Самигуллин в к конституционноe право россии курс лeкций – уфа рио башгу 2004 — 490с |

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ   БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ   В.К.

 

САМИГУЛЛИН   КОНСТИТУЦИОННОЕ   ПРАВО   РОССИИ   КУРС ЛЕКЦИЙ   3-е издание, дополненное и переработанное   Уфа   РИО БашГУ 2004   МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ   В.К. Самигуллин   КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО РОССИИ   Курс лекций   3-е издание, дополненное и переработанное   Уфа РИО БашГУ   2004   УДК 342 ББК 67.400 СП   Отв. редактор: канд. юрид. наук В.М.

 

Костылев   Рецензенты: Кафедра конституционного права Уральской государственной юридической академии (г. Екатеринбург);   доктор юридических наук, профессор Московской государственной юридической академии, Заслуженный деятель науки РФ Н.А. Михалева (г. Москва)   Самигуллин В.К.   СП Конституционное право России: Курс лекций. — 3-е издание, дополненное и переработанное. — Уфа: РИО БашГУ, 2004. — 490с.   ISBN 5-7477-0942-9   В книге представлены лекции по ключевым темам учебного курса «Конституционное право Российской Федерации».   Предназначена для студентов, аспирантов, преподавателей, для всех, кто интересуется вопросами права и государства.   УДК 342 ББК 67.400   ISBN 5-7477-0942-9   (c) Самигуллин В.К., 2004 г.

 

(c) БашГУ, 2004 г.

 

Указ   Президента Российской Федерации   «Об изучении Конституции Российской Федерации   в образовательных учреждениях»   В целях формирования правовой культуры и гражданского воспитания личности постановляю:   1. Считать целесообразным организовать изучение Конституции Российской Федерации в образовательных учреждениях.   2.

 

Правительству Российской Федерации при утверждении федеральных компонентов государственных образовательных стандартов основного общего образования обеспечить включение в них основных положений Конституции Российской Федерации.   Президент Российской Федерации   Б.

 

Ельцин.

 

Москва, Кремль   29 ноября 1994 года   №2131   Российская газета. — 1994. — 7 декабря   СОДЕРЖАНИЕ   Введение …….   сии   Раздел I.

 

Теоретические начала конституционного права Рос-   Лекция 1. Конституционное право как наука……………12   Лекция 2.

 

Конституция: общая характеристика………….35   Лекция 3. Конституционное развитие России…………..57   Раздел II. Нормативный аспект конституционного права Лекция 4.

 

Конституционное право в правовой системе России . 77 Лекция 5. Источники российского конституционного права …

 

94   Раздел Ш. Демократические и гуманистические начала конституционного права   Лекция 6. Основы конституционного строя России………109   Лекция 7. Права и свободы человека и гражданина………126   Лекция 8. Гражданство Российской Федерации…………151   Раздел IV. Государственно-территориальное устройство современной России   Лекция 9. Россия — федеративное государство………….184   Лекция 10. Субъекты Российской Федерации………….212   Лекция 11.

 

Федеральные округа……………………231   Раздел V. Три уровня публичной власти в России   Вводное слово………………………………….240   Часть первая. Федеральный уровень государственной власти   Лекция 12. Президент Российской Федерации………….241   Лекция 13. Парламент Российской Федерации………….263   Лекция 14. Правовой статус парламентария……………280   Лекция 15. Правительство Российской Федерации………290   Лекция 16. Судебная власть……………………….316   Часть вторая. Региональный уровень государственной власти   Лекция 17 Административно-территориальное устройство субъекта Российской Федерации…………………………..351   Лекция 18. Особенности организации законодательной (представительной) и исполнительной государственной власти в субъектах Российской Федерации……………………………..360   Лекция 19. Правовой статус легисланта………………393   Часть третья. Местное самоуправление в Российской Федерации   Лекция 20. Конституционно-правовые основы местного самоуправления ……………………………………………396   Указатель имен…………………………………423   Приложения…………………………………..I-LVI1I   ВВЕДЕНИЕ   Нет ничего практичнее хорошей теории. Роберт Кирхгоф   Теория и практика образуют одно целое, и, как душа и тело, они зачастую не согласны между собою. Мария Эшенбах   Сегодня недостатка в учебниках и учебных пособиях, в иных дидактических материалах по конституционному праву нет. После принятия новой Конституции РФ учебников только с грифом Минобразования России опубликовано несколько десятков. Но такая картина характерна не только для конституционного права. Издано много различной литературы и по дисциплинам, относящимся к другим областям юридических знаний: теории права и государства, гражданскому (частному) праву, административному праву, уголовному праву и т.д.   Еще недавно самым толстым учебником по конституционному праву было издание, подготовленное профессором Маратом Викторовичем Баглаем.

 

Сейчас таких книг немало.

 

Но пальма первенства в этом принадлежит учебнику профессора Анатолия Алексеевича Без-углова и профессора Сергея Александровича Солдатова, который именуется полным курсом конституционного права России. Состоит он из трех томов, по которым распределены 14 глав, включающих 95 параграфов. Каждый параграф, по существу, отдельная лекция (тема). Общий объем курса 2384 страницы: том I — 800 страниц, II — 832, III — 752.

 

Внушительно, не правда ли?

 

По объему этот курс, пожалуй, достоин книги рекордов Гиннеса. Но каково студентам? Смогут ли они одолеть этот трехтомник за время, отведенное им для изучения конституционного права? Особенно если принять во внимание то, что «от сессии до сессии живут студенты весело, а сессия всего два раза в год».   Некоторые преподаватели (молодые и не очень) считают: зачем издавать какие-то авторские курсы, если и без них полно учебников и учебных пособий.

 

Достаточно умело воспользоваться ими.

 

Едва ли можно с ними согласиться.   В основе нашего курса лекции и материалы к ним, опубликованные автором ранее: Основы российского конституционного права, — Уфа, 2000.

 

— 175 с.; Конституционное право России, — Уфа, 2001. -320 с.; Публичная власть: региональный аспект.- Уфа, 2002.- 115 с. Но рассмотренные в них темы переработаны и дополнены новыми лекциями, новыми данными, с учетом развития конституционно-правовой научной мысли, совершенствования действующего законодательства и практики его применения. Исправлены опечатки и другие погрешности полиграфического характера.   Курс состоит из 20-ти лекций, которые сгруппированы в пять разделов.   I. Теоретические начала конституционного права (три лекции).   II.

 

Нормативный аспект конституционного права (две лекции). Ш. Демократические и гуманистические начала конституционного права (три лекции).   IV. Государственно-территориальное устройство современной России (три лекции).   V. Три уровня публичной власти в России (девять лекций). Последний раздел разбит на три части, что обусловлено общей   логикой изложения материала.

 

Первая часть посвящена федеральной государственной власти, вторая — региональной, а в третьей рассматриваются вопросы, относящиеся к конституционно-правовым основам местного самоуправления.   Общий объем курса 42 2 страниц (без приложений и именного указателя). Многовато?! Но все же меньше, чем у А.А.

 

Безуглова и С.А. Солдатова. Думается, что у студентов не возникнет больших затруднений в освоении предложенного лекционного материала.   Можно заметить, что, несмотря на некоторую структурную модернизацию, в целом в основу курса положена структура действующей федеральной Конституции.

 

Такой подход, на наш взгляд, оправдан тем, что позволяет лучше усвоить логику Основного закона и яснее представить развитие основанного на ней законодательства и правоприменительной практики. Важно это и с той точки зрения, что в этом случае открываются большие возможности для хорошего овладения «языком» конституционного права, его терминами, понятиями и категориями. Вместе с тем, что тоже можно легко заметить, ряд   тем, которые многие авторы традиционно включают в свои лекционные курсы, в данном курсе лекций отсутствуют. Например, нет лекции, посвященной избирательному праву и референдумному праву. Несколько схематизировано изложен материал, относящийся к правам и свободам человека и гражданина.   Это сделано сознательно. Как нам представляется, основной курс конституционного права не должен быть перегружен. Он все же должен быть посвящен лишь ключевым темам. Другие же темы могут получить освещение в материалах спецкурсов и спецсеминаров. Именно таким путем идет наша кафедра.

 

Наряду с основным курсом конституционного права преподаются еще 14 спецкурсов: конституционно-правовые основы свободы совести, парламентское право (законотворчество), избирательное право и др. Кроме того, учитывается то, что отдельные темы конституционно-правового свойства с той или иной степенью глубины освещаются при преподавании других учебных дисциплин: теории права и государства, истории права и государства, истории правовых учений, прав человека, международного права, политологии и др. В нашем институте (институте права Башгосуниверситета) даже образована кафедра прав человека, учебные дисциплины которой предполагают более углубленное изучение проблематики прав и свобод человека и гражданина.   Наряду с позитивным материалом наша работа содержит и вопросы проблемного характера.   В части законодательства она ориентирована на действующие источники права, среди которых, естественно, первенство отдано Конституции РФ, федеральным конституционным законам и федеральным законам. Здесь автор стремился быть предельно строгим. Вместе с тем в работе реализуются определенные идеи и концепции, которые, однако, автором не рассматриваются как бесспорные. Так, сторонники национально-территориальной, асимметричной, договорной федерации, вероятно, не согласятся с мыслью о том, что с точки зрения устойчивого развития страны, благоденствия ее народа, управляемости более привлекательна теоретическая конструкция территориальной, симметричной, конституционной федерации.

 

Возможно, и даже скорее всего, не всем понравится структура курса. И к этому, думается, нужно отнестись с пониманием, так как вопросов более чем достаточно. Например, надо ли рассматривать   проблему соотношения курса конституционного права и специально-юридических дисциплин (скажем, курса административного права) или иных дисциплин (например, политологии)? Оправданы ли исторические экскурсы или лучше уйти от них? Уместна ли в курсе лекция на тему «Российская Федерация в мировом сообществе правовых государств» или это тема, относящаяся к международному праву либо проблемам глобалистики?

 

Может быть, курс надо разделить, как предлагает Наталья Анатольевна Богданова, на общую и особенную части? А может быть, что в последние годы активно проповедует профессор Марат Сабирзянович Саликов, в курсе надо выделить еще и особый раздел или специальную часть, где рассматривается процедурно-процессуальная проблематика конституционного права?   Конституционное право имеет сложную природу. Можно сказать: ее природа множественная, а если быть еще точнее, синтетическая. Содержание конституционного права образует глубокий сплав идей, знаний, принципов и норм. Как наука конституционное право сочетает в себе черты фундаментальных и прикладных дисциплин. Наряду с очевидными истинами здесь еще много и не совсем ясного. Как любая наука, она сталкивается с тайнами, имеет секреты. С этим связаны трудности в организации лекционного материала, и это же требует постоянной работы над его совершенствованием. То, что сегодня кажется великолепным, завтра может вызвать другие чувства, ибо все относительно. Пределов для совершенствования нет. Пожалуй, хороший курс лекций — это не тот, у которого много достоинств, а тот, у которого мало недостатков. Именно к этому стремился автор данного курса. Удалось ли решить эту задачу?   В курсе приняты следующие сокращения:   РФ, Россия, Федерация — Российская Федерация.

 

Конституция РФ — Конституция Российской Фе-   дерации от 12 декабря 1993 года.   ФКЗ — Федеральный конституцион-   ный закон.   ФЗ — Федеральный закон.   ФЗ о гражданстве — Федеральный закон РФ о гра-   жданстве, принятый Государственной думой Федерального   Собрания Российской Федерации 31 мая 2002 года.   — Центральная избирательная комиссия Российской Федерации.

 

— Президент Российской Федерации.   — Федеральное собрание — парламент Российской Федерации.   — Государственная дума Федерального собрания Российской Федерации.   — Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации.   — Государственный Совет.   — Правительство Российской Федерации.   — Конституционный Суд Российской Федерации.   — Верховный Суд Российской Федерации.   — Высший арбитражный суд Российской Федерации   Буду признателен всем, кто возьмет на себя труд высказать замечания и предложения, направленные на совершенствование учебного пособия   Мой служебный адрес: 450006, г. Уфа, ул.Достоевского, 131, Институт права Башгосуниверситета.

 

ЦИК РФ   Президент   Федеральное собрание Госдума   СФ   Госсовет Правительство   КС РФ ВСРФ ВАС РФ   РАЗДЕЛ I.

 

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ НАЧАЛА КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА РОССИИ   10   Лекция 1   КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО КАК НАУКА   Наука — это организованное знание. Г. Спенсер   Жизнь ставит цели науке; наука освещает путь жизни.   Н. Михайловский   Существуют три стадии признания научной истины: первая — «это абсурд», вторая — «в этом что-то есть», третья — «это общеизвестно»   Эрнест Резерфорд   1. Общая характеристика науки конституционного права. Николай Бердяев как-то сказал: «Науки нет, есть только науки». Это очень смелое и, вместе с тем, исключительно спорное утверждение.

 

Вернее все же рассматривать науку как сложное явление.

 

Ее можно представить как сумму научных знаний, и с этой точки зрения, думается, допустимы оба эти понятия: в каждом из них заключено представление о науке (науках), как об известном диалектичном единстве единичного и суммативного.   Можно вести речь о науке конституционного права отдельных стран. С этой точки зрения у каждой страны может быть своя наука конституционного права. Вместе с тем все, что в той или иной стране относится к конституционной проблематике, может рассматриваться в качестве объекта конституционного права как единой науки. В советское время в юриспруденции определенное развитие получило государственное (конституционное) право зарубежных стран. Достаточно активно использовалась следующая терминология: государственное право буржуазных стран; государственное право развивающихся стран; государственное право стран капиталистической ориентации; государственное право стран социалистической ориентации.

 

Сейчас иногда пишут так: конституционное право стран дальнего зарубежья; конституционное право стран ближнего зарубежья. Ныне же ученые-юристы, занимающиеся изучением нероссийского конституционного права, свой предмет научного увлечения называют no-разному: одни — конституционное   12   право зарубежных стран (государств); другие — иностранное конституционное право. В последнее время достаточно активно развивается такое направление в конституциоведении как сравнительное конституционное право.

 

Это как бы общее конституционное право, изучающее конституционное право всех стран мира, взятых в единстве и различии.

 

В определенных своих частях сравнительное конституционное право смыкается с общей теорией права и государства, международным правом, философией, социологией, политологией.   Любая наука имеет свой объект и свой предмет. Что же представляют собой объект и предмет российской конституционно-правовой науки?   Разрушение тоталитаризма в России, развитие либерально-демократических идей и институтов в обществе обусловили не только смену обозначения науки (раньше она именовалась наукой советского государственного права, а теперь — наукой российского конституционного права), но и пересмотр прежних подходов к характеристике объекта и предмета этой науки. Однако в предлагаемых решениях немало дискуссионного. Одни ученые-конституционалисты не проводят различия между объектом и предметом науки конституционного права, нередко просто отождествляют их. Другие различают их, но не совсем четко их характеризуют.   При решении вопроса об объекте и предмете науки конституционного права, вероятно, нужно руководствоваться следующим методологическим постулатом: объект той или иной отрасли научного знания — это то, что дано до науки, а предмет ее — это то, что получилось после «научного окультуривания» этого поля. Вместе с тем следует учитывать еще одно обстоятельство: на определенном этапе своего развития во всякой науке получает развитие процесс самопознания, что, несомненно, является необходимым условием ее дальнейшего развития.

 

А это, в свою очередь, усложняет решение вопроса об объекте и предмете науки.   В самом общем виде объект конституционного права как науки образует человек, его естественные права и свободы; общество и государство как институциональные образования, взятые в единстве, различии и взаимодействии. При углублении же в вопрос можно обнаружить, что основной интерес науки конституционного права сфокусирован на изучении конституционного права как от-   13   расли отечественной системы права; взаимоотношений человека и власти; становления и развития важнейших институтов общества (семьи, собственности, коллективов, местного самоуправления, партий и т.д.) и государства (прежде всего, институтов главы государства, парламента, правительства, судебной системы), а также законодательства (главным образом, конституционно-правового, но не только), а также практики его реализации, применения. Кроме того, в орбите познания науки конституционного права находятся такие объекты, как личность ученого-конституционалиста, различные конституционно-правовые идеи, учения, теории, концепции; конституционно-правовые научные институты, центры и другие учреждения и т.д.

 

Предмет же науки конституционного права образуют вопросы, часто проблемные, направленные на установление закономерностей, тенденций, имеющих существенное значение с точки зрения легитимации и защиты естественных прав и свобод человека и гражданина, развития структур гражданского общества и правового государства, формирования конституционно-правового законодательства, в целом правовой системы общества. В зависимости от различных обстоятельств круг тем, обсуждаемых конституционалистами может сужаться или расширяться, но в целом объем и характер проблематики, образующей содержание науки конституционного права, предопределен объективными факторами: уровнем развития общества (в диком обществе не возникает даже потребности в науке конституционного права, как, впрочем, и в любой другой науке), степенью развития важнейших элементов конституционализма, т. е. тех ее частей, в которых наиболее полное выражение находят мировоззрение, философско-теоретические взгляды, основанные на постулатах свободы и справедливости. Свобода самодостаточного общества и порядок в государстве, наделенном властью, необходимой и достаточной, чтобы обеспечить безопасность обществу и его членам, не разрушая сложившийся в обществе правопорядок, а напротив, способствуя его сохранению и развитию, — это, пожалуй, стержневая идея современного конституционализма. Думается, тема законности, точнее правозаконности, относится не столько к обществу, сколько к государству. Если государство действительно проявляет заботу о правопорядке, то оно всегда должно действовать в режиме правоза-   14   конности. Общество не может жить только по писаным законам, в которых элемент субъективизма, волюнтаризма, произвольности во все времена достаточно значителен. Оно живет, веря в идею права, которое во много раз богаче и сложнее закона. Государство может находиться в кризисе и действительно частенько бывает в таком состоянии. И если с тем или иным успехом оно преодолевает такое состояние, то, как правило, только благодаря силе общества, долготерпению населения, его вере в право, в любовь, плодом которой является каждый человек, а также во все то хорошее, что окружает людей, создавая определенный уровень комфортности для их жизни.   Какова система российской науки конституционного права? Это один из интереснейших и вместе сложнейших вопросов консти-туциоведения.

 

В дореволюционной России нормативно-правовая сторона идеи конституции была развита крайне слабо.

 

Этот «минус», как ни странно, в теоретическом плане становился «плюсом».

 

Незрелость конституционно-правовой догмы позволяла развивать содержательно богатые теории о том, что есть система науки конституционного (государственного) права. По этому поводу Н.М. Коркуновым, Н.И.

 

Лазаревским и рядом других крупных ученых-конституционалистов высказаны глубокие идеи, которые сохраняют свое значение и ныне. Так. Н.М. Коркунов находил, что система науки государственного права состоит из двух частей -общей и особенной. А Н.И. Лазаревский считал, что в системе науки конституционного (государственного) права центральное место должны занимать вопросы о конституционном государстве, т.е. о формах правления, исторических предпосылках конституционного строя (разделении властей, народном суверенитете, народном представительстве).

 

В советское время в юриспруденции господствовало мнение, что система науки государственного права СССР не может расходиться с системой государственного права как отрасли советской системы права, точнее, со структурой ее основного источника -Конституции СССР.

 

Иные взгляды, а они были (крайне интересны работы Г.С. Гурвича, И.Д. Левина, И.П.

 

Трайнина), разделялись немногими. В 60-80-е годы ученый люд стал смелее. А.И.

 

Лепешкиным, И.Е. Фарбером, В.А. Ржевским, Б.В. Щетининым были обоснованы различные варианты системы науки конституционного (государст-   15   венного) права, которые достаточно сильно отличались от структуры действующей тогда конституции.   Ныне, уже в постсоветский период, в области систематики науки конституционного права много и продуктивно работают, например, Н.А. Богданова, В. Т. Кабышев, Ю.А. Тихомиров и др. Проведен критический анализ многих воззрений на систему науки конституционного (государственного) права, высказаны интереснейшие идеи на этот счет. Вместе с тем сохраняет свое значение и традиционная точка зрения, согласно которой структура науки конституционного права во многом совпадает со структурами конституционного права как отрасли отечественной системы права и как учебной дисциплины.   Таким образом, существуют различные решения вопроса о системе науки конституционного права.

 

В дискуссионном плане хотелось бы высказать наше видение решения этого вопроса.

 

Обычно указывается, что конституционное право — система идей, взглядов, представлений, принципов, знаний о конституционном праве как отрасли отечественной системы права, обращается внимание на составляющие его содержание нормы, регулирующие общественные отношения. При этом отдельными авторами обращается внимание на то, что конституционное право частью относится к правоведению, а частью к государствоведению.

 

Со сказанным с теми или иными допущениями, думается, можно было бы согласиться, но здесь, на наш взгляд, не принимаются во внимание два важных обстоятельства.

 

Дело в том, что любая наука — это не только знания (идеи, теории, концепции и. д.), а еще и деятельность, в процессе которой эти знания потребляются и производятся, и, в конечном счете, вырабатываются новые знания. Кроме этого, всякая наука — еще и научные учреждения, научные образования, научные ассоциации. Следовательно, и в случае с наукой конституционного права при характеристике ее системы нельзя ограничиваться тем, что она представляет собой систему знаний, а обязательно нужно указывать еще и на деятельность, направленную на приращение этих знаний, а также на научные учреждения, научные образования, научные ассоциации как на ее определенные системообразующие элементы.   Далее.

 

Существуют определенная зависимость между системой науки конституционного права и структурной организацией   16   всего объема изучаемого ею материала, т.

 

е. при исследовании и характеристике системы науки конституционного права вольно или невольно приходится считаться с системными особенностями ее объекта и предмета.   Кроме того, нельзя понять, в чем специфика системы науки конституционного права, если отсутствует определенность в последовательности основной идеи конституционализма, которая по большему счету является отправной и в то же время конечной точкой всей конституционно-правовой теории и практики.   Наконец, любая достаточно развитая наука состоит из частей, в которых заключены соответствующие знания, относящиеся к ее философско-теоретической основе, истории, понятийно-категориальной и нормативной стороне. Следовательно, указанные элементы необходимо различать и в системе науки конституционного права. Вполне уместны в ней и исследования, направленные на алгоритмизацию решения отдельных конституционно-правовых задач.   Таким образом, можно заключить: хотя наука конституционного права представляет собой структурно обособленную часть правоведения и государствоведения в их функциональном единстве, она, тем не менее, представляет собой вполне самостоятельное и достаточно сложное системное образование, которое в полную объеме еще, пожалуй, не познано.

 

В порядке рабочей гипотезы можно высказать идею о том, что в качестве наиболее существенных, системообразующих элементов науки конституционного права выступают следующие содержательно богатые, наукоемкие фрагменты:   1.

 

Методолого-теоретические начала науки конституционного права.   2.

 

История науки конституционного права.   3.

 

Учение о конституции. Современные взгляды на конституционализм, на его сущность, содержание, структуру, виды, возможности влияния на развитие общества и государства, отдельных их структур.   4. Конституционно-правовые принципы.

 

5. Важнейшие конституционно-правовые понятия и категории.

 

Механизм конституционно-правового регулирования.

 

6. Права и свободы человека и гражданина.   17   7.

 

Правовая система.   8. Территориальное устройство государства.   9. Организация и функционирование публичной власти. Понятие публичной власти.

 

Виды и уровни публичной власти. Ветви государственной власти в условиях различных форм государства и политических режимов. Местное самоуправление.   10. Научные кадры и научные учреждения, организации, ассоциации.   Отсюда — наука конституционного права представляет собой отдельную область правоведения и государствоведения, взятых в единстве, т.е. систему специфических знаний о конституционно-правовой действительности, теоретико-практическую деятельность ученых-конституционалистов и специалистов, занимающихся решением многообразных задач, направленных на систематизацию и приращение этих знаний, а также совокупность научных учреждений, образований, ассоциаций, способствующих самореализации указанных лиц, создавая резким максимального благоприятствования развитию инициативы, творчества.   2. Методология науки конституционного права.

 

Что такое методология?

 

Одни отождествляют методологию с философией.

 

Другие находят, что методология не сводится к философии, поскольку включает в себя еще и не философские, а чисто научные понятия и категории прикладного характера. Существует достаточно авторитетное мнение, что методология — особая отрасль науки, которая, отвлекаясь от психологических, физиологических, социальных и других аспектов анализа, рассматривает главным образом объективную структуру процесса исследования и строение образующих его компонентов.

 

Э.Г. Юдиным высказана плодотворная идея, согласно которой необходимо различать типы и уровни методологии. По его мнению, существуют четыре уровня методологического знания: высший уровень — философская методология, определяющая общие принципы познания и категориальный аппарат науки в целом; уровень общенаучных принципов и форм исследования, специфика которых состоит в относительном безразличии к конкретным типам предметного содержания отдельных наук, и вместе с тем обладает некоторыми «общими чертами процесса познания в его достаточно   18   развитых формах»; уровень конкретной научной методологии -принципы исследования и процедуры, применяемые в той или иной специальной научной дисциплине; низший уровень — методика и техника конкретного исследования, которые представляют собой «набор процедур», обеспечивающих получение единообразного и достоверного эмпирического материала и его первичную обработку1.   Таким образом, в науке нет единого понимания методологии. Слабо разработан и вопрос о методологии науки конституционного права. Большинство ее представителей довольствуются наработками по этому вопросу данными общей теории права и государства, хотя, если углубиться в предмет, можно заметить, что и в этой научной области вопросы методологии тоже во многом дискуссионны.   Условимся, что методология — понятие достаточно широкое, собирательное, синтетическое, интегральное, состоящее из ряда компонентов: мировоззрения и фундаментальных понятий, некоторых общих принципов, всеобщих законов и категорий, общих и частных методов. С прикладной точки зрения очень важен вопрос о совокупности методов, используемых наукой конституционного права. Но при этом нельзя забывать и того, что методология не есть простая сумма, некий набор методов, а есть нечто большее. Методы, взятые в единстве и в целом, лишь часть всей методологии как системного явления. Ни один метод не имеет методологического значения без предмета соответствующей науки.   В науке конституционного права достаточно активно используются следующие методы и подходы.   Аналитический метод. Этот метод неплохо представлен в некоторых работах, например, профессора Виктора Осиповича Лучина». Их достоинством является тщательная проработка, глубокий, всесторонний анализ догмы конституционного права, что достигается путем изучения текстов конституций, конституционных и обычных законов, практики их реализации (применения), сложных юридических дел, рассмотренных КС РФ. В результате аналитического изучения конституционно-правового материала, если оно проведено достаточно квалифицированно, раскрывается сложная картина конституционно-правовой действительности, обнажается ее содержание, выявляются проблемы, открывается возможность отработать «на берегу» наиболее целесообразные формы и методы конституционно-   19   правового воздействия на социальные процессы, выработать эффективные конституционно-правовые процедуры и усовершенствовать их адекватно широкой социальной и юридической практике, более глубоко проникнуть в «тайны» конституционного права, основательнее изучить особенности конституционно-правовых норм и их специфических рядов, взятых в единстве с конституционными правоотношениями. От степени развитости аналитического подхода в конститу-циоведении, умелости применения ее методов в значительной степени зависят качество конституционно-правового законодательства, эффективность его реализации (применения), уровень подготовки специалистов в области конституционного права и в смежных с ним отраслях права, публичного права в целом, состояние правового сознания и правовой культуры в обществе   Исторический подход. «Тот, кто не знает истории, не знает настоящего, и у него нет будущего», — любят говорить историки. И с этим, думается, можно согласиться. Во всяком случае, в науке конституционного права это принципиальное положение лежит в основе исторического подхода, дополняющего аналитический подход.   История не учит ничему лишь тех, кто не хочет учиться.

 

Для тех же, кто с головой погрузился в историю, ретроспективные методы — дело знакомое и хорошо освоенное, история — наука будущего.

 

Работая в архивах, изучая законодательство прошлого (если оно, естественно, сохранилось), литературные источники, результаты археологических исследований, словом, постигая «дела давно прошедших лет», ученый-конституционалист устанавливает закономерности и тенденции в развитии конституционно-правовых идей, взглядов, концепций, теорий, норм, институтов и учреждений, лучше понимает особенности конституционно-правовых принципов и норм, выявляет элементы преемственности в становлении и развитии правовой системы и государственности. Все это дает возможность лучше прогнозировать конституционно-правовое развитие, будущее конституционно-правовых принципов и норм, институтов и учреждений.   Исторический подход учит мыслить конкретно-исторически, рассматривать явления и процессы в развитии, выявляя их достоинства и недостатки. Знать это особенно важно сегодня, поскольку Россия находится в переходной стадии своего развития, ее правовая система далеко не совершенна, и отнюдь не все в условиях информационного   И   бума способны отличить истину от лжи, добро от зла, прекрасное (красоту) от безобразного (некрасивого), право от произвола.   Социологические методы. История не повторяется, а если повторяется, то это уже социология.

 

Социологические методы (наблюдение, интервьюирование, анкетирование и др.) в науке конституционного права нацелены на анализ практики реализации (применения) конституционно-правовых норм, взятых в единстве с конституционными правоотношениями, изучение правосознания граждан, различных социальных групп населения, государственных и муниципальных служащих. Они достаточно надежны и при исследовании деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления.

 

С помощью социологических методов можно получить достоверные данные, которые, при условии их правильной оценки, способствуют совершенствованию конституционно-правового законодательства и практики его реализации (применения), улучшению организации и деятельности государственных, муниципальных и иных самоуправленческих структур, развитию правовой системы в целом. С этой точки зрения значительный интерес представляет такой метод из арсенала «социологической юриспруденции» как правовой эксперимент — опытная проверка действия закона в ограниченных пространственных и временных пределах.

 

Статистические методы. Общепризнанно, что статистические методы (иногда их называют математическими методами, что в принципе, думается, допустимо) имеют большое значение для развития криминологии, уголовного права. Между тем, в прежние годы судебная статистика сформировалась на лоне государственного права. Ныне развивается правовая статистика. Возможности статистических методов достаточно велики. По существу, они могут эффективно применяться во всех областях юриспруденции, в том числе и в науке конституционного права. Любопытно то, что термин «статистика» произошел от латинского слова status (статус), что означает «определенное положение вещей». Употреблялся он первоначально в значении слова «государствоведение». Впервые был введен в обиход в 1749 году немецким ученым Г. Ахенвалем, выпустившим книгу о го-сударствоведении.   Статистические методы позволяют изучать количественную сторону массовых явлений социально-правовой жизни в единстве с их   20   21   качественным содержанием в конкретных условиях места и времени. Важным условием правильного применения статистических методов является выделение статистического показателя — количественной оценки свойств изучаемого социально-правового явления. В целом же статистические методы требуют, чтобы исследование соответствующего социально-правового явления осуществлялось последовательно, в рамках следующих трех этапов (стадий): 1) массового научно организованного наблюдения, с помощью которого добывается первичная информация об отдельных единицах (фактах) изучаемого явления; 2) расчленения всей массы случаев (единиц, фактов) на однородные группы и подгруппы (группировка), подсчета типов по каждой группе и подгруппе и оформления полученных результатов в виде статистической таблицы (сводки); 3) обработки получившихся статистических показателей и анализа результатов для получения обоснованных выводов о состоянии изучаемого явления и закономерностях его развития.

 

Выводы, как правило, излагаются в текстовой форме и сопровождаются графиками и таблицами.   В современных условиях возможности применения статистических методов в науке конституционного права значительно расширяются благодаря применению математических методов и современной вычислительной техники. Ценность их состоит в том, что они позволяют обнаружить факты, явления, процессы, тенденции, закономерности, которые не удается выявить и объяснить с помощью других методов, имеющихся в арсенале методологии науки конституционного права. Чтобы изучить полнее, лучше, точнее охарактеризовать то или иное явление, связанное с правом, часто бывает более полезным «статистически оценить» и «статистически выразить» изучаемый процесс. При правильном применении статистические методы позволяют рассматривать явление, процесс как бы в чистом, «аналитическом» виде. Статистические методы, вооружая исследователя точными и бесспорными фактами, дают ему «статистическое право» на вполне определенный вывод, который сложно опровергнуть словесными рассуждениями, Статистическим данным нужно противопоставлять статистические данные, а не слова, общие соображения, примерные данные, схоластические ухищрения.   Сравнительное правоведение. По Словарю русского языка Института русского языка АН СССР (ныне РАН) сравнить — значит 1)   22   сопоставить для установления сходства или различия, или для установления преимуществ одного перед другим; 2) приравнять к чему-либо, уподобить кому-либо3. Сравнение в этом смысле широко используется как в обыденной, повседневной жизни, так и в литературе, искусстве. В философии, логике, в различных областях науки сравнение обычно рассматривается как метод, средство, прием познания действительности.

 

В науке выработаны основные принципы сравнения.

 

Принято, например, руководствоваться тем, что сравнивать следует только сравнимые, однородные предметы, явления, понятия. Сравнение имеет смысл лишь в случае, если сравниваются важные, существенные стороны предмета, вещи, явления и т.п.4   Широкое и активное использование сравнения в юриспруденции ведет к формированию сравнительного правоведения.

 

Что же представляет собой сравнительное правоведение: метод или науку?   По мнению одних (например, Рене Давида), сравнительное правоведение представляет собой метод изучения права (правовых систем). Другие (например, Имре Сабо) находят, что сравнительное правоведение — «целое движение», наука, хотя еще и «незавершенная», находящаяся в процессе становления.

 

Существует точка зрения (А.А. Тилле, Г.В. Швеков), согласно которой сравнительное правоведение — это и метод, и наука5. Оценивая разногласия ученых-юристов по поводу «научной квалификации» природы сравнительного правоведения, В.А.

 

Туманов высказался, что более правы те авторы, которые не хотят решать этот научный спор, руководствуясь принципом «или — или», а придерживаются принципа «и это — и то». «Бесспорно, что сравнение — это частно-научный метод, широко используемый различными юридическими и государствоведческими науками. Но справедливо то, что применение этого метода привело к накоплению значительного материала, потребовало разработки теоретических предпосылок его использования.

 

Кроме того, в самой правовой действительности имеется значительное (большее, чем когда-либо ранее) число сфер, проблем и отношений, которые не могут быть изучены вне сравнительно-правового подхода. Это и обусловило тенденцию к тому, что сравнительное правоведение обрело черты относительно автономной научной дисциплины (ее называют также вспомогательной). Это не только методологическая дисциплина (хотя теория сравнительного метода занимает в ней значительное место), но и обобще-   23   ние и систематизация ряда результатов практики применения сравнительных исследований, истории компаративистики. Такое движение от метода к научной дисциплине привело к тому, что понятие сравнительного метода и сравнительного правоведения употребляются как синонимы», — пишет он6. За последние 20-30 лет появилось много новых ученых-юристов (М.Н. Марченко, А.Х. Саидов, Ю.А.

 

Тихомиров), с именами которых ассоциируется развитие исследований в области сравнительного правоведения. Однако указанный научный спор во многом сохраняет свое значение и ныне.   В целях нахождения более или менее удовлетворительного решения задачи позволим себе на время выйти за пределы юриспруденции. Что такое хирургия — наука или метод? Видимо, и то, и другое.

 

А педагогика?! А шахматы?! Наука или метод?

 

Видимо, ответ должен быть таким же. Очевидно, к этому ряду относится и сравнительное правоведение. Оно и наука, и метод.   В сравнительном правоведении важное место занимают две существенные проблемы: выбор объекта сравнительного исследования и принципы его осуществления. Эти проблемы решаются неоднозначно, но можно заметить: многие сходятся в том, что в качестве объекта сравнительно-правового исследования могут выступать самые различные явления и понятия, относящиеся к праву и государству (различают, например, макрообъекты и микрообъекты), если они сравнимы. В самом же процессе сравнения, как отмечает, например, Золтан Петери, могут быть выделены следующие три основных этапа:   «А) установление сравнимости, иначе говоря, выбор критерия сравнения (tertium comparationis), позволяющего практически осуществить сравнение изучаемых явлений;   Б) выявление сходства и различий между изучаемыми явлениями на базе критерия сравнения;   В) на основе этого сходства и различий:   а) выявление существенных признаков изучаемого явления и, исходя из этого, определение понятия о нем;   б) выявление тенденций его развития;   в) оценка конкретных форм, в которых это явление обнаруживается»7.   Активное использование принципов сравнительного правоведения в области науки конституционного права ведет к развитию   24   сравнительного конституциоведения. Сравнительное конституцио-ведение допускает микросравнение и макросравнение, внутреннее и внешнее сравнение, диахронное и синхронное сравнение, нормативное и функциональное сравнение. В сочетании с другими подходами и методами (аналитическим, историческим, социологическим и т.д.) сравнительное конституциоведение позволяет изучать конституционно-правовые явления, ранее остававшиеся вне поля зрения конституционалистов, и выйти за пределы узко-национальной проблематики; по-новому взглянуть на некоторые традиционные проблемы науки конституционного права с учетом многих факторов, влияющих на конституционно-правовое развитие, правовое развитие в целом.   Существует мнение, согласно которому сравнительным кон-ституциоведением охватываются и такие явления, как правовой синкретизм, конвергенция и дивергенция. Словом, сравнительное конституциоведение располагает богатыми возможностями для углубленного изучения вопросов науки конституционного права.

 

Оно помогает выявить не только сходства, но и противоположности, различия, черты приспособляемости различных конституционно-правовых систем, выйти на более широкую, общетеоретическую проблематику.

 

Системный подход. Особенностью системного подхода является то, что для него характерны, скажем так, собственная логика и методология познания.

 

С этой точки зрения системный подход представляет собой своеобразную метатеорию. Имеются определенные основания для различения «собственно» системного подхода и других, родственных ему методологических подходов: системно-структурного, системно-функционального, системно-технологического, некоторых других.   Для науки конституционного права системный подход ценен тем, что общество, право и государство предстают перед познающим субъектом как сложные образования, обладающие системными свойствами. Важнейшим звеном первого из них является человек, второго — норма права, третьего — государственный орган (с определенной точки зрения, возможны и иные). Системный подход позволяет в сложной гамме взаимосвязей внутри этих системных образований и между ними, в полифонии взглядов на суть, содержание, формы, характер, направления этих связей выявить и рассмотреть главное, образовать их «сухой остаток». При последовательной реализации ме-   25   тодологии и логики системного подхода в области науки конституционного права создаются благоприятные условия для того, чтобы уйти от схематизированных, упрощенческих взглядов, концепций, увидеть «человечное» в человеке, «очеловечить» общество, право, государство и на этой основе сформировать более гуманные и максимально приближенные к законам природы научные рекомендации и предложения, направленные на развитие права, совершенствование законодательства и практики его реализации (применения), улучшение организации и деятельности публичной власти и ее структур.   О возможностях конфликтологии в изучении вопросов, находящихся в орбите интересов науки конституционного права. В советский период господствующая идеология навязала такой взгляд на социальное развитие, согласно которому советское общество, в противовес вечной конфронтации присущих капитализму антагонистических сил, представлялось «бесконфликтным». Естественно, он не соответствовал действительному положению вещей и отношений и предопределил своеобразную идеализацию социального развития, причем (что удивительно!) это учение претендовало на диалектический и материалистический подход к познанию и объяснению всего, что свойственно природе, обществу, мышлению.

 

В постсовесткий период ложный характер такого подхода стал очевидным, ибо на самом деле мир (и внутренний, и внешний) полон конфликтов, скрытых и открытых. При высокой степени накала, при вовлеченности в них больших групп населения, значительных энергоресурсов, конфликты, если они во время не предотвращены, могут иметь разрушительные, губительные последствия.   Понимание этого привело к развитию нового направления в науке — конфликтологии, которая предполагает уяснение природы разнообразных социальных конфликтов, их сущности, функций и механизмов действия, условий возникновения и способов предупреждения, урегулирования и, наконец, особенностей развертывания в соответствующей социальной среде и специфике личностного и группового поведения конфликтующих. Кроме общей теории конфликтологии формируются и отдельные ее отрасли: конфликтология политическая, юридическая, национальных отношений, рыночных отношений и предпринимательства, межличностная и др.   26   Применимы ли общая теория конфликтологии и разные ее отрасли в науке конституционного права? На этот вопрос, думается, должен быть дан положительный ответ.

 

Ценность конфликтологии для науки конституционного права состоит в том, что она выделяет типы конфликтов, ориентируясь на выявление истинных источников конкретного конфликта, его сторон, подлинных мотивов их поведения. В современной конфликтологии, что важно для науки конституционного права, выработаны методы выявления того, каков конфликт — реальный или ложный, определены способы (переговоры, примирение, посредничество и др.), технологии их регулирования и разрешения. Наиболее смелые исследователи предлагают рассматривать конфликт как норму во взаимоотношениях между людьми и их институциональными образованиями. Вместе с тем, ими обращается внимание на то, что конфликт (его причина, ситуация, развитие, последствия), поддаются нормативно-правовому урегулированию в том смысле, что право указывает на дозволенные формы конфликтных отношений и запрещает другие, выходящие за допустимые пределы.   Глубокий и всесторонний анализ постулатов, решений, выводов и предложений конфликтологии с целью использования их в законотворческой и правоприменительной практике — одна из важнейших задач конституционного права, юриспруденции в целом.   3. Источники науки конституционного права. Если под источниками науки понимать все те материалы, которые отражают процесс развития какого-либо явления, содержащие данные, позволяющие познать его характер и содержание, то источниками конституционного права как науки выступают материалы, которые позволяют судить о содержании, характере, основных направлениях эволюции конституционного права как отрасли, регулируемых ею общественных отношений, закономерностях и тенденциях их развития. С известной долей условности все источники науки конституционного права логично подразделить на следующие виды: теоретические и нормативные источники, результаты деятельности органов государственной власти и местного самоуправления, а также данные социологических исследований.   Теоретические источники. Любая современная наука развивается на базе ранее сформулированных выводов, которые подверга-   27   ются критическому анализу в целях выявления их теоретической и практической состоятельности. Случается так, что в одних условиях какие-то предложения отвергаются, а в других условиях оказываются востребованными. Это обусловлено тем, что ученые различных эпох и стран могут применять несхожие концептуальные подходы; выводы, сделанные ими, могут не только не совпадать, но даже быть противоположными. Их осмысление — важный фактор развития науки. Таким образом, к теоретическим источникам конституционного права как науки относятся труды отечественных (дореволюционных, советских, современных) и зарубежных ученых, созданные ими учения, теории, концепции, выработанные ими рекомендации и предложения.   Нормативные источники. Прежде всего, это Конституция РФ. Далее, это конституции и уставы ее субъектов, ранее действовавшее конституционное законодательство, законы и иные нормативно-правовые акты (в том числе указы Президента России). В части, не противоречащей действующему российскому законодательству, сюда входят и нормативно-правовые акты бывшего Союза ССР.

 

Осмысливая нормативные источники науки конституционного права, ученые анализируют заложенные в них концепции, сравнивают с нормами, действовавшими ранее, комментируют порядок применения существующих нормативных предписаний, формулируют предложения, направленные на совершенствование конституционно-правового законодательства.

 

Источником науки конституционного права является также иностранное конституционно-правовое законодательство: конституции и законодательные акты стран ближнего и дальнего зарубежья.   Результаты или практическая деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления. Знания, полученные конституционно-правовой наукой, нуждаются в проверке их истинности. Кроме того, сама наука развивается, опираясь на практику органов государственной власти и местного самоуправления, опыт реализации конституционно-правовых норм. Связь науки и практики в сфере действия конституционного права характеризуется тем, что, с одной стороны, именно практика ставит перед наукой конкретные задачи, а с другой стороны, только наука способна сформулировать выводы, предложения и рекомендации, направленные на   28   совершенствование практической деятельности. Следовательно, эта часть деятельности структур государственной власти и местного самоуправления, ее результаты — тоже источник науки конституционного права.   Результаты социологических исследований. Они как источник науки конституционного права имеют еще сравнительно небольшую историю. Несмотря на это, ясно, что в современных условиях получить достоверную информацию и спрогнозировать будущее без социологических исследований сложно, а в ряде случаев просто невозможно. В науке конституционного права социологические исследования применяются в самых различных областях. И с этой точки зрения она смыкается с социологией и политологией.   Источниками науки конституционного права являются также официальные материалы (речи и выступления руководителей государства и регионов, депутатов, программы и уставы партий, заявления их лидеров), материалы периодической печати (статьи, интервью и др.), архивные материалы и многое другое.   Причем, чем богаче источниковедческая основа конституционно-правового исследования, тем оно содержательнее, интереснее. В этой связи очень желательно, чтобы при проведении тех или иных исследований в области науки конституционного права использовались, по возможности, все перечисленные виды источников. Это позволит избежать одностороннего взгляда на вещи и явления, уменьшить риск ошибочного решения задачи, увеличить шансы быть объективным в анализе, в суждениях, выводах, предложениях и рекомендациях.   4. О понятиях и категориях науки конституционного права. Различия между понятиями и категориями просматриваются в одних работах достаточно ясно, в других — не очень, в третьих — вообще сложно понять, где понятие и где категория. Условимся: понятие -мысль, которая по какому-то определенному характерному признаку выделяет из некоторого множества (универсума) и собирает в класс (вид, группу) предметы (вещи, явления), обладающие этими же признаками; категория — предельно широкое понятие, в котором отображены наиболее общие и существенные свойства, признаки, связи и отношения предметов, явлений объективного мира. «Термин», «сло-   29   во», «знак», «символ» — все они очень близки к «понятию».

 

К «категории» же близки «закон», «закономерность».

 

О степени развитости той или иной науки можно составить определенное представление по системе понятий и категорий, используемых ею.

 

Можно заметить: в силу особенностей объекта и предмета «в обиходе» науки конституционного права предельно широкий набор понятий и категорий.   Сегодня российская наука конституционного права находится в стадии становления. А это значит: интеллектуальная работа, направленная на формирование и развитие ее понятийно-категориального аппарата, во многом находится в состоянии поиска. Хотя по наиболее принципиальным вопросам и существует известная определенность, в целом же система конституционно-правовых понятий и категорий является открытой, а не закрытой. Следовательно, исследование понятий и категорий науки конституционного права с использованием различных методов — еще одно важное направление ее развития.   5. Развитие науки конституционного пра-   ва.

 

Конституционные идеи в России возникли на рубеже XVI1-XVIII веков. Однако тогда они были еще далеки от научности.   К началу XX века российский конституционализм не представлял собой какого-то единого и цельного учения, а имел вид разрозненных научных направлений и общественных движений. Так, с достаточно высокой степенью определенности можно вести речь о демократическом конституционализме, либеральном конституционализме, консервативном конституционализме правых земцев, правительственном конституционализме. По оценкам ряда исследователей, в России к началу бурных событий 1917 года сложился государственный строй, который может быть обозначен как конституционно-монархический8.   Научная мысль о конституции и основанном на ней развитии государства и общества формировалась, находясь под влиянием западных правовых традиций. Были сильны позиции юридического позитивизма, который, однако, не был столь монолитен, как представляют себе некоторые авторы. Вместе с тем развивалась и социологическая юриспруденция. Если сторонники юридического позитивизма предпочитали иметь дело с «чисто» юридическим материалом (изуча-   30   ли нормы права, государственность, пользуясь только специально-юридическими методами, оперируя только правовыми понятиями и категориями), то представители социологической юриспруденции открыто включали социальные и политические моменты в государственное право.

 

Они были убеждены в том, что при изучении государственной организации важно изучать не только нормы, но и сами силы, определяющие эту организацию; при изучении норм необходимо сопоставлять их с фактическими отношениями, которые эти нормы регулируют. В дореволюционной России в области конституционного (государственного) права работали крупные ученые-юристы: Ф.Ф. Кокошкин, Н.М.

 

Коркунов, С.А. Котляревский, Н.И. Палиенко, Б.Н. Чичерин, А.С. Ященко и др. Они сформулировали основные понятия российского государственного права, создали теоретические и специально-юридические конструкции, которые представляют научную ценность и для современных исследователей права и государства. Как правило, дореволюционные российские ученые-государствоведы высказывались за ограничение всевластия царя, но в большинстве своем были сторонниками монархии. «Верховная самодержавная власть», обеспеченная еще и преимуществами конституции, казалась им самой большой социальной ценностью. Поэтому крах монархии в России для многих из них стал тяжелой личной драмой.   В советский же период конституционное право как самостоятельная наука не могла развиваться.

 

Она была обречена на то, чтобы «выживать» в составе единой науки «советского государственного права», которая была построена на признании научной ценности только марксистско-ленинской методологии исследования права и государства вообще, государственного права в частности. Принципиальное значение для науки советского государственного права имели работы К. Маркса «Гражданская война во Франции», Ф.

 

Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», В.И. Ленина «Государство и революция», а также произведения руководителей ВКП(б)-КПСС, решения руководящих партийных органов. Научные разработки государствоведов дореволюционной (досоветской) России были полностью отброшены как не соответствующие новой, ставшей господствующей, идеологии марксизма-ленинизма. Любые отступления от нее жестко пресекались. Поэтому   31   советское государственное право могло развиваться только на ее основе и в заданных ею параметрах.   На первых порах, в 20-е, особенно в 30-е и 40-е годы преобладали работы комментаторского плана; разъяснялись положения Конституции РСФСР 1918 года, затем Конституции СССР 1936 года, популяризировались высказывания классиков марксизма-ленинизма. Но в 60-е годы стали появляться работы, посвященные и сравнительному государствоведению. А это позволило отказаться от тезиса о том, что советское государственное право является вершиной научной мысли.

 

В эти же годы начался отход от рассмотрения государственного права с чисто классовых позиций, хотя последние считались определяющими. Несмотря на то, что в 60-70-е годы стала пропагандироваться идея общенародного государства, имеющего более широкую социальную базу, чем государство диктатуры пролетариата, концепция правового государства не признавалась вплоть до конца 80-х годов.   Несмотря на заидеологизированность и заполитизирован-ность, в решении специально-юридических вопросов отрасли имели место и значительные теоретические и практические достижения. Они связаны с именами таких ученых-юристов, как Г.В. Барабашев, Л.Д.

 

Воеводин, Д.Л. Златопольский, И.П. Ильинский, М.Г. Кириченко, В.Ф.

 

Коток, С.С. Кравчук, Н.Я. Куприц, И.Д. Левин, А.И. Лепешкин, B.C. Основин, В.А. Пертцик, Г.И. Петров, И.П.

 

Трайнин, Б.В. Щетинин и многих других. Так, благодаря их усилиям весьма хорошо были исследованы проблемы предмета государственного права, особенности государственно-правовых норм и специфика их реализации, виды государственно-правовых отношений, их субъектный состав. Имелись серьезные исследования по проблемам источников государственного права, узловым проблемам государственно-правовой доктрины (сущности суверенитета, общим вопросам народной демократии, проблемам правового статуса личности). Рамки общеметодологических установок оставляли определенный простор для дискуссий по достаточно широкому кругу государственно-правовых проблем. Ученые-юристы принимали активное участие в формировании планов законодательных работ, в разработке конкретных законов и законодательных актов, в систематизации законодательства.   32   Начиная с середины 80-х годов прошлого, XX, столетия, в среде российских ученых-юристов, в том числе конституционалистов, государствоведов, сложилась сложная ситуация.   Одни с усердием, достойным лучшего применения, отстаивали те подходы и принципы, которые характерны наиболее идеологизированным и политизированным сторонникам классового учения о конституции, праве и государстве советского периода.

 

Другие (история их ничему не научила) стали безудержно критиковать советское государственное право, тотально отрицать все, что было наработано в советский период в области конституционализма. Третьи стали с рвением возвеличивать вклад в развитие науки российского конституционного права дореволюционных государствоведов. Четвертые чрезмерно увлеклись иностранным конституционным правом, особенно американским конституционализмом. Пятые, в смятении оставив занятия в области конституционного права, переключились на изучение других научных проблем. Отдельные ученые-юристы перестали вообще заниматься правом, в частности конституционным (государственным) правом, а углубились либо в философские, социологические, политологические проблемы, либо занялись решением сугубо прагматических задач: ушли в бизнес, в адвокаты и т.п.   С принятием на всенародном референдуме 12 декабря 1993 года Конституции РФ развитие российского конституционализма, в том числе науки конституционного права, идет под ее сильным влиянием.

 

Вместе с тем, до некоторых пределов сохраняют свое значение и приведенные тенденции.   Однако сегодня достаточно очевидно, что российская наука конституционного права не может развиваться только на основе голой критики советского государственного права. В ней равно неприемлемы некритическое восприятие своего прошлого или чужого опыта конституционно-правового обустройства государства и общества, а также апология существующего режима правления. Любая наука, если она намерена существовать в этом качестве и не переродиться в свою противоположность, должна развиваться по собственным и имеющим объективное основание законам.   Конституционализм — мировое движение. Достаточно много фактов, говорящих в пользу того, что наука конституционного права сложна, но в целом едина. Вероятно, наибольшего успеха в ее разви-   33   тии можно добиться, если, исходя из признания общечеловеческих ценностей, искусно применять достижения современной методологии исследований, особенно в области сравнительного конституциоведе-ния и сравнительного правоведения в целом (компаративистики), не забывая о том, что, несмотря на все катаклизмы, в развитии любой науки, в том числе российской науки конституционного права, просматриваются элементы преемственности, научной аккультурации.

 

Чрезмерная политизация и идеологизация — это своего рода «медвежья услуга» развитию российской науки конституционного права. А вот неустанная работа живой конституционной мысли, направленной на поиск идей, ведущих к становлению ее теоретического потенциала и практической отдачи, думается, со временем, несомненно, даст хорошие, отличные, превосходные плоды.

 

Примечания   1 Юдин Э.Г. Системный подход и принципы деятельности. — М., 1978.

 

— С.40-48   2 Лучин В.О. Процессуальные нормы в советском государственном праве.

 

— М.: Юрид. лит., 1976; Лучин В.О.

 

Конституционные нормы и правоотношения: Учеб. пособие.

 

М.: Закон и право: Издательское объединение «ЮНИТИ», 1997.   3 См.: Словарь русского языка. АН СССР.

 

Институт русского языка.

 

-Т.4: С — Я.

 

— М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1961.-С.326   4 См.: Философский энциклопедический словарь. — М., 1983. — С.650; Кондаков Н.И. Логический словарь-справочник. — М.: Наука, 1975. — С. 567-569   5 Тилле А.А. Социалистическое сравнительное правоведение. — М.: Юрид. лит., 1975. — С.11-12; Тилле А.А., Швеков Г.В.

 

Сравнительный метод в юридических дисциплинах. Изд.2-е. -М.: Высшая школа, 1978. — С. 17-21   6См.: Сравнительное правоведение. — М.: Прогресс, 1978. — С.12-13   7 Золтан Петери.

 

Задачи и методы сравнительного правоведе-ния//Сравнительное правоведение.

 

— М.: Прогресс, 1978. — С.81   8 См., например: Кравец И.А. Конституционализм и российская государственность в начале XX века: Учебное пособие. — М.: ИВЦ «Маркетинг»; Новосибирск: ООО «Издательство ЮКЭА», 2000. — С.317-335   34   Лекция 2 КОНСТИТУЦИЯ: ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА   Конституция государства должна быть такой, чтобы не нарушать конституцию гражданина.   Станислав Ежи Лец   1. Первоначальное значение понятия «конституция».

 

Конституционное развитие. Принято считать, что понятия «конституция» и «основной закон» являются синонимами. При нестрогом рассмотрении вопроса такой подход не может вызвать особых возражений. Если же взглянуть на этот вопрос со специально-юридической точки зрения, то вырисовывается следующая любопытная картина.   Понятие «конституция» было знакомо еще в Древнем Риме.

 

На linqua Latina «constitutio» означает установление, устройство.

 

Древние римляне использовали слово «конституция» только в отношении отдельных актов императорской власти, имевших силу источников права.

 

Так, эдикт Каракаллы 212 г.

 

о даровании прав гражданина всем свободным жителям Римской империи именовался «Constitutio Antoniana», т.

 

е. Конституция Антониана.   Ныне нет в мире ни одного государства, которое не имело бы конституции, но не во всех государствах она именуется конституцией или основным законом. Так, в Израиле роль конституции выполняют законодательные акты, принимаемые кнессетом (парламентом). А в Республике Калмыкия вместо привычной конституции Степное Уложение.   Следовательно, можно говорить, что конституция — это основной закон, но на самом деле отнюдь не всегда конституция есть основной закон, а основной закон — конституция.   В Европе первые признаки конституционализма появились еще в XII — XIII вв.

 

Подписанная английским королем Иоанном Безземельным Великая Хартия вольностей — Maqna Charta Liberatum (1215 г.) заложила основы правового государства, правовой защиты прав личности.

 

-Хартия ограничила права короля, дала привилегии (вольности) рыцарям, свободным крестьянам, горожанам. Великий   35   парламент 1265 г., где рядом с поименно приглашенными прелатами и баронами впервые сидели выборные представители от населения графств, рыцарей, горожан, предвещал эру господства в Европе парламентаризма1.   Нельзя обойти вниманием правовые акты, принятые в Англии в XVII в., — «Habeas Corpus Akt » (1679 г.) и » Bill of rights » (1689 г). Оба появились в ходе острейшей политической борьбы, которая шла между сторонниками абсолютизма и новыми общественными силами (в первую очередь буржуазией). Основное достоинство указанных актов в том, что они ограничивали абсолютную власть монарха.

 

С принятием их буржуазия получила значительные права в парламенте, включая решение вопросов внешней политики, торговли, налогов и пошлин. Впервые в истории в них были закреплены гарантии прав человека перед судом и полицией. Все это позволило рассматривать «Habeas corpus akten» и «Bill of rights» как документы, заложившие основы современной британской конституции и оказавшие существенное влияние на развитие теории и практики конституционализма в других странах. Однако в целом в средние века существовали лишь отдельные акты конституционного типа (писаное оформление прав феодалов, городов, корпораций; соглашений между городами и королевской властью, между феодалами и королями). Утверждению идеи о конституции в ее современном значении, т.

 

е. как об основном законе государства, способствовали буржуазные революции. Борясь с феодалами за власть, буржуазия добивалась ограничения власти монарха (короля, царя, императора и т.п.) парламентом или устройством буржуазной республики, закрепления капиталистических порядков.

 

Этим целям прекрасно служили конституции буржуазных государств.

 

Встречающееся иногда утверждение о том, что в Великобритании нет конституции, неверно. В этом государстве нет писаной конституции, но неписаная конституция имеется. Правда, в течение непродолжительного времени (1653-1660 гг.) здесь действовала и писаная конституция — орудие управления О Кромвеля (1599 -1658 гг.).

 

Но эта конституция не оставила значительного следа в развитии британского конституционализма.   Современная британская неписаная конституция представляет собой совокупность различных источников права. Она состоит из следующих частей: 1) статутного права (некоторые древние акты и ряд важнейших парламентских законов конституционного характера), 2) общего права (судебное право, прецедентное право); 3) конституционных соглашений (правила политической практики,   36   которые неукоснительно соблюдаются и считаются обязательными теми, кого они непосредственно касаются); 4) доктринальных источников (мнения именитых ученых, к которым обращаются в том случае, когда пробел в конституционном праве не может быть восполнен статусом или зарегистрированным решением суда).

 

Первой писаной конституцией в Европе по дате (3 мая 1791 г.) считается конституция Польши.

 

Однако она действовала недолго. Поэтому конституционный приоритет в Европе отдается Франции.

 

Хотя ее Конституция после победы буржуазной революции и провозглашена на несколько месяцев позже (принята 13 сентября 1791 г.), чем Конституция Польши, она оказалась устойчивей и просуществовала до 27 июня 1793 г., т.

 

е. до принятия якобинской конституции Франции. В целом же за 200 лет буржуазной Франции принято 17 конституций.   Конституционное развитие США, которые первыми на американском континенте стали на путь утверждения традиций писаной конституции, связано с американской революцией XVIII в., стремившейся устранить остатки феодальных отношений, утвердить новые принципы и формы организации политической власти.

 

Однако наиболее выразительная особенность этой революции — борьба американских колоний за независимость от европейской метрополии, что требовало консолидации, единства всех сип для борьбы с британской короной, вело к сглаживанию внутренних противоречий. Логика революционной борьбы привела к идее новой формы конституции, в которой закрепление высших политико-правовых принципов и норм осуществляется в виде единого и писаного документа, «свода положений, на который можно ссылаться, цитируя статью за статьей»2   Иногда историю американской конституции рассматривают лишь с точки зрения эволюции только федеральной Конституции, т.е. текста, одобренного Филадельфийским Конвентом 17 сентября 1787 г. и вступившего в силу 4 марта 1789 г.} Между тем, до этой Конституции было принято 16 конституций штатов, которые заметно отличались друг от друга, что явилось следствием принятия их на разных этапах американской революции, отражения особенностей социальной борьбы и специфики расстановки политических сил, складывающихся в тех или иных штатах В дальнейшем конституционное развитие в США шло таким образом, что Конституция США с 26 поправками действует уже более 200 лет, а в штатах к идее конституционной реформы обращались достаточно часто. Средний возраст конституции штата чуть   37   больше 80 лет. Следовательно, с познавательной стороны наиболее продуктивным представляется изучение истории американской конституции с применением метода сравнительного анализа общенациональной конституции и конституций штатов.   С точки зрения нашего предмета существенно, что общенациональной конституции США и конституциям штатов свойственны общие и специфические черты. Особенно важно следующее.   В пределах правовой системы как США в целом, так и отдельных штатов конституция обладает абсолютным приоритетом перед всеми источниками права. Но нормы конституции штата не могут противоречить предписаниям общенациональной конституции, а также принятым и заключенным на ее основе законам и договорам США.   Если общенациональная конституция очерчивает сферу деятельности федерации в целом и входящих в ее состав штатов, закрепляет исключительные полномочия федерации (внешняя политика, регулирование отношений между штатами и т. д.), определяет организацию федеральных органов власти, то конституции штатов преимущественно регламентируют разнообразные стороны их внутренней жизни и организацию внутреннего управления.

 

Вопросы избирательного права, налогообложения, организации местных органов власти, деятельности корпораций и публичных служб, землепользования, образования и т. п. включены в тексты конституций штатов и детально регламентированы.   Определенная часть россиян склонна абсолютизировать теорию и практику американского конституционализма. Между тем, при объективном анализе конституционного развития США в единстве, различии и взаимодействии общенациональной конституции и конституций штатов, в Конституции США можно выявить не только «плюсы», но и «минусы».   В XIX в. конституции создаются в большинстве буржуазных стран. В 1814 г. была принята конституция Норвегии; спустя 17 лет, в 1831 г., Бельгии. Буржуазная революция 1848 г. во Франции ознаменовалась принятием новой конституции страны. Затем были разработаны и приняты конституции Италии (1848 г., Пьемонт-ский статут), Люксембурга (1868 г.), Швейцарии (1874 г.), Нидерландов (1887 г.). В XIX в. конституционный строй был введен в ряде стран Латинской Америки: Венесуэле, Мексике, Чили, Аргентине, Перу, Бразилии, Уругвае; во второй половине XIX в. конституции были приняты в Новой Зеландии и Канаде.

 

В начале XX   38   в. принимаются и вводятся в действие конституции Австралии (1901 г.), Германии (1919 г.), Австрии (1920 г.).   Несмотря на большое многообразие писаных конституций, сложившихся в XVIII, XIX вв. и начале XX в., все они в большей или меньшей степени берут за образец институты (особенно парламентские традиции), характерные для британской неписаной конституции.   Октябрьская революция 1917 г. в России, вторая мировая война, распад мировой колониальной системы в 60-е годы существенно обновили политическую картину мира, возникла новая мозаика конституций, которая эволюционировала по мере развития общества и государства.   В послевоенный период были приняты или существенно обновлены конституции (основные законы) многих буржуазных государств Европы (Италия, Франция, Дания, Греция, Испания, Португалия), Азии (Япония, Турция, Южная Корея, Филиппины), Америки (Бразилия, Боливия, Гондурас, Доминиканская Республика, Сальвадор, Канада). Каждая из них, отражая социальные, национальные, политические, исторические, религиозные и другие особенности соответствующей страны, имеет своеобразные черты. Вместе с тем всем им характерны некоторые общие признаки.

 

В отличие от конституций, принятых в XVIII, XIX и в начале XX в., они, как правило, более детальны. В них содержится достаточно большое число конституционно-правовых норм, направленных на усиление социальных гарантий граждан, предусматривающих развитие демократических институтов государства и общества.

(Visited 1 times, 1 visits today)
Do NOT follow this link or you will be banned from the site! Пролистать наверх