Гордeeв м н гипноз практичeскоe руководство м 2005 101 с

М.

 

Н. Гордеев  ГИПНОЗ  ПРАКТИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО  3-е издание    Издательство Института Психотерапии  Москва  2005  Гордеев М.

 

Н.  Гипноз: Практическое руководство.

 

3-е изд.- М.

 

Изд-во Института Психотерапии, 2005.- 240 с.  Эксклюзивное право издания книги на русском языке  принадлежит Институту Психотерапии.  Все права защищены Любая перепечатка издания является  нарушением авторских прав и преследуется по закону  Опубликовано по соглашению с автором.  Гипноз . Как много в этом слове значений и чувств…

 

У одних он вызывает боязнь, у других уважение, у третьих — надежду. Проверенная тысячелетиями психотерапевтическая техника в последние годы обретает второе рождение.  Настоящая книга представляет собой подробное руководство по основам гипноза, в ней описываются приемы и подходы классического гипноза, многообразие эриксоновского подхода в гипнотерапии. Подробно изложены способы и методы гипнотизации, виды явных и скрытых внушений, направления гипносуггестив-ной терапии.  Автор книги — ректор Института психотерапии и клинической психологии, известный специалист в области гипноза и НЛП, врач, психолог. В книге использованы материалы его докторской диссертации, лекций и семинаров  I5ВN 5-89939-031-Х  (c) Гордеев М. Н., 2001, 2003, 2005  (c) Изд-во Института Психотерапии, 2001, 2003, 2005  СОДЕРЖАНИЕ  ВВЕДЕНИЕ  Часть  Глава 1.

 

Глава 2. Глава 3. Глава 4.  Глава 5. Глава 6.

 

Глава 7.

 

Глава 8. Глава 9.  I.

 

Общие принципы гипноза  История гипноза  Физиологические основы гипноза  Психологические основы гипноза  Социально-психологические аспекты  гипносуггестивной психотерапии  Гипнотический транс  Внушение  Динамика гипнотического сеанса  Сопротивление  14  22  29 32 47 55 61  Показания и противопоказания к гипнотерапии 67  Часть II.

 

Классический гипноз  Глава 10.

 

Основные принципы классического гипноза 70  Глава 11. Способы и этапы гипнотизации 82  Часть III.

 

Эриксоновский гипноз  Глава 12. История 106  Глава 13. Основные навыки эриксоновского гипноза 129  Глава 14. Гипнотическая индукция 158  Глава 15. Ресурсный транс 186 Глава 16. Индукция и использование некоторых  гипнотических феноменов 193  Глава 17.

 

Метафоры в эриксоновском гипнозе 203  Глава 18. Самогипноз 221  Глава 19.

 

Работа с сопротивлением 225  Глава 20. Области применения эриксоновского гипноза 229  ЛИТЕРАТУРА  231  ВВЕДЕНИЕ  Гипноз…

 

Он являлся психотерапевтическому миру под разными именами: магнетизм, гипнотизм, шаманизм… Он испытывал взлеты и падения, признание и отвержение, ему поклонялись и над ним смеялись. И каждый раз он поднимался с колен, куда бросали его недобросовестные исполнители, чиновники, адепты других течений, находил в себе силы завоевать достойное место.  Гипноз притягивает и страшит, как ребенка зовет и пугает темная комната. Малышу интересно — новый мир манит его, но в комнате темно и фантазия рисует чудовищ и злодеев. Когда он вырастет, он научится включать свет и осматривать комнату. Она станет ясной, понятной и неинтересной. Если вы хотите сохранить для себя тайну гипноза, вам не нужна эта книга, она не для детей, которые любят сказки, это руководство для сказочников.

 

Если бы нужно было написать сказку про гипноз, она могла звучать так: «В одном городе жил человек.

 

Больше всего он любил разноцветные воздушные шарики. Шарики появлялись в городе только по праздникам, они расцвечивали улицы, удивляли и радовали людей и улетали в высокое небо, расписывая его необычными красками. Человек настолько тосковал без шариков, что решил научиться их делать и нашел книгу, где было подробно написано, как создаются красивые воздушные шарики. Не знаю, радовался ли он шарикам по-прежнему, когда научился их делать, ведь теперь он знал, как создается волшебство, но людям вокруг него стало радостнее…»  Перед вами книга, в которой описано, как создается волшебство гипноза и как поставить волшебство на службу людям. Опыт преподавательской работы показал необходимость подобного руководства, описывающего как азы гипноза, так и струк-  туру сеанса, стратегию гипносуггестивной те.рапии, особенности психотерапевтической тактики.

 

Для многих гипноз начинается с затаенных мыслей о безграничной власти над другими людьми, над миром. Эти мысли посещали нас в детских мечтах, мы упивались ими или отгоняли потому, что «это нехорошо».

 

Мы все родом из детства. И если такие мысли остались, посмотрите, не мелькнут ли детские штанишки и стоптанные сандалики где-то в уголках внутреннего взгляда.

 

Мудрость гипноза начинается в тот момент, когда пропадает желание властвовать. Когда, колдуя над магическим кристаллом гипноза, мы проникаем в тайны человеческой психики, распутывая переплетенные нити, расправляя скомканную ткань мысли, убирая слежавшиеся комья грязи, принося покой и гармонию в душу, мы тоже властвуем, но над болезнью, а не над человеком.

 

Ученик чародея учится волшебству как ремеслу, но только тогда он станет чародеем, когда превратит свое ремесло в искусство. Самое главное волшебство в жизни чародея — сотворение себя.

 

Сейчас окидывая взглядом годы, посвященные работе в гипнозе, могу сказать, что прошел бы дорогу знаний быстрее, поскольку до многого приходилось доходить самому интуитивно, получая подтверждение своим догадкам позже из семинаров зарубежных специалистов и книг. Надеюсь, что эта книга позволит вам стать отличными специалистами намного быстрее. Удачи вам!

 

Гордеев М. Н.  Глава 1.

 

ИСТОРИЯ ГИПНОЗА  Гипноз ведет свою историю с незапамятных времен. Это одна из самых больших загадок человечества. За многие столетия появились объяснения, как строились египетские пирамиды, как возникали идолы с острова Пасхи, а гипноз продолжает цепко хранить свои тайны, и человеческая мысль тщетно строит теории, которые затем опровергает. Гипноз остается простым и сложным, понятным и таинственным, самым древним видом психотерапии и самым юным.  Целебную силу внушения в древности использовали шаманы, а затем жрецы, которые обычно связывали воздействие с различными ритуалами и церемониями, в результате которых человек погружался в транс и становился «проницаемым» для внушений. Внушался ли успех охоты, исцеление от «злых духов» или предсказывалась судьба, суть действа состояла в достижении измененного состояния сознания, которое мы называем трансом, и проведением внушения на его фоне. Бубен шамана, ритуальные пляски могли зачаровать, завести, пробудить дремлющие силы, освободить психику, мучимую первобытными страхами. И тогда под рокот бубна приходили видения могучих прародителей, ощущения силы и спокойствия вливались в грудь, в руку, держащую оружие, в тело заболевшего соплеменника.

 

Знания и умения шамана обеспечивали ему почет, беспредельную веру. Так продолжалось многие тысячелетия.  Зарождающаяся цивилизация требовала новых знаний, умений, подходов. Потомки оценивают времена по развитию ремесел, искусств, медицины.

 

Цивилизация Египта, одна из самых просвещенных, широко использовала трансовые состояния сознания: пророчества, обряды, медицина. Жрецы, нахо-  8  дясь в состоянии транса, получали послания из мира умерших и, смотря вдаль невидящими глазами, записывали их. В одном из самых древних медицинских источников — египетском папирусе Эберса (XVI век до н.э.) постоянно проводится мысль о необходимости сопровождать прием каждого лекарства словами заклинания богов, и тогда боги даруют исцеление.

 

Это исцеление приносило слово, слово веры, которое требовало внутреннего экстаза, напряжения духовных сил.

 

А затем в целебном сне богиня Изида, к которой часто обращались больные, давала облегчение, помощь.  Оценивая способы исцеления в храмах Древнего Египта, где жрецы были носителями медицинских, психологических и оккультных знаний, можно с уверенностью сказать, что секреты гипноза были известны служителям храмов и использовались в подходящих случаях для лечения и укрепления веры.

 

В Греции бог-врачеватель Асклепий приносил исцеление страждущим через своих жрецов. В храме, посвященном ему, куда стекались толпы больных, они проходили сложные процедуры богослужения, очищения, после чего утомленные засыпали в специально отведенном для этого помещении — аба-тоне, где им являлся Асклепий или слышался его голос. Характерно, что стены храма были составлены из огромных каменных плит, на которых были вырезаны надписи с подробным описанием наиболее выдающихся исцелений, свершившихся в храме. Жрецы искусно усиливали эмоциональный настрой беседами, рассказами о силе бога. Вслушиваясь в их слова и читая надписи на стенах храма, паломники примеряли эти слова к себе, к своим болезням, находили подобие и неистово верили в выздоровление.

 

Веками вопросы веры и внушения стояли рядом. «По вере вашей да будет вам»,- говорил Христос нуждающимся в исцелении. Но случаи исцеления в результате «вмешательства» особенных личностей имеются и в дохристианскую эпоху. Свето-ний и Тацит свидетельствуют, что царь Пирр и император Вес-пасиан излечивали прикосновением большого пальца правой ноги. Короли Франции и Англии исцеляли своих подданных наложением руки, и эта способность передавалась от короля  его наследнику как величайшая тайна, способность, доказывавшая божественное происхождение верховной власти.  В XVI веке Парацельс (1493-1541) впервые использовал в своей практике магнит с целью излечения человека. Метод воздействия на пациента с помощью магнита получил название «магнетизм». Парацельс считал, что это мистическое явление: при прикладывании магнита внутри человека происходят чудеса и больной исцеляется. Он рассматривал болезнь как паразитическое живое существо и видел в магните средство борьбы с ним.

 

Идеи «животного магнетизма» заинтересовали венского врача и естествоиспытателя Месмера (1733-1815). В 1766 году вышла его работа «Бе р1апе1агшп тЯихи», в которой он старался доказать, что взаимное тяготение небесных тел имеет влияние на человеческую нервную систему.

 

Месмер предложил теорию, по которой Вселенная пронизана особой субстанцией — магнетическим флюидом и отдельные особо одаренные личности обладают способностью «накапливать» в себе магнетические флюиды, а затем непосредственно или через специальные сооружения передавать их другим людям.

 

Вскоре Месмер переехал в Париж, где его метод лечения вошел в моду.  Для лечения больных Месмер сконструировал специальные чаны, наполненные железными опилками. Сам Месмер выходил в торжественной одежде и «намагничивал» чаны, прикасаясь к ним жезлом. Во время сеанса играла нежная музыка. Больные доводили себя до состояния конвульсионного криза, они плакали, кричали, бились в судорогах.

 

Потом их переносили в специальный зал, где они, изможденные судорогами, засыпали, а очнувшись ото сна, чувствовали себя освобожденными от страданий.

 

Слава Месмера в Париже зашла так далеко, что он не справлялся с желающими попасть к нему.

 

И для бедняков он «намагнетизировал» дерево во дворе, чтобы, прикоснувшись, они могли «зарядиться» «магнетической энергией». Комиссия Французской академии наук провела тщательное исследование работы Месмера, описав ряд гипнотических явлений и даже отметив некоторые лечебные элементы.

 

Члены комиссии вынесли отрицательный вердикт, тем не менее написав гениаль-  10  ные слова: «Воображение без магнетизма вызывает судороги. Магнетизм без воображения не вызывает ничего». Они подчеркнули роль психологического фактора, того самого, который Месмер не замечал, фиксируясь только на физиологических изменениях. Последователь Месмера маркиз де Пьюсегюр, в 1784 г. проводя опыты с магнетизмом, открыл явления сомнамбулизма.

 

Но ни это, ни возможность входить в словесный контакт с пациентом не были замечены.

 

В первой половине XIX века между сторонниками физиологического и психологического направления развернулась борьба.

 

Английский хирург Бред, считающийся основоположником | научного понимания гипноза, в 1843 году сформулировал теорию гипнотизма, согласно которой гипнотическое состояние достигается с помощью визуальной фиксации (позже он признал возможность словесного внушения). Для Бреда знакомство с гипнозом началось с наблюдения за сеансами женевского профессора Лафонтена с целью разоблачить его и обвинить в шарлатанстве.

 

Но то, что он увидел, привело к обратному результату, Бред серьезно занялся гипнозом.

 

Он впервые ввел в науку понятие об искусственно вызванном сне, назвав это явление гипнотизмом, подчеркивая этим несогласие с теорией магнетического флюида Месмера. Бред открыл гипнабельность — свойство человека воспринимать гипнотическое воздействие, он отметил, что люди в неодинаковой степени поддаются гипнотическому воздействию и достигают разной глубины погружения.  В эти годы начинает широко использоваться феномен анестезии в гипнозе.

 

В середине XIX века сотни хирургических вмешательств в Англии, Франции, Индии были проведены под гипнотическим обезболиванием. Это было триумфальным началом научного клинического гипноза.  В 80-90 гг. прошлого века гипноз стал темой многих исследований. Во Франции исследователи разделились на две школы. Главой первой из них был выдающийся клиницист-невролог Шарко (1825-1893), возглавлявший парижскую клинику Сальпетриер. Его сторонники придавали ведущее значение в вызывании гипноза резким физиологическим раздражителям (внезапная вспышка яркого света, громкий удар гонга и др.) и  11  возникающим под их влиянием физиологическим сдвигам в организме, считая психологические особенности гипноза вторичными, производными симптомами этого состояния. Шар-ко выделил в гипнозе три стадии — каталепсию, летаргию и сомнамбулизм. Но он считал, что гипноз сходен по своим проявлениям с истерией. В этом он глубоко заблуждался.

 

Такой вывод он сделал потому, что во время гипноза видел судорожные подергивания, восковидную гибкость, называемую каталепсией, и другие признаки, характерные для истерии.  Другие придерживались взглядов профессора терапевтической клиники в Нанси Бернгейма, утверждавшего, что гипноз не является каким-то особенным, самостоятельным состоянием и что все его необычные черты есть прямой результат действенности врачебного внушения, осуществимого и в условиях бодрствования. Признавалось ведущее значение вербального воздействия на субъекта.  Школа Сальпетриера, включая Шарко, рассматривала гипноз как патологическое состояние — искусственный истерический невроз. Школа Нанси считала, что это психологически нормальный феномен. В соревновании побеждают нансийцы, и теория роли внушения в гипнозе принимается и клиникой Шарко.  На рубеже Х1Х-ХХ веков после смерти Шарко и Бернгейма гипноз постепенно вытесняется психоанализом Фрейда, который негативно относился к гипнотерапии.

 

В таком состоянии он остается до начала эры Эриксона и эриксоновского гипноза.  В России научное изучение гипноза в первую очередь связано с именем В. М. Бехтерева.

 

По его инициативе в конце XIX века гипноз был признан терапевтическим методом, имеющим психологическое и физиологическое обоснование. Теоретическое обоснование и практическая ценность способствовали быстрому распространению гипноза в медицинской среде.

 

Бехтерев описал различные фазы гипноза и способы его вызывания, определил направления лечебного применения.

 

Значительный вклад в изучение гипноза внес И. П.

 

Павлов. В ходе его работ была создана физиологическая концепция гипноза как частичного по глубине и локализации сна с сохраня-  12  юшимся во время него очагом бодрствования (так называемым сторожевым пунктом). Наличие этого изолированного очага обеспечивает избирательность контакта загипнотизированного с гипнотизирующим (раппорт), составляющую главную особенность гипноза. Вызывается гипнотическое состояние с помощью особых искусственных условий, представляющих собой сочетание факторов, благоприятствующих засыпанию, с воздействиями, создающими и поддерживающими бодрствующий сторожевой пункт, посредством которого и осуществляется словесное внушение.

 

Вторая половина двадцатого века характеризуется трансформацией гипноза в сторону недирективности, индивидуального подхода, множественности воздействия.  Книга выходит на пороге третьего тысячелетия человечества. Пока это чистая страница в истории гипноза. Хотите поставить на ней свое имя?  Глава 2.  ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ГИПНОЗА  Существует много теорий развития гипнотического состояния. Одна из них популярна издавна и до сих пор: гипноз похож на сон. Возможно это и так, и, действительно, одним из первых признаков гипнотического состояния, который бросается в глаза, является обездвиженность человека, что характерно и для сна. Казалось бы, внешнее сходство очень близкое. На самом же деле все совершенно иначе, потому что функционирование мозга во сне и в состоянии транса принципиально отличаются друг от друга.  С момента терапевтического изучения гипноза, который можно начать с имени профессора Бернгейма, каждый исследователь пытался объяснить и понять, что является причиной гипноза, каков анатомический субстрат гипнотического состояния и как происходит взаимодействие гипнотизера и его пациента. На сегодняшний момент считается общепризнанным, что основным субстратом, на который ориентировано гипнотическое воздействие, является головной мозг. В отношении отдела головного мозга до сих пор продолжаются споры, и мы рассмотрим эволюцию этих мыслей, идей, поскольку единой теории гипноза до сих пор не существует.  Если взять за основу учение о первой и второй сигнальных системах, то встает вопрос, каким образом слова, то есть раздражители второй сигнальной системы, переходят в действие первой сигнальной системы, в действие мышечное, внутренних органов, в работу системы иммунной, нервной, эндокринной. В 1886 году Бернгейм попытался описать состояние человека на глубине гипнотического транса как движение инфор-  14  мации в обход сознания. Он писал, что в обычных условиях любая идея запрашивается сознанием, им контролируется, рецензируется. На глубине гипнотического состояния идеи, мысли трансформируются в действия, в ощущения так быстро, что контроль сознания, которое отвлечено и усыплено в ходе наведения транса, не успевает сработать. Он считал, что внушение увеличивает рефлекторную возбудимость органов, идеомотор-ную чувствительность, что способствует более быстрому реагированию, и когда сознание вмешивается, то все случившееся для него оказывается сюрпризом, свершившимся фактом. Однако Бернгейм не смог объяснить, каким образом информация, полученная от гипнотизера, обрабатывается пациентом и каким образом она переводится в информацию, которую органы тела пациента получают на своем, соматическом уровне.  В первой половине XX века одной из самых популярных школ гипноза была школа Ивана Петровича Павлова, которая создавала свою физиологическую теорию гипноза и опиралась на опыты с животными. Павлов рассматривал гипноз как частичный сон, как некое состояние между сном и бодрствованием.

 

Он считал, что физиологической основой гипноза является разлитое торможение, на фоне которого в коре головного мозга остаются так называемые сторожевые центры. Роль сторожевых центров состоит в осуществлении связи с окружающим миром, в том числе со специалистом по гипнозу. Они способны воспринимать другую информацию из окружающего мира, особенно ту, которая может быть значимой для безопасности пациента. Например, если случится пожар, то сторожевой центр в состоянии сразу же разбудить гипнотизируемого для того, чтобы он принял меры для своего спасения.

 

По наблюдениям Павлова, гипноз у животного начинается с его обездвиженности, что затем переводится в гипнотическое состояние.

 

То же самое можно было отмечать и у людей, которых просят фиксировать взгляд на одной точке, фактически обездвиживая их. Однако нельзя полностью провести корреляцию между гипнозом у животных и у людей. Это отмечала павловская школа, которая большое значение придавала второй сигнальной системе, то есть словам.

 

Представители шко-  15  лы рассматривали слово как стимул настолько же материальный, как и любое физическое раздражение, хотя Павлов подчеркивал, что в гипнозе важно учитывать прошлое, которое было в жизни человека. Таким образом, последователи Павлова большое значение придавали торможению коры полушарий головного мозга, однако продолжало оставаться неясным, как это торможение развивается и как внушение находит обходные пути для своей реализации.

 

В 40-х годах нашего столетия появились работы Ганса Се-лье, который представил идею стресса. Он выдвинул теорию о том, что стресс трансформируется в соматические заболевания с участием гормонов гипоталамо-гипофизарной системы. Се-лье этот процесс назвал общим адаптационным синдромом, и до сегодняшнего дня гипоталамо-гипофизарная система считается преобразователем нервной информации, которая приходит от различных участков мозга в гормоны и биологически активные вещества, которые могут регулировать деятельность внутренних органов человека.  Поскольку вопрос, что тормозит деятельность больших полушарий и, наоборот, активизирует полушария либо отдельные участки в них, оставался открытым, исследователи продолжали свои поиски и наконец обратили внимание на ретикулярную формацию — сетчатое образование, которое находится в стволе мозга и связано с обоими полушариями, а также осуществляет связь с гипоталамо-гипофизарной системой и подкорковыми ядрами головного мозга, роль которых не ясна до сих пор. Фактически ретикулярная формация играет очень важную роль в передаче психофизиологической информации, поскольку она получает всю информацию, которая поступает от рецепторов и направляет ее в соответствующий участок головного мозга. Она может действовать как фильтр и передавать мозгу только новую информацию, отсекая старую, либо повторяющуюся и сортируя по каким-то важным признакам.

 

Именно она способна разбудить мозг в случае опасности и именно она индуцирует торможение деятельности полушарий головного мозга.  Важный анатомический субстрат, который помогает мозгу с пониманием относиться ко всему новому, находится в так  16  называемом голубоватом месте или 1осш сеш1еш, которое связано как с высшими корковыми зонами мозга, так и с гипота-ламо-гипофизарной системой, в частности, с центрами, отвечающими за механизмы поощрения, удовольствия и памяти. Отмечено, что слабые повторяющиеся раздражители уменьшают активность голубоватого Места и ведут к релаксации, вялости, сну. Всякая новая информация увеличивает активность мозга. Возможно, что одним из субстратов психотерапии и является именно голубоватое место вне зависимости от того, какая психотерапия проводится в данный момент.  Если говорить о коре головного мозга, то наиболее важными с точки зрения гипноза являются передние отделы коры головного мозга, которые связаны как с ретикулярной формацией, так и с гипоталамо-гипофизарной системой. Еще Лурия отмечал, что лобные доли синтезируют информацию об окружающем мире, полученную через экстрарецепторы, и информацию о внутреннем состоянии человека, что они являются средством, с помощью которого регулируется поведение организма. На сегодняшний день существует доказательство того, что воздействие внушения осуществляется через телесный образ, который создается лобными долями полушарий головного мозга, причем создание этого образа происходит преимущественно в недоминантном полушарии.  Следует упомянуть, что полушария головного мозга имеют определенную специализацию. У правшей левое полушарие обычно является доминирующим.

 

Информация, которая воспринимается им, обычно является вербальной, рациональной. Левое полушарие отвечает за аналитические, конкретные функции головного мозга. Считается, что в нем преобладает сознательное функционирование. В отличие от него правое полушарие считается ответственным за бессознательное. Оно более спонтанно, оно отвечает за человеческую интуицию, за абстрактное мышление, которое может воспринимать окружающий мир целиком, которое может создавать образы, формировать чувства. Считается доказанным, что активность правого полушария во время транса увеличивается, в то время как активность левого уменьшается.

 

Предположительно правое полуша-  2 Гордеев  17  рие более тесно связано с гипоталамо-гипофизарной системой и больше участвует в процессе терапевтического гипноза.  В опытах было отмечено, что, как правило, люди, легко поддающиеся гипнозу, одновременно легко могут увидеть скрытую связь между различными событиями, фактами, элементами; именно они замечают взаимосвязь в таких психологических тестах, как «Пятна Роршаха».

 

Появляется все больше доказательств, что гипнабельность является чаще всего свойством правшей, хотя это положение активно оспаривается.  Ряд исследователей предполагает, что правое полушарие производит так называемые «сырые», необработанные мыслительные образы, которые проявляются во время сна, при использовании метода свободных ассоциаций, в измененных состояниях сознания, под влиянием некоторых медицинских препаратов и обрабатываются левым полушарием.

 

Предполагается, что различные идеи, которые реализуются человеком, рождаются в правом полушарии, затем передаются в левое, где трансформируются в свою окончательную форму, окончательную идею.

 

Точно также и восприятие зрительного образа или звука происходит целиком в правом полушарии и анализируется, расщепляется, контролируется левым полушарием.  В процессе запоминания, хранения поступающей информации, ее воспроизведения ведущую роль играют специальные отделы головного мозга, так называемая лимбическая система, которая находится в височных долях головного мозга, особенно ее составные структуры — миндалина и гиппокамп. Лимбическая система представляет собой участок, где информация накапливается, может комбинироваться, интегрироваться. Разумеется, фиксация информации — это необходимое условие для различных сложных безусловных и условных рефлексов. Предполагается, что сенсорная информация, которая создала в зрительной области коры головного мозга «телесный образ», передается к лимбической системе, где она может сохраняться, объединяться с другой информацией и передаваться в гипота-ламо-гипофизарную область для реализации через активные вещества, гормоны. Кроме этого, считается доказанной роль гипоталамической области в формировании эмоций, причем  18  именно во взаимосвязи с лимбико-ретикулярным комплексом. Карл Прибрам считал, что именно лимбическая система играет важную роль в механизме планирования деятельности с различными механизмами реализации данного планирования.  Возможно, что взаимосвязь научения и памяти играет важную роль как в процессах запоминания различных ситуаций, так и в процессах психотерапии.

 

То, что узнается и запоминается, связывается с конкретным психофизиологическим процессом, который сопровождает данное впечатление. И то, что человек переживает и запоминает во время сеанса гипноза, может забываться при пробуждении, но вновь может быть доступным при повторном сеансе гипноза. Это может быть нейрофизиологическим субстратом для известного феномена в терапевтическом гипнозе, который называется «диссоциация сознания и бессознательного».

 

Еще известный специалист в области гипноза середины XIX века Джеймс Бред предлагал под гипнотизмом понимать те случаи, когда возникает состояние раздвоенного сознания и субъект после пробуждения не помнит того, что происходило с ним в состоянии гипноза, но вспоминает при повторных сеансах либо при схожих состояниях. В психоанализе до сих пор считается важным терапевтическим эффектом, когда при использовании метода свободных ассоциаций происходит повторное осознание какого-то события, которое было вытеснено в бессознательное. Считается важным получить доступ к подавленной, диссоциированной памяти, чтобы интегрировать данное воспоминание, проработать, прожить его, то есть убрать сформировавшуюся диссоциацию.

 

Существует теория, по которой гипноз сам по себе является стрессовым фактором, то есть, когда применяется гипнотическая индукция и гипноз приводит к измененному состоянию сознания, это помогает вспомнить другие стрессы, которые были в жизни человека.

 

Пациент в такой ситуации имеет шанс вернуться в своих воспоминаниях как диссоциированно, так и ассоциированно к какому-то раннему моменту значимого для него стресса. Индукция гипноза может высвободить воспоминания о событиях, которые формально не связаны с гипнозом,  19  но тем не менее являются стрессовыми для данного человека.

 

На этом основана идея эмоционально-стрессовой психотерапии, которая активно развивалась в нашей стране Владимиром Евгеньевичем Рожновым. Он опирался в своих исследованиях на работы Селье и говорил, что существует два вида стресса: стресс, который травмирует, и стресс, который лечит.  Одним из фактов, подтверждающих диссоциацию во время гипноза, является использование гипнотической индукции для ослабления или полного удаления боли. Другим примером подобных нейрофизиологических связей является сон, который забывается, когда человек проснулся, но который может повторяться, приходить вновь и вновь, и снова забываться, когда человек просыпается. На сегодняшний день существует теория Эрнеста Росси о системах памяти и обучения, зависящих от состояния. Теория основана на феномене вспоминания некой информации в сходных ситуациях.

 

Во внимание берутся не столько психологические факторы, сколько гормоны гипота-ламо-гипофизарной системы и возможные специфические изменения в лимбической системе и в ее связях с гипоталамусом.  Если опираться на молекулярно-клеточную основу, можно считать, что существует два возможных пути запоминания данных реакций. Это память на молекулярно-синаптическом уровне и память в лимбико-гипоталамусной системе, в первую очередь в миндалине гиппокампа. Кроме того, интересным с точки зрения исследования нейрофизиологии гипноза является теория Росси о взаимосвязи ультрадианных ритмов и терапевтического гипноза. Возможно, эта теория объясняет возникновение психосоматических заболеваний, в основе которых может лежать вызванное стрессом нарушение ультрадианных ритмов человека.  Удалось выяснить, что источник их поддержания также содержится в ядрах гипоталамуса, то есть находится в тесной взаимосвязи со всеми системами, описанными ранее. При этом ультрадианные ритмы тесно связаны с балансом вегетативной нервной системы. Росси считает, что терапевтический гипноз приводит к нормализации данных ритмов.

 

Более того, он опи-  20  рается на наблюдения за работой Милтона Эриксона, чьи сеансы длились достаточно долго — от полутора до двух часов, и когда терапевт видел необходимые ему физиологические сигналы: менялась двигательная активность пациента, тише становился голос, пациент как будто бы уходил в себя, Эриксон и производил необходимые терапевтические вмешательства, а подобный транс называл натуралистическим трансом, то есть трансом, основанным на природе человека. Росси считает, что ультрадианные ритмы, многие из которых имеют 90-минутную периодичность, и явления повседневного транса — фактически одно и то же. Использование такого натуралистического транса является полезным с точки зрения синхронизации его с биологическими часами человека.  Таким образом, в современных гипотезах большое значение придается трансформации вербальной информации головным мозгом через лобные доли головного мозга, лимбическую и гипоталамо-гипофизарную систему, где происходит формирование терапевтического резонанса с системами памяти и обучения, зависимыми от состояния, с помощью которых записаны патологические ситуации, ведущее к реассоциации пережитого, переработанного травматического опыта.    Глава 3.  ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ГИПНОЗА  В основе теории гипноза лежит идея о двойственной природе психики, о наличие в ней сознания и бессознательного.

 

Обычно функцию сознания сводят к контролю над жизнедеятельностью человека, над его действиями, поступками в окружающем мире, наблюдению за попытками проявления бессознательного. Как каждый человек индивидуален физически, так он индивидуален психически и проявления сознания также у каждого будут личными.

 

За поведением человека можно понять, увидеть причины такого поведения, можно прочитать его личную историю, предположить, как и каким образом сформировалась такая личность.

 

Часто люди не задумываются над тем, что они единичны, уникальны и неповторимы. Они считают, что все думают таким образом, ведут себя так, а не иначе, что в них нет ничего нового, особенного. И наибольшего успеха может добиться тот психотерапевт, который ссылается не на какие-то теоретические обоснования или методологические приемы, а тот, который будет опираться на свое понимание личности данного конкретного человека.  На протяжении жизни субъект обрастает различными собственными правилами, стратегиями, убеждениями. Он знает, что хорошо и что плохо, каким образом надо вести себя. Удивительно, но у взрослого человека гораздо больше внутренних ограничений, чем у ребенка, потому что ребенка ограничивают другие, а взрослого — он сам.

 

Обычно подобный опыт приходит из жизненных ситуаций, в которых клиент был неуспешен, и это подрывает его уверенность: он начинает в себе сомневаться. Он просто ограничивает себя, чтобы подобное событие в следующий раз не повторялось.

 

22  Когда человек еще был ребенком, он приобретал новое знание методом проб, и когда проба заканчивалась удачей, это становилось частью опыта. Когда его поступок заканчивался неудачей, по принципу обратной связи он получал эту информацию и делал что-то по-другому, то есть пытался добиться того же, чего он хотел прежде, но другим способом. Но чем взрослее, чем старше становится человек, тем тяжелее ему перестраивать себя на новые рельсы. И в какой-то момент он может перестать пробовать. Он может просто отказаться от попыток сделать что-то по-другому. Это тоже один из вариантов выхода, который можно назвать «уходом от проблемы».  От своих забот он привыкает уходить, но, в конце концов, путей отхода становится все меньше, меньше, и он упирается в тупик. Чтобы выбраться из этого тупика, ему придется заново учиться искать иные варианты поведения, иные варианты своей жизни. Задача психотерапевта — не дать готовые варианты решения, то есть найти выход, найти еще один способ ухода, а дать необходимое состояние души, которое позволит найти решение, а не лазейку.  Мы предлагаем человеку снова учиться, как он учился, будучи ребенком. В эриксоновском гипнозе слово «учиться» является основополагающим. Часто терапевтическая работа складывается из двух компонентов: из веры в способность произвести изменения и необходимости их совершить.

 

Работа начинается тогда, когда человек перестает откладывать на завтра процесс трансформации. Неважно, что движет его сейчас, главное, что существует мотивация произвести изменения именно сейчас, в это время, с нужной интенсивностью и настойчивостью. Для того чтобы человек смог произвести трансформацию своей личности, он должен поверить в вас, поверить в себя, в свои силы.  Трудно ожидать от человека, что он уверует во все и сразу. Этот путь к себе должен быть поэтапным, поступенчатым.

 

Пациент сначала должен поверить в малые изменения, и затем он будет способен поверить в большие перемены. Когда мотивация к динамике личности велика, человек способен концентрировать свое внимание и силы на проблеме, которую он хочет  23  решить.

 

Он думает над ней, изучает ее и с помощью психотерапевта пытается искать выходы. Может быть один выход, другой, третий.  Сознание можно определить как набор представлений человека о своем разумном поведении, которое формируется в начальные периоды жизни и которым человек старается соответствовать в зрелой жизни. Оно должно обеспечивать человеку нормальное функционирование в среде, в которой он живет либо в которой может оказаться. Поэтому все, что не соответствует стереотипам сознания, им отвергается, поступки контролируются, происходящее вокруг воспринимается с конкретной точки зрения. Процесс функционирования сознания безусловно полезен — он определяет реальную жизнь человека, однако, если учесть, что сознание достаточно ограничено и в принципе может быть названо набором ограничений, в ряде ситуаций оно может явиться проводником забот и проблем человека.  Сознание человека проявляется в его поведении, в его лингвистике, в его реакции на окружающий мир. С возрастом его проявления становятся более ригидными, штампованными. Для понимания сознательного поведения человека важно знать, на что он опирается в своих выводах, что является основой его стереотипов. Это важно потому, что нам нужно создать новые варианты поведения и мы должны определить, на какие события в жизни, на какой новый опыт эти формы должны опираться.  На протяжении жизни обычный человек попадает в различные ситуации, справляется с различными трудностями, Это дает ему все новую и новую информацию. Чем более изменяема жизнь человека, тем чаще ему приходится принимать нестандартные, необычные решения, которые требуют виртуозности, выдумки, тем больше опыта, больше готовности к изменениям у него будет.

 

У него появляется много новых вариантов выбора, каким образом действовать в той или иной ситуации. Тем меньше шансов у него стать пациентом психотерапевта.  Сознание еще можно определить как набор фильтров восприятия окружающего мира и себя.

 

В эти фильтры восприятия входят убеждения, ценности, моральные и культуральные ус-  24  той человека, его воспитание в семье, школе, в государстве, в экономической системе. Таким образом формируется набор правил, которые человек устанавливает для себя. Реальность состоит в том, что правило может быть нежелательным для человека, но тем не менее признаваться как необходимость. Задачей психотерапии является расширение рамок и границ этих правил, запретов, получение нового опыта для формирования отличающихся от прежних навыков поведения.  Бессознательное — это неосознаваемая часть психики человека, в которой сосредоточены как проблемы человека, так и ресурсы для их разрешения. В современной психотерапии бессознательное принято считать не удобной метафорой, а реально существующим объектом. Можно говорить о бессознательном уровне функционирования, о бессознательном уровне восприятия, то есть таком уровне понимания действительности и себя, при котором отсутствует обращение к сознанию. Можно предположить, что сознательная и бессознательная часть функционирования психики человека протекают параллельно, одновременно, и бессознательное может быть тем субстратом, к которому мы апеллируем в ходе психотерапии, когда сознательное функционирование и сознательные попытки изменения действительности не достигают желаемого успеха.  Возможно, что бессознательное определяет работу органов тела, которые не поддаются контролю сознания.

 

Оно воспринимает большую часть информации, приходящую из окружающего мира, причем воспринимает его целиком.

 

Кроме того, оно имеет тенденцию к синтезу нескольких событий, например, как мозаика собирается из нескольких кусочков в одну целую картину.  В бессознательном человека существует гораздо больше способностей, возможностей, нежели те, которые он может осознавать у себя сознательно. В ходе терапии одним из навыков, необходимых для успешной работы, является способность гип-нотерапевта общаться непосредственно с бессознательным своего пациента.  У него есть свой собственный язык, который состоит из образов, символов, идей, метафор, и, когда мы умеем разгова-  25  ривать с пациентом на этом языке, можно предположить, что мы умеем общаться с его бессознательным.  Одним из свойств бессознательного является буквализм, конкретность восприятия: если в речи терапевта появляются двузначные слова или метафоры, сознание воспринимает эту игру слов, бессознательное воспринимает слова как абсолютно конкретные. Например, можно предположить, что на вежливую преамбулу вопроса, с которой один человек обращается к другому: «Скажите, пожалуйста…», бессознательное не даст ему закончить, воспримет это как приказ и ответит: «Пожалуйста».

 

Этот буквализм очень важен, поскольку он позволяет общаться с пациентом на двух уровнях, но для этого психотерапевт должен филигранно владеть вербальной техникой, созданием своих внушений. Исходя из этого факта и многих других, считается, что бессознательное обладает характером ребенка, который воспринимает мир без каких-либо шор в глазах, прямо, конкретно, он не отягощен условностями и изгибами логики.  Наведение транса как раз и есть инструмент, который позволяет бессознательному подойти к поверхности восприятия человека и позволяет работать непосредственно с ним. У бессознательного могут быть свои интересы, свои желания, возможно, даже свои мысли.

 

Это облегчает работу сознания, потому что человеку, оказывается, не обязательно все помнить сознательно. Большая часть памяти человека относится к бессознательному, и только связь между бессознательным и сознанием позволяет доставать необходимые факты памяти для сознательного функционирования.  Бессознательное может представлять себя нам в виде сновидений, оговорок, игры слов, которая, как правило, имеет определенный метафорический налет, но за этим может крыться важный смысл для нашей жизни. Беседа с пациентом также может идти на бессознательном уровне, когда два бессознательных: пациента и психотерапевта, общаются между собой.

 

И тогда большое значение получает не столько вербальное выражение этого разговора, сколько невербальное: мимика, жесты, поведение, способность неким образом одеваться, пристрастия в одежде и так далее.

 

26  Для психотерапии важна идея, что в бессознательном хранится тот опыт, который когда-то был приобретен человеком, но в настоящий момент с точки зрения сознания он не нужен, и эти умения не используются и ждут, когда мы найдем дорогу к ним, чтобы заставить их действовать.

 

Многие виды автоматической деятельности также находятся в бессознательном.

 

Например, когда-то мы учились держать ложку, пить из чашки, писать, считать. Теперь многие действия мы можем производить неосознанно, получая нужные навыки непосредственно из бессознательного, где они находятся.

 

По-видимому, ограничения в поведении, которые возникли у нас вследствие какой-то проблемы, также хранятся в бессознательном, и мы также автоматически используем эти стереотипы, хотя сознанием понимаем, что они не хороши для нас.  Возможно в бессознательном записан весь ход развития личностной патологии: история ее возникновения, причины, развитие и современный результат, к которому пришла эта проблема, современный способ патологического реагирования. И, учитывая это, можно предположить, что бессознательное, в свою очередь, знает и путь решения этой проблемы, знает, какой способ будет адекватным для ее трансформации.  Обращаясь к бессознательному в ходе гипноза, мы стараемся либо выяснить причины, вывести их на уровень сознания, выявить историю проблемы, либо попробовать найти бессознательные ресурсы для ее глубинного разрешения. Может быть, это и есть высший пилотаж в психотерапии, когда бессознательный ресурс сталкивается с бессознательной проблемой и решает ее. При этом весь терапевтический процесс не выходит на уровень осознания и проявляется только положительным результатом в жизни человека.  Связь психики и тела человека также во многом осуществляется благодаря бессознательному, которое может быть как источником психосоматического здоровья, так и источником психосоматических заболеваний. Многие психические проблемы могут кодироваться на уровне тела. Существуют виды психотерапии, которые воздействуют на тело, проходя через него в проблемные зоны психики и прорабатывая их. Примером мо-  27  жет служить телесно-ориентированная психотерапия. Тело и психика — это две части, взаимосвязанные друг с другом. Перефразируя известную поговорку, можно сказать, что здоровая психика может жить только в здоровом теле.

 

И только если психика здорова, тело чувствует себя тоже здоровым. Телесный автоматизм сильно напоминает автоматическую деятельность бессознательного, когда мы идем, бежим, сидим, не задумываясь о том, как мы это делаем. Так и бессознательное функционирует, не давая нам пищу для раздумий.  В бессознательном записаны дороги как к приятным воспоминаниям, так и к неприятным. И в зависимости от целей транса мы можем пойти в ресурсный транс, то есть пойти к приятным переживаниям, и можем пойти к источникам проблемы — в транс проблемный, к переживаниям неприятным. И хотя это предложение исходит от нас либо от самого клиента, бессознательное может выбрать — согласиться с подобным запросом или пойти по той дороге, которая ему сейчас кажется важной. Когда мы говорим о способностях мозга, на самом деле мы говорим о способностях бессознательного.  Бессознательное может содержать части, которые отвечают за коллективный опыт человечества, то есть элементы коллективного бессознательного.

 

На нем может основываться поведение человека в ситуациях, когда у него не было предшествующего опыта, а он оказывается в ситуациях, которые можно назвать регрессивными. Например, городской человек приезжает в деревню и первый раз берет в руки косу, и ему кажется, что какие-то навыки уже у него есть, хотя он никогда в жизни не косил травы. Он быстро учится и только удивляется, откуда пришло это знание. Оно пришло из бессознательного.  Для психотерапевта важно уметь оценить способности собственного бессознательного. Потому что оно вступает в непосредственное общение с бессознательным клиента. И клиент учится на подобном глубинном общении, на взаимодействии, воспринимает бессознательную информацию от терапевта. Важно, чтобы идущая информация была сильной и положительной. Поэтому, если психотерапевт не чувствует в себе уверенности для работы с данным пациентом или по каким-то причинам проблема, с которой пришел пациент, обессиливает его, наверно, он не должен работать с таким пациентом.  Глава 4.  СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ  АСПЕКТЫ ГИПНОСУГГЕСТИВНОЙ  ПСИХОТЕРАПИИ  Не существует отдельной социально-психологической терапии. Любая психотерапия: индивидуальная, семейная или групповая двунаправлена — внутрь человека, разрешая его внутренние конфликты, и вне его, гармонизируя его отношения с окружающими. Можно предположить, что социальная составляющая гипносуггестивной психотерапии является определяющей в определении направления психотерапевтического процесса.  Впервые на важность социальных связей и поведения в проявлении нарушений у пациента обратил внимание Адлер. Он считал, что «социальный интерес — это наиболее важный фактор в подходе к воспитанию и лечению».  В классическом гипнозе сформировалась и воплотилась идея групповой психотерапии, которая взяла на вооружение возможность и необходимость создания терапевтического социума в группе. В независимости от того, была ли группа монопроблемной или в ней собирались пациенты с различными запросами, социальный фактор всегда был одним из главных и явных инструментов психотерапии. Понятие групповой динамики как «совокупности взаимоотношений и взаимодействий, возникающих между участниками группы, включая и группового психотерапевта» (Карвасарский Б. Д., 2000) подчеркивает социальную направленность данной терапии. Пациент, имеющий ряд проблем во взаимодействии с окружающими, учится создавать социальные связи в дружественной и понимающей среде, чтобы затем реализовать эти навыки в своей жизни.  29  индивидуальной гипносуггестивной психотерапии забота социальном благополучии пациента может быть менее замети На первое место выступает избавление индивида от за-ботдих его переживаний. Однако, если взглянуть на жалобы пац:нта шире, выясняется, что в их основе лежат нарушения соцшьного самовосприятия и восприятия других, а также па-толия социальных взаимоотношений. Таким образом, работа гахотерапевта делится на два этапа, которые протекают од-новменно или с незначительным временным интервалом: форирование индивидуальных изменений в пациенте И соци-алиция их, «внедрение» изменившегося пациента в реальную  ЖИЗэ.  Ьсмотря на то, что психотерапевтическая работа должна укршять коммуникативные способности и адаптационные возлжности личности, выявился интересный феномен: Р боль-шоыроценте случаев в период работы (индивидуальной или груговой) пациенты могут отмечать ухудшение семейных, слу-жеблх взаимоотношений, хотя большинство считают это обо-стреием скрытых конфликтов. Следует отметить, что к окон-чано психотерапии у большинства отношения нормализуются, )и этом большинство пациентов отмечает их переход на «нош уровень».  Ьдобные процессы закономерны: прежняя система взаи-мооошений пациента с окружающими в ходе психотерапев-тичкой работы подвергается его критике сознательной или бесанательной, поскольку основана на прежних характерис-тикаличности. Развивающаяся личность требует новых взаи-мооошений, а окружение стремится вернуть индивида в пре-жнесостояние (стремление к стабильности — свойство любых самсрганизующихся систем).

 

В ходе психотерапии пациент реалует свои социальные устремления: либо соглашается со свои социальным статусом, либо его меняет. Причем этот про-цессо принципу обратной связи поддерживает личностные измеения. «Роли, которые мы выполняем, слова и поступки, шнятые решения влияют на то, что мы представляем» (Д. Мере).  30  Таким образом, социально-психологические результаты являются основополагающими в психотерапевтической практике. Конечный результат следует считать позитивным и окончательным только в случае, если личностные изменения пациента «закреплены» в его социальной жизни.  Глава 5. ГИПНОТИЧЕСКИЙ ТРАНС  Транс — особое состояние сознания, характеризующееся неосознанным фокусированием внимания на собственных психологических процессах, формирующее иную внутреннюю реальность пациента.  Иногда транс сравнивают со сном. Это неверное сравнение, потому что электрофизиологические исследования во время транса показали, что кора мозга работает, причем в режиме, отличающемся и от сна, и от бодрствования. Доказано, что транс — качественно иное состояние.  Гипнотический транс имеет ряд полезных элементов, которые делают его пригодным для использования в психотерапии. Фокусирование внимания сознания позволяет сосредоточиться на том компоненте проблемы, который изучается в данный момент. При этом происходит отвлечение от всего мешающего достижению цели, которая поставлена на данный сеанс. Пациент перестает реагировать на обычные внешние раздражители, хотя, безусловно, у него остаются сторожевые очаги, которые внимательно фиксируют все, что может нанести вред, и в случае сигнала опасности транс будет прерван.  Над теорией гипноза много работал Иван Петрович Павлов. Феномен гипноза он объяснял следующим образом: это торможение коры головного мозга, при котором остается сторожевой пункт, локальный очаг возбуждения. Он позволяет человеку, находящемуся в трансе, сохранять контакт с психотерапевтом, позволяет отслеживать то, что с ним происходит, и в случае, если отслеживаемые во внешнем мире изменения опасны или дискомфортны, этот очаг возбуждения моментально стимулирует кору головного мозга, и человек выходит из транса.  32  Состояние транса естественно для человека. Один из исследователей гипноза Эрнест Росси предположил, что естественный транс наступает благодаря действию ультрадианных ритмов. Он говорит, что транс может возникать и обязательно возникает каждые 90 минут, как состояние он необходим для перестройки, переструктурирования деятельности мозга так же, как необходим для мозга сон. Кроме этого, человек погружается в транс, выполняя обычную, рутинную работу, когда его деятельность обычна и не сулит ничего нового. Так, в трансе находится водитель автомашины, который едет по знакомой дороге. Когда мы едем в троллейбусе по привычному маршруту, мы тоже погружаемся в транс, обдумываем какие-то свои дела, а может быть, просто грезим, не замечая, как идет время и как движется троллейбус. В трансе находится пассажир, который сидит в зале ожидания, рыбак с удочкой в руках.

 

Если гипнотерапевту удается на приеме увидеть момент, когда человек погружается в подобный естественный транс, он может использовать увиденное сразу же, помогая человеку погрузиться глубже.  Чем глубже транс, тем больше человек уходит в себя, тем менее значимым становится окружающий мир, большую реальность приобретают внутренние образы, при этом переживания из далекого прошлого могут быть более реальными, чем сегодняшний день.

 

Транс можно определить как психологически обоснованный уход от реальности в иное состояние, которое более комфортно, более ресурсно.

 

Примером может служить конфузионный транс, когда неожиданный внешний раздражитель погружает человека в гипнотическое состояние, давая ему возможность обдумать то, что произошло, переструктурировать себя, свое поведение.

 

Эта разновидность транса помогает человеку справиться с необычными резкими изменениями в окружающем мире.

 

Когда происходит удивление, конфузия, человек замирает, ему нужно какое-то время, может быть, несколько секунд для того, чтобы привести свой внутренний мир в соответствие с внешним. Вот в этот момент вполне можно проводить внушения, углубляя транс.  Каждый пациент имеет свою глубину транса, на которую он может погружаться. По данным разных исследователей, нельзя  3 Гордеев 33  точно сказать, является ли подобная глубина фиксированной или она может изменяться раз от раза. Если пациент с каждым сеансом уходит в транс все глубже, значит ли это, что в первый раз он погрузился недостаточно глубоко, не до самого дна своей гипнабельности, или это значит, что гипнабельность увеличивается.  Погружение в транс напоминает дорогу из мира внешнего в мир внутренний. Пациент шаг за шагом уходит от реальности, предоставляя все больше и больше внимания тем образам, звукам и ощущениям, которые у него возникают. Он становится все более и более занят своими внутренними переживаниями.

 

Задача психотерапевта — направить мышление в трансовом состоянии на психотерапевтические цели.  Транс переносит человека в иную реальность, где нет жестких ограничений, которые сознание наложило на него, где есть возможность для переструктурирования опыта, понимания окружающего мира, где есть необходимые условия для нового восприятия окружающего мира и своего места в нем. Транс является инструментом психотерапевтического процесса. На него опирается психотерапия, это удобный фон для проведения внушений. Поскольку он создает некую новую внутреннюю реальность, это является благодатной почвой для проведения целостных системных изменений, формирования зачатков новой личности на фоне благоприятного гипнотического состояния.  Окружающее для человека на глубине транса в конце концов связывается только с голосом психотерапевта, и пациент на этом фоне может удивленно воспринимать, что внешний мир, оказывается, изменился, и через голос специалиста он требует совсем иных действий, иного видения, иного взгляда на себя и дает разрешение на них и даже требует изменений.

 

Пациент, который привык слушаться мнения окружающего мира, в трансе имеет повод измениться.  Одним из важных свойств гипнотического мироощущения является возможность доступа к ресурсным качествам, которые заблокированы в бодрствующем состоянии, когда пациент полностью сконцентрирован на своей проблеме и не дает себе  34  возможности не только достичь внутренних сил, но даже иногда подумать о них. В ходе транса доступ к положительным переживаниям, которые были в прошлом, диссоцированным от сегодняшнего дня, облегчается.

 

Это помогает психотерапии.  Трансы, главной целью которых и является доступ к ресурсным состояниям, называются ресурсными трансами. Это может быть путешествие в приятное воспоминание либо транс с использованием ресурсных мест.

 

Чаще всего ресурсные места — уголки природы, которые обладают особенной силой. Примечательно, что большие природные массивы, как лес, горы, реки, моря, обладают своей собственной энергетикой и в трансовом состоянии обращение к таким природным местам является для человека способом подъема своей жизненной силы, своей внутренней энергии. Поэтому ресурсные трансы очень широко используются в гипнозе для решения очень многих проблем.  ПРИЗНАКИ ТРАНСА  Существует ряд признаков, характерных только для транса, и другая группа показателей, объединяющая его с аутотренингом, мышечной релаксацией. По признакам транса можно определить как его наличие у пациента, так и глубину погружения.  К показателям, которые встречаются как при релаксации, так и при гипнозе, относятся следующие:  1. Снижение мышечного тонуса  Во время транса тело расслабляется, в первую очередь снижается тонус мышц тела, и даже неопытному глазу заметно, как тело обмякает в кресле или на кушетке. Оно становится неподвижным, движения затруднены, меняются черты лица за счет расслабления мимических мышц. Лицо уплощается, может становиться немного одутловатым. Если голова лежит на подголовнике кресла, то может появляться ощущение, что шея немного вытягивается. Если подголовника нет, то человеку удобнее наклонить голову вперед, иногда голова почти падает на грудь.  35    2. Увеличение латентного периода — периода сознательного реагирования  Когда в процессе погружения в транс мы предлагаем пациенту заговорить, произвести какое-либо действие, по мере углубления гипнотического состояния время от получения задания до его реализации становится все больше и больше. Это говорит о заторможенности функционирования сознания, в то время как бессознательное реагирование, наоборот, может быть очень быстрым. И здесь проявляется удивительное свойство гипноза: диссоциация сознательных и бессознательных процессов. Когда в ходе транса мы просим дать нам какой-то сигнал в ответ на наши слова, если ответ приходит быстрым и коротким, можно говорить об ответе из бессознательного. Если между запросом и ответом проходит достаточно большое количество времени, это будет ответ из сознания.  3. Изменение дыхания и пульса  По мере погружения в транс дыхательные движения становятся все более ровными, как правило, менее рельефными. Дыхание как бы уходит в глубину. Частота дыхательных движений у человека в трансе меньше, нежели в бодрствующем состоянии. Также уменьшается частота сердечных сокращений, однако вряд ли нам удастся узнать об этом, потому что для измерения пульса в ходе работы нужно прикоснуться к пациенту, а это обычно ведет к уменьшению глубины транса и к более сознательному функционированию. Урежение частоты сердечных сокращений может быть само по себе терапевтическим эффектом, особенно при ряде психосоматических заболеваний, где симптомом заболевания является повышение артериального давления.

 

Как правило, артериальное давление за счет снижения частоты сердечных сокращений уменьшается. Возможно, такого эффекта мы достигаем и за счет другого механизма. Помимо изменения частоты сердечных сокращений еще в ходе транса изменяется тонус сосудов тела, уходит спастический компонент, и это также приводит к значимому снижению артериального давления в случае, если гипнотический транс наво-  36  дится на фоне повышенного артериального давления. Если у пациента артериальное давление в норме, то мы получим лишь незначительное снижение давления и ни в коем случае не можем получить коллаптоидного состояния.  4.

 

Изменение сглатывания  Достаточно часто в ходе погружения в транс и на его глубине меняются глотательные движения человека.

 

По мере усиления гипнотического состояния глотательные движения становятся более рельефными и заметными. Однако спустя некоторое время или после определенной глубины транса глотание становится практически незаметным, хотя может проявляться вновь в ходе пробуждения каких-либо воспоминаний. Возможно, этот процесс связан с изменением контроля головного мозга над центральными ядрами черепно-мозговых нервов, в частности блуждающего нерва. Но для работы такое теоретическое знание имеет небольшое значение, и поэтому сглатывание и его изменения важны как показатель движения по трансу.  5. Изменение голоса, голосовых характеристик: тона, тембра голоса, ритма речи  Когда в ходе гипнотического наведения мы просим пациента дать какую-либо вербальную информацию, он вполне может отвечать нам. Транс не обязательно сопровождается полным молчанием, однако следует помнить, что в подобно состоянии голос изменяется.

 

Как правило, он становится тише. Для того чтобы ответить нам, пациенту нужно время собраться с силами. Бывает видно, как он старательно, постепенно пробуждает мышцы, участвующие в речи, напрягает язык, губы и только после этого начинает говорить. Обычно голос более тихий, менее модулированный. Человек говорит в достаточно однообразной манере, не меняя тембра голоса, слова даются с трудом, очень часто окончания слов проглатываются. После завершения своего ответа, который обычно бывает коротким, пациент часто испытывает видимое облегчение от того, что он может перестать говорить и вновь погрузиться глубже. Если в ходе  37  транса мы получили феномен возрастной регрессии, голос, которым будет говорить с нами пациент, заметно отличается от его обычного голоса и может быть похож на голос ребенка, а иногда на голос другого человека, который участвует в общении с этим ребенком.  6.

 

Фиксация взгляда и расширение зрачков  Когда пациент уходит в транс с открытыми глазами, даже если терапевт не производит соответствующего внушения, после незначительного периода блуждания глаз глаза фиксируются на одной точке, которая находится где-то перед клиентом, или расфокусируются. Движение глазных яблок после этого возможно только в случае возникновения каких-то переживаний в ходе гипнотической работы.

 

Обычно вместе с фиксацией взгляда можно заметить и феномен расширения зрачков, которые по мере погружения в транс расширяются, хуже реагируют на свет.

 

Это говорит об изменении вегетативной иннервации глаз в ходе гипнотического наведения.  7. Дрожание век или фасцилляция  Дрожание верхних век — характерный феномен для многих людей, погружающихся в транс. Однако у всех он может проявляться в разной степени и на разной глубине транса. У ряда пациентов фасцилляция начинается сразу после закрывания глаз, когда если и можно говорить о каком-либо трансе, то только о поверхностном. У других она проявляется только на достаточной глубине транса и может быть вариантом сигналинга — явления, о котором мы будем говорить чуть позже. Скажем только — подрагивание век в этом случае является вариантом бессознательного ответа. Такое дрожание век очень быстрое и мелкое.

 

Есть метафорический образ, который поможет понять суть фасцилляции и ее отличие от привычного подрагивания или движения ресницами: «Веки дрожат как крылья бабочки». Если вы увидели такое мелкое, неуловимое и практически неповторяемое в сознательном состоянии дрожание, вы имеете дело с фасцилляцией.  38  Вторая группа признаков транса — феномены, характерные только для гипноза.

 

1. Амнезия  Амнезия в гипнозе бывает двух видов. Во-первых, в ходе гипноза частым явлением является спонтанная амнезия, которую специалист не вызывает сознательно в ходе работы. Мы говорили о том, что гипноз является особой формой функционирования психики и при переходе сознания в обычный режим функционирования часть событий из транса, а иногда и весь транс могут быть автоматически забыты.

 

События, имевшие место в гипнотическом погружении, часто забываются как сон. Если проговорить о том, что было в трансе, сразу, пациент многие факты может вспомнить, вывести их на уровень сознания. Но если дать ему немного времени, то как события, произошедшие во сне, гипнотические реальности забываются и клиент не может вспомнить, что было с ним.

 

Второй вид амнезии — это терапевтическая амнезия, которую вызывает психотерапевт. Обычно специалист использует специальные вербальные приемы, давая внушение — так называемую установку на амнезию.

 

Такое забывание служит продолжению бессознательной работы, которая была запущена в трансе. Тогда психотерапевтический процесс напоминает приготовление еды, когда повар положил все необходимые компоненты пищи и закрыл кастрюлю крышкой, предоставив ее содержимому вариться самому, не принимая больше никакого участия.

 

Установка на амнезию необходима для того, чтобы сознание не вмешивалось в работу, за которую теперь отвечает бессознательное.  2. Гипермнезия  Гипермнезия прямо противоположна по своему смыслу амнезии, хотя можно предположить, что они имеют общие корни. Гипермнезия — это избыточное вспоминание в трансе различных событий, участников, деталей. Практически невозможно отличить действительное вспоминание реальных фак-  39  торов и возможное придумывание, поскольку контроль сознания уменьшен, а только оно могло бы дать ответ, было событие в жизни человека или это выдумка.  Для бессознательного как выдуманные, так и реальные события имеют одинаковую силу, и мы должны помнить, что не обязательно та информация, которая получена нами в трансе в ходе гипноанализа, является достоверной.

 

Однако, даже если мы сомневаемся в ее истинности, можно воспринимать ее как личную метафору клиента и помнить о том, что для человека данная информация является достоверной. На основе данной информации мы можем работать, воспринимая ее как некий отголосок проблемы, как собственную метафору, которую дало бессознательное пациента.

 

Явления возможной ложной гипермнезии были доказаны в экспериментах, когда свидетелей различных событий погружали в гипнотический транс и в его ходе просили вспомнить детали произошедшего. Ряд деталей был вспомнен действительно правдиво, но ряд оказался вымыслом. При этом исследуемые не могли различить события и детали, которые имели место и которые были придуманы их бессознательным, возможно, по какой-то ассоциативной цепочке.  3. Анестезия и аналгезия  В процессе погружения в транс кинестетическая чувствительность претерпевает ряд изменений. В начале погружения возможен феномен парестезии, а иногда даже гиперстезии, то есть чувствительность может повышаться, возможно повышение одних видов чувствительности и понижение других. Ряд пациентов отмечает усиление яркости окружающего, контрастности, цветности, насыщенности красок. Когда речь идет о звуках, может отмечаться усиление звука, их большая звонкость, четкость. Однако затем, по мере погружения в транс чувствительность начинает снижаться и звуки, ощущения становятся менее воспринимаемыми.  Можно добиться полной анестезии частей тела и всего тела либо обеспечить нарушение только одного вида чувствительности — болевой, то есть добиться аналгезии. В XIX веке на этом  40  феномене было сконцентрировано внимание многих врачей, которые использовали гипноз как способ обезболивания при хирургических операциях. Существовали документированные наблюдения нескольких сотен операций, проведенных под действием гипнотического транса. И только с открытием хлороформа, а затем различных анестетиков от гипноза отказались, хотя до сегодняшнего дня периодически он применяется с подобной целью.  4. Сигналинг  Сигналингом называются мышечные подергивания, которые имеют бессознательную природу. Можно определить сигналинг как глубинный ответ психотерапевту, отзвук процессов, происходящих в психике человека. Мы говорим о сигна-линге, когда видим мелкие подрагивания пальцев, фасцилля-цию век. Иногда сигналингом могут быть движения головой, хотя они могут быть неким вариантом автоматизма, идеомо-торными движениями, не несущими бессознательного смысла. Обычно чем мельче мышца, тем чаще она служит проводником сигналинга.  В ходе транса важно внимательно следить за пациентом, охватывая его целиком полем своего внимания. Это позволяет заметить мельчайшие изменения в его состоянии, в том числе и незначительные мышечные подергивания. Чаще всего сигналят указательные пальцы рук, хотя это может быть и любой другой палец. Внешне это выглядит как очень быстрый, незначительный подъем пальца и затем, как правило, немедленное возвращение его в прежнее состояние, похожее на вздрагивание. Заметив подобное движение, можно усилить его с помощью соответствующего внушения и даже повести к другим гипнотическим феноменам, например, к левитации. На основе этого феномена строится обратная связь с клиентом.  Возможен сигналинг мышцами лица, тела.

 

Но если на лице подрагивание легко заметить, то на ногах, на животе мы ничего наблюдать не сможем.

 

Поэтому эти варианты сигналинга для нас имеют ограниченное значение.

 

41  5. Каталепсия  Каталепсия, или восковидная гибкость — один из самых известных и давно описанных признаков гипноза. Это показатель глубокого транса. Под каталепсией подразумевают застывание частей тела, мышечное оцепенение, иногда в очень неудобной позе. Чаще всего говорят о каталепсии руки, хотя возможна каталепсия других частей тела, например, каталепсия ноги, шеи. Интересно, что рука, поднятая и зафиксированная в неудобной позе, может находиться в ней очень долго, при этом не испытывая неприятных ощущений. Можно предположить, что обменные процессы в данном случае текут иначе, чем в бодрствующем состоянии. От каталепсии, также как и от левитации, которую мы будем разбирать ниже, можно отталкиваться в терапевтической работе, инициируя движения в руке и связывая с этим движением какие-то процессы терапии.  6.

 

Левитация  Левитация — это идеомоторное движение, самопроизвольный подъем в ходе наведения транса, гипнотической работы.

 

Часто левитация начинается с подрагивания пальцев, однако в ряде случаев рука поднимается без предварительных сигналов. Часто для левитации нужно, чтобы пациент знал о возможности такого феномена.  Левитация также, как и каталепсия, служит показателем достаточной глубины погружения. С движениями руки удобно соединять различные этапы транса и гипнотической работы внутри его. Чаще всего наблюдается левитация руки. В случае, если гипноз проводится в положении лежа, возможна и левитация ноги. Левитация отличается от каталепсии тем, что подъем конечности при каталепсии, чтобы зафиксировать ее ясно, производит психотерапевт. Левитация полностью зависит от клиента, хотя чаще всего индуцируется с помощью гипнотических внушений со стороны психотерапевта.  Левитация и каталепсия имеют особенное воспитательное значение для пациента. Они позволяют ему еще больше поверить в гипноз. Описанные феномены являются очень доказательными и убеждающими явлениями. Часто вместе с левита-  42  цией и каталепсией, которые происходят на мышечном уровне, на психическом происходит феномен, который называется диссоциацией сознания и бессознательного.

 

7. Диссоциация  Диссоциация — это феномен расщепления осознавания клиента. Пациент может ощущать себя и в настоящем времени и настоящем месте, и в каком-либо другом месте и времени, причем оба состояния для него реальны. Такой же реальностью может быть и диссоциация между телом, которое спит, и рукой, которая поднимается. Причем спящее тело в этот момент может олицетворять сознание, а двигающаяся рука — происходящий бессознательный процесс.  Чаще всего в гипнозе это состояние называется диссоциацией сознания и бессознательного. Она полезна для отвлечения внимания сознания от психотерапевтических процессов, чтобы усыпить его и достичь бессознательного, которое является как источником проблем человека, так и источником ресурсов для их решения. Для проведения психотерапевтической работы диссоциация является важным и обязательным явлением. Диссоциация позволяет мозгу достичь материала, который лежит в бессознательном, чтобы использовать и трансформировать его.

 

Часто встречается как в сознательном, бодрствующем состоянии, так и в гипнотическом погружении диссоциация от болезненных ощущений, которые связаны с проблемой. Это способ глядеть на проблему со стороны наблюдателя. Он дает возможность отстраниться от того, что заботит, взглянуть объективным взглядом на эту заботу, поискать ресурсы, возможности, которые позволят разрешить свою проблему и найти способ получить необходимые ресурсы для трансформации.  Умение психотерапевта выводить своего пациента в диссоциированную позицию является хорошим терапевтическим навыком, поскольку позволяет иметь определенную эмоциональную свободу в решении его проблем. Феномен диссоциации участвует в развитии анестезии и аналгезии. Диссоциация  43  также представляет способ отделить эмоциональный опыт переживания от интеллектуальной составляющей психики человека для того, чтобы интеллект смог не бороться с эмоциями, а заняться своим прямым делом — поиском выхода из создавшегося положения.  8.

 

Возрастная регрессия  Возрастная регрессия — феномен, родственный диссоциации. В нем используется идея временной диссоциации, когда человек ощущает себя в прошлом времени, при этом ощущает ассоциировано. Он может видеть себя маленьким мальчиком, он опускает глаза вниз и видит маленькие ножки в стоптанных сандалиях, а когда он идет по полю, растения касаются его лица, где-то перед глазами жужжат пчелы и прыгают кузнечики, и все это он наблюдает сам.  Ассоциированностью возрастная регрессия и отличается от воспоминания.

 

Воспоминание означает, что взрослый человек вспоминает свое прошлое, возрастная регрессия — это прошлое в данный момент для человека является настоящим. Регрессия может быть очень далекой — в детские годы пациента, а иногда даже в дородовый период, хотя доказать возраст регрессии очень сложно. Как правило, для создания такой ранней регрессии -в ранний детский возраст — требуется специальное внушение, хотя иногда она происходит спонтанно.  Чаще всего регрессией пользуются для гипноанализа, потому что корень проблемы человека всегда лежит в прошлом, обычно в раннем детстве — до 6 лет. Но нельзя забывать, что детство — источник большого количества положительных эмоций и ресурсных состояний. Поэтому регрессия может использоваться также для поиска внутренних ресурсов.  При возрастной регрессии часто трансформируется поведение пациента в трансе и особенно меняется голос и фразы, которыми пациент говорит. В такой момент мы имеем доступ к пластам памяти, которые в сознательном состоянии не достигаются. Часто этот опыт настолько ошеломляющ, что он самопроизвольно не забывается и поэтому, чтобы пациент забыл травмирующее событие, осознанное при возрастной регрессии,  44  необходима структурированная амнезия, то есть внушение на амнезию со стороны психотерапевта.  Возможно, что регрессия обуславливается еще так называемым детским характером бессознательного, которое широко открыто окружающему миру, воспринимает его целиком, для которого характерен буквализм, то есть оно не понимает игры слов, их двойных значений, оно все понимает буквально.  9. Искажение времени  В трансе время идет иначе, чем в бодрствующем состоянии. Подобный эффект течения времени может быть самопроизвольным, и когда пациент открывает глаза, на вопрос, сколько времени он был в трансе, иногда он не может ответить даже приблизительно, увеличивая или уменьшая время своего нахождения в трансе в несколько раз.

 

Это похоже на известную формулировку теории относительности, когда для влюбленных часы, проведенные вместе, кажутся секундами, а для человека, сидящего на горячей плите, секунды, проведенные на ней, кажутся часами. Чаще сознание пациента уменьшает время. Возможно, это связано с тем, что он погружается в более глубокий транс и перестает осознавать себя, поскольку в данный момент он не слышит голоса психотерапевта, который для него является точкой временного отсчета.  Можно использовать данный феномен сознательно, когда с помощью соответствующих внушений, направленных на время, можно как замедлять его в случае приятных переживаний, так и ускорять в случае переживаний неприятных или при необходимости создать иллюзию вырастания или с другими терапевтическими целями.

 

10. Иллюзии и галлюцинации  В бодрствующем состоянии данные феномены возможны либо при нечеткой работе систем восприятия мира, либо при психической патологии. Однако на фоне гипнотического транса они встречаются у абсолютно нормальных людей. Как правило, иллюзии и галлюцинации связаны с внушениями, когда, например, ощущение тепла от солнечного луча на своей коже  45  человек под воздействием соответствующих внушении трансформирует в разлитое тепло, которое приходит к нему от костра Когда прикладываемая монетка абсолютно нормальной температуры может вызывать ожог, если гипнотизируемому внушили, что она раскалена.

 

Галлюцинации следует разделить на позитивные и негативные.

 

Позитивные галлюцинации представляют собой убежденность человека в наличии какого-то предмета, человека, явления, которого нет на самом деле.

 

Негативные галлюцинации — это обратный процесс, когда пациент не видит того, что есть на самом деле, благодаря внушениям гипнотерапевта. Это хорошо видно в случаях эстрадного гипноза, когда гипнотизер при полном зале зрителей убеждает человека на сцене, что они с ним наедине и подопытный верит ему. Примером позитивных галлюцинаций может быть собирание несуществующих цветов, объятия с невидимым другом и так далее. Эти феномены зрелищны и говорят о глубокой степени погружения в транс. Возможность использования их в работе зависит от навыков и фантазии терапевта.  Глава 6. ВНУШЕНИЕ  Внушение или суггестия — основной инструмент работы гипнотерапевта. Состояние транса наводится именно с целью проведения внушений, соответствующих проблеме пациента. Терапия называется «гипносуггестивной» по принципу связи гипноза и внушения в ней.

 

Транс похож на таблетку лекарства, которую принимает больной, где внушения составляют лишь ее часть, а все остальное — неактивное вещество, необходимое для формирования таблетки.  Внушения бывают разными. Часто встает вопрос: а что же внушать человеку? С одной стороны, мы должны не подменять своими внушениями желания пациента, а с другой стороны, как узнать, что пациенту нужно.

 

В главе, посвященной присоединению, мы говорили о необходимости отслеживания ключевых слов пациента. Они также могут помочь нам в знании, что человеку внушать. Используя ключевые слова, человек характеризует, чего он не хочет — он характеризует проблему и определяет, что является целью терапии. Важнее для определения внушений знать его понимание результата.  Запрос: «Хочу бросить курить», на самом деле не является целью. Это состояние, от которого он мечтает отказаться.

 

А что взамен? Часто неуспех терапии связан с тем, что человек знает, чего он не хочет делать и иметь, но не уверен, ради чего. Как бы он отнесся к предложению выйти из дома и пойти неизвестно куда.

 

Велика вероятность, что он повернется и пойдет обратно. Если вы не знаете, куда идти, то цели вы не достигнете.

 

Поэтому мы тщательно выспрашиваем субъекта, для чего ему нужно бросить курить? Иногда это нужно не для выявления цели, а для выявления уровня мотивации.  47  Существуют два вида мотивации — избегание и достижение. Мотивация достижения качественнее, когда есть цель, к ней легче двигаться.

 

Но если мотивация избегания сильна, а цель неясна, такую мотивацию также можно использовать как катализатор процесса, предполагая, что видение цели и направления движения есть в бессознательном человека.

 

Мотивация пациента — важнейшее условие работы. С помощью внушений ее можно пытаться усиливать, опираясь на ценности и убеждения человека, но самые быстрые и качественные изменения пациент проделывает, если мотивация к изменениям высока.  В этом отношении мне вспоминается один пациент, который пытался бросить курить много лет.

 

Он бросал много раз с помощью различных методов, но каждый раз результат был плачевным: он вскоре начинал курить снова. Три года назад он поступил в больницу с кровотечением из язвы двенадцатиперстной кишки, осознавая опасность этого состояния для своей жизни. В приемном отделении его осмотрел врач, а когда пациент спросил, можно ли покурить, врач ответил: «Ну если куришь, то недолго тебе осталось…» Человек бросил курить сразу, без абстинентного синдрома и желания закурить, несмотря на 25-летний стаж курения.

 

Он четко увидел цель: сохранить жизнь, а врач провел качественную психотерапевтическую работу, даже не зная об этом.

 

Виды внушений  Классифицировать внушения крайне сложно, они переплетаются, сочетают в себе свойства друг друга, поэтому предлагаемая классификация будет условной. Большинство исследователей выделяют две группы внушений.  Первая группа — прямые внушения. К ним относятся команды: «Спать» или «Забыть».  — Я досчитаю до трех и ваши глаза откроются.

 

— Вы будете спокойно относиться к собакам.

 

— После моего сеанса вы не сможете принимать алкоголь. Прямые внушения конкретны и подразумевают доминирование психотерапевта во взаимодействии, чаще использу-  48  ются в классическом гипнозе. Они не предоставляют пациенту возможности выбора, реализации своих потребностей. В случае нежелания пациента выполнять прямые внушения терапевта нарушается раппорт и возникает ситуация неподчинения, что уничтожает основу гипноза и возможность терапии.  В эриксоновском гипнозе данный вид суггестии имеет ограниченное применение, он используется или в условиях глубокого транса, или как постгипнотические внушения после выхода из транса. Чем глубже транс, тем меньше контроль сознания пациента над словами, которые вы говорите. Следует помнить, что внушения могут быть сформулированы по-разному. Можно сказать: «Забудь все, что было неприятного». И можно сделать это более закамуфлированно, сказав: «И какой-то внутренний голос может шептать тебе: «Забудь все, что было неприятного»».

 

На самом деле, внушение тоже прямое, но закамуфлировано.  Второй класс внушений — косвенные внушения. Это внушения недирективные, мягкие, ненавязчивые, иногда вкрадчивые. Итак, какие виды косвенных внушений бывают.  Сложное составное  Сложное составное внушение представляет из себя сложносочиненное или сложноподчиненное предложение. Чаще всего первая часть предложения является присоединением, т. е.

 

описывает происходящее с пациентом, а вторая часть — ведением, т.

 

е. говорит об эффекте, который терапевт хочет получить.  «И чем дольше вы слышите мой голос, тем глубже вы можете погрузиться в транс».

Do NOT follow this link or you will be banned from the site! Пролистать наверх