых нападкам подверглись известные деятели культуры — М. Зощенко, А. Ахматова, Д.

 

Шостакович, С.

 

Эйзенштейн и др. Все они обвинялись в аполитичности, безыдейности, формализме, пропаганде буржуазной идеологии. Содержавшийся в этих постановлениях призыв к созданию высокоидейных художественных произведений на практике означал усиление жесткой регламентации как основного метода руководства художественным творчеством. Установка на шедевры в искусстве оборачивалась мелочной опекой над авторами.   Подобная политика привела к значительному сокращению количества новых фильмов и спектаклей — в 1951 г. было выпущено на экран всего девять художественных фильмов. Каждый фильм или спектакль принимался и обсуждался по частям, авторы должны были постоянно переделывать свои произведения в соответствии с указаниями вышестоящих инстанций.

 

Произведения, которые выходили за рамки реализма как бытового правдоподобия, не доходили до читателей и зрителей.

 

Из одного произведения в другое кочевали расхожие сюжеты о конфликте новатора с консерватором, о превращении отсталого колхоза в передовой, причем выход из трудностей всегда связывался с приходом нового руководителя или перевоспитанием старого. Даже горячий поборник социалистического реализма М.А. Шолохов вынужден был признать в 1954 г. на II съезде писателей, что «нашим бедствием остается серый поток бесцветной посредственной литературы». Однако и в эти годы создавались талантливые произведения, среди них — книги А.

 

Твардовского, В. Гроссмана, К. Паустовского, фильмы А.

 

Довженко и С.

 

Герасимова, картины П. Корина, П. Кончаловского и многое другое.   Вторая половина 50-х-начало 60-х годов — время духовного обновления. Общественная жизнь была очень бурной, страсти кипели, дискуссии по самым разным вопросам проходили одна за другой.

 

Приметами времени стали поэтические вечера в Политехническом музее, открытие театра «Современник», первые выставки западных художников, учреждение международных кинофестиваля и конкурса им. П.И.

 

Чайковского. Начали издаваться новые литературные журналы. Признанным кумиром читающей публики на протяжении 60-х годов был «Новый мир», возглавляемый А.

 

Твардовским. После долгого перерыва увидели свет произведения А. Ахматовой, М.

 

Зощенко, М.

 

Булгакова. Стали исполняться почти забытые произведения западноевропейских и русских композиторов конца XIX-начала XX в.

 

На художественных выставках появились извлеченные из запасников картины 20-30-х годов. Была восстановлена экспозиция Музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина.

 

Перемены в жизни страны служили импульсом для художественного осмысления событий недавнего прошлого.

 

Большой общественный резонанс получили рассказ А. Солженицына «Один день Ивана Денисовича», фильмы «Тишина» (реж.

 

В. Басов), «Чистое небо» (реж. Г. Чухрай), в которых впервые затрагивалась тема репрессий. Значительным вкладом в восстановление исторической правды, в исследование духовного мира человека стала «лейтенантская проза» — произведения о Великой Отечественной войне, созданные писателями-фронтовиками Ю.

 

Бондаревым, В.

 

Быковым, В. Астафьевым, К. Воробьевым, В.

 

Богомоловым, Г. Баклановым и др.   Особым вниманием читателей пользовались появившиеся в это время многочисленные публикации воспоминаний, мемуаров, писем и дневников, которые также помогали разрушать мифы официальной истории.

 

Большую остроту приобрела проблема взаимоотношений художника и власти, свободы творчества.

 

О праве художника, писателя быть искренним, субъективным, отстаивать свою точку зрения писали К. Паустовский, О. Берггольц, И. Эренбург, Л. Чуковская. Они считали, что даже в рамках одного художественного метода должна существовать свобода формотворчества, что нельзя социалистический реализм отождествлять со славословием политическому режиму.   Однако позиции партийного руководства по вопросам культуры были противоречивы. На первых порах правдивое изображение в литературе и искусстве недавнего прошлого, поиски новых выразительных форм получили официальную поддержку и одобрение, но вскоре появились партийные документы, подтверждающие незыблемость основных положений официальной идеологии. В 1962-1963 гг. состоялся ряд встреч Н. Хрущева с представителями творческой интеллигенции, на которых он осудил поиски в области новых художественных форм, указал на недопустимость идеологического плюрализма.   По-прежнему выход в свет книги, премьера спектакля, фильма зависели от большого числа инстанций. Попытки художников с нравственно-этических позиций осмыслить отдельные эпизоды революции и гражданской войны, правдиво рассказать о 30- 40-х годах, о жизни деревни, обращение к национальным корням, исторической судьбе русского народа предопределяли трудный путь произведения к массовой аудитории. Так, были отправлены «на полку» или выпущены в ограниченном количестве копий такие фильмы, как «Застава Ильича» М.

 

Хуциева, «Интервенция» Г. Полоки, «Андрей Рублев», «Сталкер», «Зеркало» А.

 

Тарковского, «Цвет граната» С. Параджанова и др. С трудом пробивались к зрителю спектакли А. Эфроса, Ю. Любимова. Запрещались и закрывались выставки художников-нонконформистов — О. Рабина, Э.

 

Булатова, И. Кабакова, О.

 

Целкова, Л. Кропивницкого, М. Шемякина, В. Комара, А.

 

Меламида, Э. Неизвестного и др. В 1966 г. состоялся процесс над писателями Ю.

 

Даниэлем и А. Синявским. Будущий лауреат Нобелевской премии, поэт И. Бродский был осужден за тунеядство. Началась волна вынужденной эмиграции творческой интеллигенции. Среди вынужденных эмигрантов — И. Бродский, М. Ростропович, Г.

 

Вишневская, А. Солженицын.   Идеологический диктат, ограничение свободы творчества, отказ от политики реформ привели в 70-80-х годах к углублению конфликта между властью и интеллигенцией, к возникновению духовной оппозиции режиму. Одним из ее проявлений стало движение диссидентов. Основные требования движения — соблюдение прав человека, свобода слова, творчества, свобода совести. В нем приняли активное участие академик А. Сахаров, генерал П. Григоренко, писательница Л.

 

Чуковская и многие другие деятели культуры.   В литературе 70-80-х годов наиболее значительным явлением стали произведения, в которых нашли отражения сложные процессы этих лет- духовная разобщенность и трагизм повседневного существования, лишенного высокого смысла, раздвоение сознания, неспособность человека к поступку, появление новых «лишних людей». Среди них: «Предварительные итоги» и «Другая жизнь» Ю. Трифонова, «Пушкинский дом» А. Битова, «Сандро из Чегема» Ф. Искандера, «Печальный детектив» В. Астафьева, рассказы В.

 

Шукшина. В связи с запретами ряд значительных произведений 70-80-х годов был опубликован за рубежом — «Архипелаг ГУЛАГ» А. Солженицына, «Верный Руслан» Г. Владимова, «Москва-Петушки» Вен. Ерофеева и др.   Появление с конца 60-х годов многочисленных произведений, не соответствовавших канонам социалистического реализма, не только означало возникновение нового пласта в художественной культуре («неофициального искусства», искусства «катакомб», «андеграунда»), но и свидетельствовало о серьезном кризисе официального искусства.   Нарастание кризисных явлений в различных сферах общественной жизни позволяет сделать вывод, что к середине 80-х годов советская система исчерпала возможности своего развития в рамках социалистической ориентации. Правящая элита в лице партноменклатуры превратилась в закрытую, оторванную от народа касту, потеряла способность находить адекватные ответы на вызовы времени. Совокупность негативных процессов стала индикатором системного кризиса. Его глубинное основание составляло тотальное отчуждение советского человека от власти и участия в управлении, от правдивой информации об общественных процессах, от личной безопасности и т.д. На этой основе сложилось отчуждение труда от потребностей индивидов и законных форм его осуществления, а в итоге — отчуждение общества от саморазвития, кризис и распад СССР.    Контрольные вопросы    1. Какие основные этапы прошло в своем развитии советское общество?  2. Какие общественные противоречия обусловили Февральскую и Октябрьскую революции 1917 г.?  3. Каковы были итоги социально-экономических и политических преобразований 20-30-х годов?

 

4.

 

Каковы были основные тенденции развития советского общества в 50-80-е годы? Какие процессы привели к его системному кризису на рубеже 80-90-х годов?  5. Каковы типологические черты и особенности советской культуры? Можно ли использовать для ее характеристики понятие «массовая культура»?  6.

 

Какое место заняло культурное наследие прошлого в культуре советского общества?  7. Назовите основные, на ваш взгляд, черты личности советского человека.  8. Проанализируйте взаимоотношения власти и интеллигенции в советском обществе. Какие причины обусловили противостояние власти и интеллигенции в 70-80-е годы? Почему диссидентское движение не получило широкой общественной поддержки?  9. Назовите наиболее значительные, на ваш взгляд, произведения советской культуры и искусства.  10. Какое место занимает советская культура в истории отечественной культуры?    Библиография     О с н о в н а я    1. Боффа Дж.

 

История Советского Союза: В 2 т. М.: Международные отношения, 1990.  2. История России: XX век. / Под ред. В.П.Дмитренко. М.: ACT, 1996.

 

3. История России. 1917-1995: В 4 т. М.: МИК; АГАР, 1996.  4.

 

Кондаков И.В. Введение в историю русской культуры. Теоретический очерк.М.: Наука, 1994.  5.

 

Согрин В. Политическая история современной России. 1985-1994. М.: Прогресс-Академия, 1994.     Д о п о л н и т е л ь н а я    6. Глебкин В. Ритуал в советской культуре. М.: Янус-К, 1998.  7. Глезер А. Современное русское искусство. М.; Париж; Нью-Йорк: Третья волна, 1993.

 

8.

 

Голомшток И. Тоталитарное искусство.

 

М.: Галарт, 1994.

 

9.

 

Ионов И. Российская цивилизация и истоки ее кризиса. М.: Интерпракс, 1994.  10. Русская идея: Сб.

 

статей. М.: Республика, 1992.  11. Советская историография. М.: Российский гуманитарный университет, 1996.

 

Глава 15  РОССИЯ В 90-е ГОДЫ    15.1. Политическое и социально-экономическое развитие современной России     Стремление последних лидеров СССР во главе с М. Горбачевым сохранить социализм путем придания ему «человеческого лица» проявилось в мероприятиях по созданию регулируемой рыночной экономики, ограничению имперских амбиций во внешней политике, развитию гласности в идеологии и расширении прав национальных образований. Весь этот комплекс мероприятий получил название революции сверху, или перестройки, регулируемой КПСС. Однако к концу 80-х годов этот процесс вышел из-под партийного контроля: предприятия стремились использовать монопольное положение на рынке и конфликтовали с министерствами, индивидуально-трудовая деятельность породила слой профессиональных бизнесменов и торговцев-челноков, пробудились националистические настроения в регионах (особенно в Прибалтике и на Кавказе). Но самым непредсказуемым и опасным для партийного руководства оказалась кампания по развитию гласности, которая превратилась в кампанию по низвержению идеологических основ коммунистического режима. Здесь важнейшее значение имело принятие Первым съездом народных депутатов СССР (1990 г.) постановления об отмене статьи 6 Конституции, закреплявшей монополию КПСС на власть. Так в СССР возник политический плюрализм — возможность сосуществования различных политических партий и идейных течений.

 

Дополнялось это утверждением электорального принципа проведения выборов в органы центральной и местной власти: выборы стали проводиться на альтернативной основе, а избиратели (электорат) получили реальную возможность отлучить от должности любого представителя партийной номенклатуры.   Отчаянную попытку «спасти завоевания социализма» предприняли наиболее консервативные советские лидеры в августе 1991 г.

 

Накануне заключения нового Союзного договора был создан Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП) во главе с вице-президентом СССР Г. Янаевым. Изолировав в Крыму либерального президента Горбачева, члены ГКЧП попытались восстановить коммунистические устои в обществе. Это мероприятие провалилось натолкнувшись не только на противостояние общества, но и на мощную организационную структуру — руководство РСФСР во главе с всенародно избранным президентом Б. Ельциным.

 

Закрепляя эту победу, Ельцин подписал Указ о запрещении деятельности организационных структур КПСС в России. Таким образом, рухнула стержневая организация, скреплявшая некогда могучий Советский Союз.   Практически одновременно о выходе из КПСС и о праве союзных республик на суверенитет заявили их лидеры. В декабря 1991 г. этот процесс был закреплен руководителями России, Украины и Белоруссии, подписавшими Беловежское соглашение о денонсации (аннулировании) Союзного договора (1922 г.) об образовании СССР. «Великая империя» распалась на 15 независимых государств. Но исходя из того, что за многие десятилетия, даже века все регионы оказались тесно связаны единым экономическим и оборонным пространством, 21 декабря 1991 г. было создано Содружество Независимых Государств (СНГ), в которое вошли 12 бывших союзных республик (кроме трех прибалтийских).   Руководство России начало спешно проводить радикальные преобразования. Это фактически означало смену модели общественного развития страны — она перестала быть социалистической и советской. Указом Президента России от 26 октября 1991 г. вместо Советов как органов государственной власти были созданы органы администрации, подчиненные президенту. В дальнейшем власть на местах перешла к избираемым главам администрации — губернаторам, мэрам, префектам и т.п. Эти руководители зависели уже не от президента, а от народа. Положительным результатом такого преобразования является демократизация местного управления, а отрицательным — нарушение традиционной для России вертикали власти — централизации, что опасно возникновением тенденций сепаратизма.   С начала 1992 г. правительство Е.

 

Гайдара начало проведение радикальной экономической реформы т.е. создание рыночной экономики. Основные мероприятия здесь: либерализация цен, свобода торговли и приватизация государственной собственности. Другое название этих мероприятий — «шоковая терапия», болезненно отразившаяся на уровне жизни и социальных гарантиях простых граждан. Цены на все товары стремительно выросли: продовольственные товары, например, подорожали в 1992 г.

 

в 36 раз [1. С.

 

150]. Растущая значительно меньшими темпами зарплата лишь подстегивала процесс гиперинфляции. В критическом положении оказались целые отрасли народного хозяйства: военно-промышленный комплекс, оставшийся без госзаказов; сельское хозяйство, лишенное возможности закупать подорожавшие машины, топливо, удобрения и буквально задавленное зарубежными товаропроизводителями. Российские предприятия испытали тяжесть конкуренции с международными монополистами на своем, внутреннем рынке. Выяснилось, что качество многих наших товаров не могло конкурировать с зарубежными аналогами. В результате многие предприятия были вынуждены сократить или остановить производство, уволить рабочих.

 

Кто-то пытался интегрироваться в международные экономические структуры, продавая контрольные пакеты своих акций иностранцам.   В этот период времени был нанесен серьезный удар по научно-техническому потенциалу и престижу страны.

 

Только в 1992 г. в коммерцию ушли 909 тыс. ученых, усилилась «утечка умов» — отъезд ученых и специалистов за рубеж. Общее число безработных достигло 5-8 млн чел.

 

Произошло резкое имущественное расслоение общества: к концу 1993 г. слой богатых людей («новых русских»), сумевших обогатиться в новых социально-экономических условиях, составил 3-5% населения, а 40% стали нищими.   Правительство «молодых реформаторов» (Е. Гайдар, А. Чубайс, Б. Федоров и др.) доказывали, что это временные трудности, что макроэкономические процессы уже «пошли»: исчез дефицит товаров и осталось лишь повысить платежеспособность населения. Но лимит долготерпения в обществе стремительно истекал. Причина в том, что в России, как ранее в СССР, сложился четкий принцип политического плюрализма: с конструктивной критикой или популистскими выпадами против официального курса реформ выступили не только отдельные оппозиционеры, но партии и даже властные структуры.

 

По стране прокатились рабочие забастовки, в регионах появились сепаратистские лозунги, реальностью стал развал армии и т.д. Центральным в этой ситуации стал конфликт между законодательной и исполнительной ветвями власти — Съездом народных депутатов РСФСР (рук. Р. Хасбулатов) и Президентом страны Б. Ельциным. В декабре 1992 г. парламентарии добились отставки Е. Гайдара с поста главы правительства и назначения премьером В. Черномырдина — опытного хозяйственника, не склонного к решительным макроэкономическим экспериментам. Затем возникла идея импичмента (отставки по решению Парламента) Президента страны. Однако Б. Ельцин 21 октября 1993 г. своим указом распустил Съезд народных депутатов РСФСР. В центре Москвы возник вооруженный конфликт. Оппозиционеры, поддержанные депутатами, пошли на прямой штурм Телецентра и городской мэрии. В ответ на это войска, сохранившие верность Президенту, с применением танков взяли здание Парламента — Белый дом, при этом погибло 145 человек [1. С. 190]. Таким образом, самый острый социально-политический конфликт в истории новой России разрешился традиционным способом — кровью и насилием.   12 декабря 1993 г. на основании всенародного референдума (официального волеизъявления избирателей) была принята Конституция Российской Федерации (России). Россия стала президентской республикой, т.е. права главы государства были максимально расширены. Высшим законодательным органом стало Федеральное собрание, состоящее из двух палат — Совета Федерации, который формируется из региональных руководителей, и Государственной Думы — 450 депутатов. Половина из них избирается по партийным спискам, остальные — по одномандатным избирательным округам. Лидеры оппозиции были амнистированы и заняли места в новом Парламенте. Представительство в Госдуме 1993 г. получили следующие политические объединения: «Выбор России» (правительственная партия) — 96 депутатских мест, ЛДПР — 70, КП РФ — 65, Аграрная партия — 47 и «Яблоко», набравшее 20 мест по партийному списку [1. С. 207]. Начался мирный законотворческий процесс, перемежающийся острыми политическими дебатами и столкновениями «в рамках правового поля».   Последующие парламентские выборы 1995 и 1999 гг. показали, что демократические преобразования получили поддержку большинства населения России, возврата к коммунистическому прошлому, несмотря на его внешнее благополучие, желают меньшинство россиян. Вместе с тем получило распространение манипулирование общественным мнением путем изощренных предвыборных технологий. Возможности средств массовой информации, давление на избирателей путем популистских обещаний, подкупа и шантажа приобрели в настоящее время большое значение. В предвыборные кампании активно включились представители бизнеса и криминальных структур, которых привлекает депутатская неприкосновенность и возможность лоббировать свои интересы. Но главным победителем всех выборных кампаний, бесспорно, является чиновничество — партия власти, которая меняет названия предвыборных блоков и поддерживает президентскую администрацию.   В ходе выборов, состоявшихся 19 декабря 1999 г., главная партия оппозиции КПРФ набрала 24,3% голосов, поддержанный Кремлем блок «Единство» — 23,3%. Прошли в Госдуму и другие правые (т.е.

 

некоммунистические) партии — «Отечество — вся Россия» — 13,3%, «Союз правых сил» — 8,7%, ЛДПР — 6% и «Яблоко» — 5,9%. Отсутствие явного лидера среди этих политических объединений позволяет надеяться, что Государственная Дума нового состава будет в меньшей степени заниматься политиканством, но уделит максимум внимания выработке законов, которые призваны ускорить продвижение России по пути реформ, а значит, улучшению жизненного уровня россиян.

 

А проблем, требующих срочного законодательного разрешения, накопилось предостаточно.

 

Серьезного разрешения требуют проблемы межнациональных отношений и взаимоотношений субъектов федерации с Центром. В настоящее время в состав России входит 21 автономная республика, 6 краев, 49 областей и 2 города федерального значения (Москва и Санкт-Петербург), 1 автономная область и 10 автономных округов.

 

Такое пестрое административно-территориальное деление государства, в основе которого преобладают национальные признаки, а, значит, различие культур, религий, хозяйственных укладов и т.д., создает реальную угрозу усиления центробежных процессов. С целью преодоления подобного процесса 31 марта 1992 г.

 

был заключен Федеральный договор о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти РФ и органами власти суверенных республик, подписаны двусторонние договоры о разграничении полномочий между Центром и отдельными областями и краями. Но при этом две республики — Татарстан и Чечня — не подписали Федеральный договор. Татарстан добился особого статуса на основе двухсторонних переговоров, а сепаратистски настроенные лидеры Чечни открыто заявили о выходе из состава России. Потребовалось две кровопролитные войны — по наведению конституционного порядка и уничтожению банд террористов,- чтобы удержать этот неспокойный регион.

 

Но насколько прочен может быть «братский союз» народов России, если он будет поддерживаться такой ценой?

 

Значит, разработка эффективной национальной политики — одна из важнейших задач российских парламентариев и органов исполнительной власти.     Острейшая ситуация складывается в социально-экономической сфере. Россия по своему экономическому потенциалу опустилась в середину второй десятки мировых держав. Нас обогнали Бразилия, Канада, Индонезия, т.е. реален переход нашей страны в число второразрядных государств [2. С. 23].

 

Завышенные ставки многочисленных налогов и влияние зарубежных конкурентов «задавили» отечественного товаропроизводителя. За период 1990-1999 гг. производство электроэнергии снизилось на 22%, добыча нефти — на 43%, а ведь это — основа народнохозяйственного комплекса. Как следствие этого производство проката черных металлов сократилось на 36%, катастрофично снизилось производство готовой продукции: тракторов — в 16,5 раза, зерноуборочных комбайнов — в 34,6 раза. Производство зерна и поголовье крупного рогатого скота сократилось в 2 раза [4]. Активизировались криминальные элементы в экономической сфере. В 1997 г.

 

в России официально зарегистрировано 9 тыс. групп организованной преступности, которые держат под контролем около 40 тыс. коммерческих организаций [3.

 

С. 92]. Растет «теневая экономика», представители которой уклоняются от уплаты государственных налогов, без которых невозможно поддержание социальной сферы — выплата зарплаты бюджетникам, финансирование учреждений культуры, образования, армии.

 

Утечка отечественного капитала за границу достигает 10 млрд долл. в год, при этом прямые зарубежные инвестиции в российскую экономику составляют лишь 1,5 млрд долл. Квалифицированно разработанные законы способны вернуть эти деньги в Россию.   Однако необходимо отметить и положительные результаты политики реформ. У нас действительно сложилась рыночная экономика, интегрированная в мировое хозяйство. По мнению многих специалистов, снижение отдельных макроэкономических показателей произошло во благо народному хозяйству. В СССР был явно раздут военно-промышленный комплекс, поглощавший огромные ресурсы, в армию поставлялись лучшие образцы техники, экономика была энергозатратна, т.е. не сберегались энергоносители и сырье; выпускались несовершенные по техническому уровню изделия. Сейчас, в условиях острой рыночной конкуренции, значительно улучшилось качество российских изделий, осуществляется переход на энергосберегающие технологии, механизация производственных процессов и улучшение организации труда приводят к высвобождению необоснованно занятых на производстве людей (причина безработицы).   В 1999 г. (во многом как следствие снижения курса рубля по отношению к иностранной валюте) произошел рост валового внутреннего продукта на 3%. Медленно, но растет уровень жизни простых россиян. За последние 5 лет в 2 раза увеличилось число личных автомобилей, владельцами которых стали не только «новые русские», а число россиян, выезжавших за рубеж, возросло в 20 раз (около 3,5 млн чел.) Сократились различия в доходах 10% самых богатых и самых бедных граждан с 15 раз в 1994 г. до 10 раз — в 1997 г.

 

Развивается система высшего образования в России. Число вузов увеличилось с 512 в 1991 г. до 570 государственных и 300 негосударственных в 1998 г., хотя и следует признать, что около 40% выпускников не могут найти работу по специальности [3. С. 126].   Ситуация в современной России непростая. Но россияне привыкли преодолевать сложности. Во все времена нас выручало сплочение, т.е.

 

единение народа и власти. В результате всенародных выборов, состоявшихся 26 марта 2000 г. Президентом России избран В.В. Путин. Россияне обрели своего лидера, а с ним и свою надежду, и свою судьбу на ближайшие годы. И пусть надежды на лучшую жизнь сбудутся, а судьба всех нас будет счастливой.  15.2. Общественное сознание в 90-е годы: основные тенденции развития     90-е годы явились для российского общества чрезвычайно насыщенными не только различными политическими и экономическими потрясениями, но и сложными процессами в духовной жизни. При всей их неоднозначности и противоречивости попытаемся выделить основные, определявшие общую направленность духовной жизни. На наш взгляд, к ним следует отнести кризис идентификации и связанный с ним круг различных явлений, а также процесс изменения системы основных ценностных ориентаций общества.   Одним из первых проявлений кризиса идентификации на рубеже 80-90-х годов стал процесс переоценки событий отечественной истории, прежде всего ее советского периода. Когда советское руководство провозгласило курс на проведение широкомасштабных реформ, неотъемлемой частью новой политики стала критическая оценка предшествующего развития, выявление тех периодов и переломных моментов в истории советского общества, когда произошло отступление от «правильного» социализма, его деформация.   Обращение к истории обнаружило наличие в знаниях и представлениях советских людей множества белых пятен, своего рода провалов исторической памяти вследствие многолетнего замалчивания официальной историографией сложных проблем, негативных явлений в историческом прошлом.   Характерная черта общественного сознания на рубеже 80- 90-х годов — обостренное внимание к собственной истории. Приметой времени стала нарастающая волна публикаций в периодической печати, посвященных различным проблемам, событиям, лицам недавнего прошлого. Одно из центральных мест в общественных дискуссиях заняла проблема «Сталин и сталинизм». К различным ее аспектам было приковано внимание журналистов и писателей, историков и экономистов, психологов и представителей других наук.   В эти годы материалы на исторические темы пользовались таким же вниманием, как сводки последних известий, вызывали большой общественный резонанс. Многие газеты завели постоянные исторические рубрики. Заметно увеличилось количество радио и телевизионных передач на исторические темы. Резко возросли тиражи исторических журналов, например, число подписчиков журнала «Вопросы истории» увеличилось на 50 тыс. Читатели журнала, отвечая на вопросы предложенной редакцией анкеты, в качестве одной из главных причин своего желания стать постоянными читателями исторического журнала называли стремление восполнить белые пятна в знаниях о прошлом. Приведем отрывок из письма молодой учительницы начальных классов из сельской школы в Калининградской: «В школе и в институте мне приходилось читать и заучивать ненужные фразы о героизме, съездах, деятелях и т.п., которые без конца повторялись и потому обезличивались. Такая история меня раздражала… Честную, справедливую историю нашей страны прочитать было негде. Сейчас даже не верится, что все это было 3-5 лет тому назад. И вот вдруг стали открываться новые страницы жизни нашей страны… Я взахлеб читаю, вырезаю, складываю в папку все, что встречаю в газетах и журналах. Мне стало легко дышать, открылись глаза, прорезался слух».

 

Не менее важная тенденция развития общественного сознания на рубеже 80 и 90-х — заметное расширение его кругозора, освоение новых пластов культуры, ставшее следствием отмены цензурных запретов.

 

Значительным явлением духовной жизни стало знакомство с произведениями репрессированных писателей, диссидентов, эмигрантов. Массовый читатель получил возможность прочесть ранее запрещенные произведения. Изолированность сменилась широкой публикацией работ зарубежных авторов. Общественное сознание стремилось к полноте и многогранности в оценках прошлого и настоящего. В результате материальное стало дополняться идеальным, духовное — душевным, рациональное — иррациональным.   Следствием проведения политики реформ, смягчения международных отношений, сближения со странами Запада явились заметные перемены в системе общественных ценностей и идеалов. Официально был провозглашен примат общечеловеческих ценностей над классовыми и национальными, отказ от деления мира на своих и чужих. В сознании общества постепенно преодолевался «культ обороны», система ценностей, сложившаяся в значительной степени под влиянием Великой Отечественной войны, постепенно заменяется на качественно новую, утверждают гражданские ценности, общество начало выходить из орбиты непосредственного влияния войны. Если в начале 80-х годов «оборонный» выбор составлял до 70% выборов, то в начале 90-х он снизился до 44%.

 

Если раньше от приоритета оборонных ценностей отказывались прежде всего представители гуманитарной, творческой интеллигенции, то теперь такой выбор становится общенародным.   Симптоматичен в этом смысле один из откликов на выступление в печати маршала авиации, героя Отечественной войны летчика Н.

 

Кожедуба, который упрекал руководство страны в падении престижа армии, патриотизма и требовал увеличения бюджетных ассигнований на нужды армии. Ветеран войны из Ровно Л.

 

Лихов в ответ написал маршалу: «Мы тоже за патриотизм, но не за ура-патриотизм. Кончается XX век, нельзя выискивать всюду врагов и строить армию так, чтобы вконец ослабить страну и народ.

 

В ядерной войне не будет победителя… Теперь мы честно говорим о своих имперских потугах, экономически ослабивших страну».   Характерной чертой общественного сознания в начале 90-х годов стала его глубокая политизация, формирование не просто различных, но прямо противоположных представлений и оценок прошлого и настоящего. Однако раскол общества проходит не только по линии противостояния защитников и противников социализма, советской системы. Попытки пересмотреть оценки ряда событий недавней истории вызвали противодействие не только прокоммунистически настроенных слоев общества, но и национально-патриотического движения, которое переживает период идейного и организационного оформления.   В эти годы обществу в целом был присущ оптимизм, несмотря на сложную политическую и социально-экономическую ситуацию. Процессы гласности и демократизации политической системы, казалось, свидетельствовали в пользу того, что общество, осознавшее свои проблемы, сможет быстро найти пути выхода из кризиса, в короткое время осуществит прорыв к качественно новому состоянию.   В первой половине 90-х годов общество пережило увлечение идеей, поднятой на щит наиболее радикальными критиками политики перестройки: Россия, воспользовавшись западным опытом и введя у себя рыночные отношения и политическую демократию, сможет безболезненно для населения и в кратчайшие сроки догнать и даже перегнать развитые страны по уровню благосостояния. Западная модель развития трактовалась как совершенная во всех отношениях. Образцовыми были объявлены экономические механизмы западных стран, классовые структуры, система социального страхования и политические институты. Значительная часть населения была уверена, что экономическое процветание, формирование гражданских начал, многопартийность, плюрализм, разделение властей могут утвердиться быстро и безболезненно.

 

Даже безработица объявлялась благом, поскольку стимулировала конкуренцию на рынке труда, а безработные от нее не страдали, получая пособия, в десятки раз превосходящие зарплату квалифицированных советских рабочих. Такое восприятие Запада было полной противоположностью прежних оценок, причем смена минусов на плюсы в оценке западного опыта произошла стремительно, она не основывалась ни на каких новых экономических или социологических исследованиях, т.

 

е. носила идеологический характер. Новые оценки, тем не менее, с энтузиазмом были восприняты в обществе, поскольку соответствовали ожиданиям масс и уровню их политической культуры. По данным социологических опросов в 1990 г. 32% считали образцом для подражания США, еще 32% — Японию, 17% — Германию. Таким образом, и политические элиты, и массы не видели особых препятствий для усвоения Россией западных образцов.

 

При этом, однако, ни те, ни другие не учитывали фактор ее отсталости по всем основным экономическим и социальным показателям от избранного идеала.   Процессы, происходившие в общественном сознании, были неоднозначны.

 

В ситуации системного кризиса обострились противоречия между людьми различных поколений. Определенное напряжение между поколениями, существующее всегда уже потому, что их жизненный опыт существенно различен, в кризисное время заметно возросло.

 

Произошло своего рода отторжение старшего поколения, их жизни и опыта, что переживалось ими очень болезненно.

 

После распада СССР и прихода к власти Б. Ельцина в 1991 г. имела место обвальная смена взглядов и убеждений на диаметрально противоположные. Начало 90-х годов было временем инверсии общественного сознания, когда казалось, что путем простой перемены знаков в оценках явлений и процессов можно получить действительное представление о прошлом и настоящем. Новая Россия поспешила «откреститься» от советского прошлого: были отменены советские праздники, исчезли советские государственные символы и другая атрибутика, напоминающая о советских временах. 7 ноября и 1 мая получили новый статус: годовщина Октябрьской революции превратилась в День согласия и примирения, праздник 1 мая стал отмечаться как День весны и труда. Статус официальных был возвращен православным праздникам Рождества и Пасхи. Государственный герб России украсил двуглавый орел. Эти и другие факты должны были символически продемонстрировать историческую преемственность новой России с Российской империей, минуя советский период.   В 90-е годы в жизни российского общества произошли кардинальные изменения: были разрушены старые экономические, социальные, политические структуры, выявилась несостоятельность надежд на возможность быстрого и безболезненного проведения реформ, углубилось противостояние массы и элит, особую остроту приобрели проблемы социальной защищенности населения, понизился культурный, интеллектуальный уровень общества, фактом стала криминализация общества. Все эти процессы не могли не привести к серьезным изменениям в общественном сознании, не могли не повлиять на шкалу общественных ценностей и идеалов.   Данные социологических исследований показывают, что происходит очевидный процесс прагматизации жизненных ценностей, резкого повышения роли материально-денежного фактора в современной жизни. Здоровье, семья и материальная обеспеченность заняли в 1994-1995 гг. первые три места в ценностных ориентациях россиян.

 

Таким образом, в альтернативе общественное — личное все большее число россиян делает выбор в пользу личного.   В последние годы социологи отмечают рост потенциала ценностного консенсуса. Это означает рост числа людей, одобривших следующую совокупность ключевых ценностей: жизнь, свобода, работа, безопасность, диалог, равенство возможностей.

 

Несмотря на материальные трудности в альтернативе свобода — материальное благополучие значительная часть опрошенных выбрала свободу.

 

Вместе с тем исследования показывают, что основные специфические российские ценности (российская государственность, всеединство, соборность, коллективизм, национальное достоинство и др.) сохраняют свое значение.   Данные социологических опросов выявляют ряд тревожных тенденций. Смена социального строя, активное развитие капиталистических начал в экономике, обострение неравенства, снижение жизненного уровня на фоне общего кризиса усложнили процессы социализации новых поколений россиян. И хотя социально-экономические ориентации значительной части молодежи могут быть охарактеризованы как прокапиталистические, а процессы адаптации к новым условиям у нее проходят более продуктивно, чем у людей старших поколений, более 40% молодых людей хотели бы жить или родиться в другой, более преуспевающей стране.

 

Многие из молодых россиян готовы оправдать отступления от культурных, нравственных, правовых норм — взяточничество, воровство, проституцию, если они являются средством достижения собственных целей.

 

Для всех групп населения характерно глубокое недоверие к власти, отношение к ней как к отчужденной от простых людей силе.

 

Постсоветское общество стало менее политизированным, люди разочаровались, устали от политики, более озабочены проблемами выживания. Количество россиян, не интересующихся политикой, выросло в 1996 г. по сравнению с 1988 г. на 28%.

 

Постепенно разрушаются сложившиеся в советский период представления личности и общества об окружающей исторической и социальной реальности и своем месте в ней: представления о собственной целостности (общество разделилось на множество конфликтующих групп по материальному, политическому, идеологическому, религиозному, этническому принципам); представления о непрерывности своего существования во времени и пространстве (идеи распространились о регулярной дискретности исторического и культурного развития российской цивилизации); разрушение системы личностных смыслов (потерян смысла жизни, что особенно тяжело переживается старшими поколениями). В результате возник кризис идентичности.

 

Один из способов преодоления этого кризиса заключается в обращении к прошлому, к историческим корням.

 

Актуализация прошлого выступает как средство самоидентификации общества, как поиск ответа на вопросы «кто мы?» и «откуда мы?»   В середине 90-х годов социологические опросы зафиксировали примечательные сдвиги в восприятии истории и ее героев со стороны массовой аудитории: выросла ставка на сильные личности, имперские ценности и авторитарный стиль управления. Практически все опрошенные считали возможным гордиться собственной историей. Периоды, вызывающие чувство наибольшей гордости, следующие: эпоха Петра I, Великая Отечественная война, эпоха Сталина. Такой выбор свидетельствует, что в сознании людей величие страны по-прежнему ассоциируется с военной мощью и военными победами (главная заслуга Петра в том, что он «создал флот и армию», «победил шведов», Сталина — «победил в войне», «заставил весь мир, даже американцев, бояться нас»).   Устойчивый интерес к Петру I обусловлен подсознательным наложением идеализированного восприятия личности Петра на сформировавшийся в массовом сознании архетип власти. Власть может быть жесткой, даже жестокой, но «настоящей», «правильной» она является лишь тогда, когда предлагает народу и осуществляет вместе с ним некое общее дело. Зримый образ такой власти олицетворяет Петр, который не только поставил цель превратить Россию в могучую европейскую державу, но и работал над ее достижением как бы «наравне со всеми». Именно поэтому Петр I — лидер рейтинга в опросе на тему: «Кому бы вы доверили вывести Россию из кризисного состояния?»   Таким образом, в общественном сознании наметилась новая тенденция: постепенный переход от неприятия к более мягким оценкам недавнего прошлого, ностальгия по нему, поиск положительных примеров в истории. Отмеченная тенденция явилась реакцией на попытки тотальной ревизии исторической памяти. Причем, если первоначально этот процесс затрагивал прежде всего людей старших поколений, то позже стал всеохватывающим.   В том же направлении эволюционировала система государственных ценностей. В середине 90-х годов власти заговорили о потребности общества и государства в объединяющей национальной идее, которая должна заполнить вакуум, возникший после крушения коммунистической идеологии как идеологии государственной и разочарования значительной части общества в либерально-демократической идеологии. Помимо этого для правящей элиты становилось все более очевидным, что отсутствие некой объединяющей общегосударственной национальной идеи лишает власть мощного фактора поддержания своего авторитета. Первоначально была попытка сделать ставку на православие. Сближение с иерархами православной церкви, демонстративное участие представителей власти в церковных службах на православных праздниках Рождества, Пасхи, официальное объявление этих дней праздничными — все это должно было свидетельствовать о признании государством православных ценностей. Но православие не могло быть использовано в качестве государственной идеологии: это противоречило бы светскому характеру российского государства и неизбежно вызвало бы противодействие других религиозных конфессий. Разные политические силы предложили свою трактовку русской идеи, однако все они практически сошлись в одном: русская идея — это идея государственная, державная, не имеющая этнического оттенка.  15.3. Развитие культуры     Культура сыграла большую роль в духовной подготовке перемен, именуемых перестройкой. Деятели культуры своим творчеством подготавливали общественное сознание к необходимости перемен (фильм Т. Абуладзе «Покаяние», роман А.

 

Рыбакова «Дети Арбата» и др.). Вся страна жила ожиданием новых номеров газет и журналов, программ телевидения в которых как свежий ветер перемен давалась новая оценка историческим деятелям, процессам в обществе, самой истории.   Представители культуры активно включались в реальную политическую деятельность: избирались депутатами, руководителями городов, становились лидерами национально-буржуазных революций в своих республиках. Такая активная общественная позиция привела интеллигенцию к расколу по политическому признаку.   После распада СССР политический раскол в среде деятелей культуры и искусства продолжался. Одни ориентировались на западные ценности, объявляя их общечеловеческими, другие придерживались традиционных национальных ценностей. По этому признаку раскололись почти все творческие связи и группы. Перестройка отменила запреты на многие виды и жанры искусства, вернула на экраны отложенные на «полку» фильмы и запрещенные к публикации произведения. К этому же периоду относится и возвращение блистательной культуры серебряного века.   Культура рубежа XIX и XX веков явила нам целый «поэтический континент» тончайших лириков (И.

 

Анненский, Н. Гумилев, В. Ходасевич и др.), глубоких мыслителей (Н.

 

Бердяев, В. Соловьев, С. Булгаков и др.), серьезных прозаиков (А.

 

Белый, Д. Мережковский, Ф.

 

Сологуб и др.), композиторов (Н. Стравинский, С. Рахманинов и др.), художников (К. Сомов, А. Бенуа, П. Филонов, В. Кандинский и др.), талантливых исполнителей (Ф. Шаляпин, М. Фокин, А.

 

Павлова и др.) [1]. Такой поток «запрещенной» литературы имел кроме положительного и негативный момент: молодые писатели, поэты, сценаристы были лишены возможности публикации в государственных изданиях. Продолжался и кризис в архитектуре, связанный с сокращением расходов на строительство.

 

Развитие материальной базы культуры резко замедлилось, что сказалось не только в отсутствии новых фильмов и книг на свободно формируемом рынке, но и в том, что наряду с лучшими зарубежными образцами культуры в страну хлынула волна продукции сомнительного качества и ценности.   Без четкой государственной поддержки (об этом свидетельствует и опыт развитых западных стран) в условиях рыночных отношений у культуры мало шансов выжить. Сами по себе рыночные отношения не могут служить универсальным средством сохранения и приумножения духовного и социокультурного потенциала общества.   Глубокий кризис, в котором находится наше общество и культура, есть следствие длительного пренебрежения объективными законами общественного развития в советский период.

 

Строительство нового общества, создание нового человека в советском государстве оказалось невозможным, так как на протяжении всех лет советской власти люди были разлучены с истинной культурой, с истинной свободой. Человека рассматривали как функцию экономики, как средство, а это так же дегуманизирует человека, как техногенная цивилизация. «Мир переживает опасность дегуманизации человеческой жизни, дегуманизацию самого человека… Противиться такой опасности может только духовное укрепление человека» [2].   Исследователи различных культурологических концепций говорят о цивилизационном кризисе, о смене парадигм культуры. Образы культуры постмодерна, культуры конца тысячелетия (Fin Millenium) многократно превзошли наивный декаданс модернистской культуры конца столетия (Fin de Sitcle). Другими словами, суть происходящих изменений (применительно к смене культурологической парадигмы) состоит в том, что не культура находится в кризисе, но человек, творец, а кризис культуры лишь проявление его кризиса. Таким образом, внимание к человеку, к развитию его духовности, духа есть преодоление кризиса. Книги Живой этики обращали внимание на необходимость сознательного подхода к грядущим изменениям культурно-исторической эволюции человека и выдвигали на первый план этические проблемы как важнейшее условие развития человека и общества.

 

Эти мысли перекликаются и с современным пониманием жизни человека и общества. Так, П. Костенбаум, специалист по вопросам воспитания руководящих кадров Америки, считает, что «общество, построенное не на этике, не на зрелых сердцах и умах, долго не проживет». Н. Рерих утверждал, что Культура — культ Света, Огня, почитание духа, высшее служение совершенствованию человека. Утверждение истинной Культуры в сознании человека является необходимым условием преодоления кризиса.

 

Контрольные вопросы    1. Каковы основные тенденции развития общественного сознания в 90-е годы?

 

2. Как изменилась система ценностных ориентации в это время?  3. В чем сущность новой модели общественного развития России?  4. Каковы цели и результаты экономической реформы, проводимой в России с 1992 г.?  5. Насколько реален и в чем проявляется политический плюрализм в современной России?

 

6.

 

Чем характеризуется ситуация в культурной жизни в эпоху перестройки и в постперестроечное время?   7. Какие пути выхода из кризиса видятся на современном этапе?   8.

 

В чем проявилась политизированность интеллигенции в этот период?    Библиография    1. Культурология.

 

Ростов н/Д.: Феникс, 1995.

 

2. История России.

 

XX век / Под ред.

 

В.П. Дмитренко. М.: ACT, 1996.  3. История современной России.

 

1985-1994 гг. М.: Терра. 1995.

 

4.

 

Общество и экономика. 1998. № 1.  5. Общество и экономика. 1998. № 6.          Приложение 1      ТРЕБОВАНИЯ  (ФЕДЕРАЛЬНЫЙ КОМПОНЕНТ)  к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки бакалавра и дипломированного специалиста по циклу «Общие гуманитарные и социально-экономические дисциплины» в государственных образовательных стандартах высшего профессионального образования второго поколения     (утверждены 3 февраля 2000 г.)   (извлечения)       Отечественная история     Сущность, формы, функции исторического знания. Методы и источники изучения истории. Понятие и классификация исторического источника. Отечественная историография в прошлом и настоящем: общее и особенное. Методология и теория исторической науки. История России — неотъемлемая часть всемирной истории.

 

Античное наследие в эпоху Великого переселения народов. Проблема этногенеза восточных славян. Основные этапы становления государственности.

 

Древняя Русь и кочевники.

 

Византийско-древнерусские связи. Особенности социального строя Древней Руси.

 

Этнокультурные и социально-политические процессы становления русской государственности. Принятие христианства.

 

Распространение ислама. Эволюция восточнославянской государственности в XI-XII вв. Социально-политические изменения в русских землях в XIII-XV вв. Русь и Орда: проблемы взаимовлияния.   Россия и средневековые государства Европы и Азии.

 

Специфика формирования единого российского государства. Возвышение Москвы. Формирование сословной системы организации общества.

 

Реформы Петра I. Век Екатерины.

 

Предпосылки и особенности складывания российского абсолютизма. Дискуссии о генезисе самодержавия.   Особенности и основные этапы экономического развития России.

 

Эволюция форм собственности на землю. Структура феодального землевладения. Крепостное право в России.

 

Мануфактурно-промышленное производство. Становление индустриального общества в России: общее и особенное. Общественная мысль и особенности общественного движения России XIX в. Реформы и реформаторы в России. Русская культура XIX в. и ее вклад в мировую культуру.   Роль XX столетия в мировой истории. Глобализация общественных процессов. Проблема экономического роста и модернизации. Революции и реформы. Социальная трансформация общества. Столкновение тенденций интернационализма и национализма, интеграции и сепаратизма, демократии и авторитаризма.   Россия в начале XX в. Объективная потребность индустриальной модернизации России.

 

Российские реформы в контексте общемирового развития в начале века. Политические партии России: генезис, классификация, программы, тактика.   Россия в условиях мировой войны и общенационального кризиса. Революция 1917 г. Гражданская война и интервенция, их результаты и последствия. Российская эмиграция. Социально-экономическое развитие страны в 20-е годы. НЭП. Формирование однопартийного политического режима. Образование СССР.

 

Культурная жизнь страны в 20-е годы.

 

Внешняя политика.   Курс на строительство социализма в одной стране и его последствия. Социально-экономические преобразования в 30-е годы.

 

Усиление режима личной власти Сталина. Сопротивление сталинизму.   СССР накануне и в начальный период Второй мировой войны.

 

Великая Отечественная война.

 

Социально-экономическое развитие, общественно-политическая жизнь, культура, внешняя политика СССР в послевоенные годы. Холодная война.

 

Попытки осуществления политических и экономических реформ.   НТР и ее влияние на ход общественного развития.   СССР в середине 60-80-х годов: нарастание кризисных явлений. Советский Союз в 1985-1991 гг. Перестройка. Попытка государственного переворота 1991 г.

 

и ее провал. Распад СССР. Беловежские соглашения. Октябрьские события 1993 г.   Становление новой российской государственности (1993-1999 гг.). Россия на пути радикальной социально-экономической модернизации.

 

Культура в современной России. Внешнеполитическая деятельность в условиях новой геополитической ситуации.     Культурология     Структура и состав современного культурологического знания. Культурология и философия культуры, социология культуры, культурная антропология. Культурология и история культуры. Теоретическая и прикладная культурология.   Методы культурологических исследований.   Основные понятия культурологии: культура, цивилизация, морфология культуры, функции культуры, субъект культуры, культурогенез, динамика культуры, язык и символы культуры, культурные коды, межкультурные коммуникации, культурные ценности и нормы, культурные традиции, культурная картина мира, социальные институты культуры, культурная самоидентичность, культурная модернизация.   Типология культур.

 

Этническая и национальная, элитарная и массовая культуры. Восточные и западные типы культур. Специфические и «серединные» культуры.

 

Локальные культуры. Место и роль России в мировой культуре. Тенденции культурной универсализации в мировом современном процессе.   Культура и природа. Культура и общество. Культура и глобальные проблемы современности.

 

Культура и личность. Инкультурация и социализация.     Порядок реализации курса     При формировании основной образовательной программы вуз (факультет) включает в качестве обязательных дисциплины «Иностранный язык» (в объеме не менее 340 часов), «Физическая культура» (в объеме не менее 408 часов), «Отечественная история», «Философия».

 

Остальные базовые дисциплины могут реализовываться по усмотрению вуза. При этом возможно их объединение в междисциплинарные курсы при сохранении обязательного минимума содержания.   Если дисциплина является частью общепрофессиональной или специальной подготовки (для гуманитарных и социально-экономических направлений подготовки (специальностей)), выделенные на ее изучение часы могут перераспределяться в рамках цикла.    Приложение 2  ПРОГРАММА КУРСА «ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРОЛОГИЯ»     Введение. Место, цели и задачи курса «История и культурология» в системе гуманитарного образования и подготовки специалистов в высшей школе   Предмет, методологические основы и периодизация курса. Виды источников.

 

Учебные пособия и литература. Принцип целостного изучения истории и культуры.

 

Проблема художественного восприятия истории и культуры.

 

Соотнесенность отечественной и мировой истории и культуры.     Тема I. Основные школы, направления и теории в истории и культурологии   Сущность и понятие «культура». Основные подходы к определению понятия. Взаимосвязь структуры и функций культуры. Типология культур и цивилизаций. Соотношение культуры и цивилизации, различное их истолкование. Культура и история. Основные концепции культурно-исторического развития.     Тема II. Первобытное общество: рождение человека и культуры   Понятие «первобытное общество», дискуссии о его месте в человеческой истории.

 

Хронологические рамки и общая характеристика первобытности. Проблема антропогенеза и социогенеза.   Условия формирования и развития первобытного типа культуры. Характерные черты первобытной культуры, структурные элементы и их характеристика.

 

Древнейшие формы религии и их связь с ритуалом и магией. Теории происхождения искусства. Основные направления искусства и их взаимосвязь. Памятники первобытной культуры на территории России. Элементы первобытной культуры в культуре современного мира.     Тема III. История и культура древних цивилизаций   Возникновение древнейших цивилизаций. Восток как социокультурный и цивилизационный феномен. Специфика древневосточных цивилизаций. Художественные и эстетические особенности культур Древнего Востока.

 

Понятие об античности и античной культуре как основе европейской цивилизации. Эллинская и римская античность. Античный полис как уникальное явление. Мировосприятие человека в античном обществе. Художественный мир античной культуры.   Значение древнейших мировых культур для развития современности и судьбы историко-культурного наследия Древнего мира. Роль исторического синтеза в развитии древних обществ.     Тема IV. История и культура средневековых цивилизаций (V-XV вв.)   Место средневековья во всемирно-историческом процессе. Его хронологические рамки и периодизация.

 

Западно- и восточноевропейские варианты средневекового исторического развития.

 

Культура европейского средневековья: периодизация, источники формирования, ареалы, общие черты и особенности. Средневековые картины мира, системы ценностей, идеалы человека. Корпоративность, неоднородность европейской культуры. Народная и аристократическая культура.

 

Общая характеристика арабо-мусульманской цивилизации. Особенности ислама как мировой религии. Художественная культура. Влияние арабских культурных и научных традиций.   Социально-экономическое и политическое развитие Византии. Византийская культура как наследница античных традиций. Система культурных ценностей Византии. Космополитический характер культуры Византии. Особенности византийской эстетики.     Тема V. Русь в средние века   Этногенез славян и этнокультурные процессы в восточном славянстве; древнерусское государство, характер его взаимодействия с западными, восточными и стенными цивилизациями.   Генезис древнерусской государственности и роль норманнского влияния. Историческая обусловленность принятия Русью христианства.

 

Усиление процесса обособления русских земель. Монголо-татары и русские земли: социокультурный аспект взаимоотношений.   Образование централизованного государства и его особая роль в русском обществе. Московское царство: особенности общественно-политического устройства и социально-экономического развития. Место и роль церкви в русском обществе. Влияние православия на формирование системы ценностей русского народа.   Художественная культура Руси как отражение мировоззрения средневекового человека и русского национального характера. Становление русского национального характера. Русская иконопись как отражение мировоззрения средневекового человека.     Тема VI.

 

Возрождение и Реформация   Предпосылки европейского Возрождения. Хронологические рамки и географическое пространство культуры Возрождения. Ренессансное осмысление картины мира и место человека в ней. Гуманизм — идеология Ренессанса.

 

Искусство итальянского Возрождения. Северное Возрождение как самостоятельная культурная эпоха. Его творцы и носители.   Реформационные движения в Европе. Протестантская мораль и становление личности нового типа.

 

Массовый характер реформационной культуры и ее отличие от элитарной культуры Возрождения.

(Visited 1 times, 1 visits today)
Do NOT follow this link or you will be banned from the site! Пролистать наверх