ВСE ШEДEВРЫ МИРОВОЙ ЛИТEРАТУРЫ В КРАТКОМ ИЗЛОЖEНИИ ЗАРУБEЖНАЯ ЛИТEРАТУРА XX ВEКА КНИГА И КНИГА ИИ ЭНЦИКЛОПEДИЧEСКОE ИЗД М 1997 1632 С 27

  Портрет художника в юности………………………………………………………737     улисс……………………………………………………………………………………………741  Шон О’Фаолейн       И вновь? ……………………………………………………………………………………….746  Сэмюел Беккет       В ожидании Годо …………………………………………………………………………751  Брендан Биэн       Заложник …………………………………………………………………………………….756     ИСЛАНДСКАЯ ЛИТЕРАТУРА    Халлдор (Хальдоур Килъян) Лакснесс       Исландский колокол……………………………………………………………………763     ИСПАНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА    Мигель де Унамуно       Авель Санчес ………………………………………………………………………………..771  Хасинто Бенавенте       Игра интересов……………………………………………………………………………775  Висенте Бласко Ибаньес       Кровь и песок………………………………………………………………………………779  Рамон Дель Валье-Инклан       Сонаты. Записки маркиза де Брадомина. ……………………………………784  Пио Бароха-и-Несси       Алая заря……………………………………………………………………………………..790  Хуан Рамон Хименес       Платеро и я…………………………………………………………………………………795  Федерико Гарсиа Корка       Кровавая свадьба ………………………………………………………………………….800  Камило Хосе Села       Улей………………………………………………………………………………………………805  Мигель Делибес       Пять часов с Марио …………………………………………………………………….808  Хуан Гоймисоло       Особые приметы …………………………………………………………………………812  Указатель авторов произведений……………………………………………………….816  Указатель названий произведений…………………………………………………….818          Энциклопедическое издание  ВСЕ ШЕДЕВРЫ МИРОВОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ  СЮЖЕТЫ И ХАРАКТЕРЫ  Зарубежная литература XX века  Книга I (А-И)  Редакторы Н. Воробьева, Т. Громова Художественный редактор О. Адаскина Технический редактор Н. Новак Корректор Г. Казнина  Подписано в печать 29.04.97. Формат 70х100 l/l6 Гарнитура Лазурского. уса печ. а. 67,08. Тираж 11 000 экз. Заказ № 2695.  «Олимп». 123007, Москва, а/я 92 Лицензия ЛР № 07190 от 25.10.96.  000 «Издательство ACT». 366720, РИ, г. Назрань, ул. фабричная, 3. Лицензия ПИМ№01372 от 16.04.96.  Отпечатано с готовых диапозитивов в полиграфической фирме «Красный Пролетарий». 103473, Москва, ул. Краснопролетарская, 16.      В серию  «Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры» входят:  Зарубежная литература XX века (в 2 кн.)  Русский фольклор. Русская литература XI—XVIII веков Русская литература XIX века Русская литература XX века  Зарубежная литература древних эпох, средневековья и Возрождения  Зарубежная литература XVII—XVIII веков Зарубежная литература XIX века      ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА XX ВЕКА. Том 2-й.  КНИГА II  ОЛИМП • ACT • МОСКВА • 1997.    ББК 92х2 В 84  Общая редакция и составление доктора филологических наук Вл. И. Новикова  Редакторы Т. В. Громова, к. ф. н. Д Р. Кондахсазова  Художник В. А. Крючков  В 84 Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюже­ты и характеры. Зарубежная литература XX века. Книга II (И — Я):  Энциклопедическое издание. — М.: «Олимп»; 000 «Издательство ACT». 1997. — 768с.  ISBN 5—7390-0274-Х (общ.)  ISBN 5—7390-0396-2 («Олимп»)  ISBN 5— 7841-0443— 8 (000 «Издательство ACT»)  В книгу вошли краткие пересказы наиболее значительных произведений зарубежной ли­тературы XX в. Издание адресовано самому широкому читательскому кругу: ученикам стар­ших классов, абитуриентам, студентам, учителям и преподавателям, а также тем, кто просто любит литературу, кому свод пересказов поможет в поисках увлекательного чтения и в со­ставлении личных библиотек.  ББК 92х2   «Олимп»,1997      К читателю  «Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюже­ты и характеры» — первый в России опыт создания свода компакт­ных пересказов наиболее значительных произведений отечественной и зарубежной словесности.  Необходимость в книжном издании такого рода назрела давно. Современная культура нуждается в систематическом и вместе с тем доходчивом описании золотого фонда мировой литературы, сложив­шегося к концу XX века и второго тысячелетия.  Перед вами не только справочное издание, но и книга для чтения. Краткие пересказы, естественно, не могут заменить первоисточников, не могут дать целостное и живое представление о них. Именно к этому стремились все участники коллективного труда — литературо­веды, переводчики, прозаики.  Каждый том является самостоятельной книгой, а все вместе они составляют своеобразный атлас мирового литературного пространства от древнейших времен до наших дней. Основное место здесь занима­ют пересказы романов, повестей и драматургических произведений, менее полно представлена новеллистика. За пределами данного свода остались такие бессюжетные и не поддающиеся пересказу жанры, как лирическая поэзия, исторические и философские трактаты, ме­муары и публицистика. Вынося в название нашего издания слово  —  Более подробно принципы построения настоящего издания изложены а предисловии к тому «русская литература ХХ века».  6      «шедевры», мы имели в виду не только высшие достижения словес­ного искусства, но и более обширный массив литературных произве­дений, сохранивших духовно-эстетическую актуальность до наших дней.  Том «Зарубежная литература XX века» ввиду большого объема ма­териала выходит в двух книгах, однако и этого оказалось достаточно лишь для того, чтобы дать пересказы только наиболее известных про­изведений самых признанных мастеров. Здесь, как и в других томах, разделы, посвященные национальным литературам, размещены в ал­фавитном порядке: от австралийской литературы до испанской (пер­вая книга) и от итальянской литературы до японской (вторая кни­га). Внутри каждого раздела писатели представлены по хронологии рождения, а их произведения — по хронологии написания. Автор каждого пересказа обозначен под соответствующим текстом. В конце тома помещены алфавитные указатели авторов и названий произведе­ний.  Издание адресовано самому широкому читательскому кругу — ученикам старших классов, абитуриентам и студентам, учителям и преподавателям вузов, а также тем, кто просто любит литературу, кому свод пересказов поможет в поисках увлекательного чтения и со­ставлении личных библиотек.  д. ф. н. Вл. И. Новиков      ИТАЛЬЯНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА    Габриеле д’Аннуцио (Gabriele d’Annunzio) 1863-1938  Наслаждение (II piacere)  Роман (1889)  В декабре 1886 г. граф Андреа Сперелли ждет в своих покоях воз­любленную. Изысканная обстановка навевает воспоминания — этих вещей касались руки Елены, на эти картины и занавески падал взор Елены, запах этих цветов опьянял Елену. Когда она нагибалась к ка­мину, ее фигура напоминала Данаю Корреджо. Прошло два года, и Елена должна снова переступить порог комнаты. Великое прощание состоялось 25 марта 1885 г. Эта дата навеки врезалась в память Анд­реа. Отчего Елена уехала, зачем отреклась от любви, связавшей их на­веки? Теперь она замужем: через несколько месяцев после внезапного отъезда из Рима обвенчалась с английским аристократом.  Андреа слышит шаги по лестнице, шелест платья. Елена выглядит еще более соблазнительной, чем прежде, и при взгляде на нее юноша чувствует почти физическую боль. Она пришла, чтобы попрощаться. Прошлое не вернется никогда. Андреа покорно провожает ее до ка­реты, пытается в последний раз окликнуть, но она страдальческим жестом прижимает палец к губам и дает волю слезам, лишь когда экипаж трогается с места.  9      В роду Сперелли наследственными чертами были светскость, изя­щество речи, любовь ко всему утонченному. Граф Андрея достойно продолжал фамильную традицию. Одаренный огромной силой чувст­вительности, он расточал себя, не замечая постепенной убыли способ­ностей и надежд. Пока он был молод, пленительная юность искупала все. Его страстью были женщины и Рим. Получив значительное на­следство, он поселился в одном из самых красивых уголков великого города. Начиналась новая полоса в жизни. Донна Елена Мути была создана для него.  Она была невыразимо прекрасна. У нее был такой богатый тембр голоса, что самые банальные фразы приобретали в ее устах какое-то скрытое значение. Когда Андреа увидел первый проблеск нежности в ее глазах, он с восторгом сказал себе, что его ждет неизведанное на­слаждение. Уже на следующий день они улыбались друг другу, как влюбленные. Вскоре она отдалась ему, и Рим воссиял для них новым светом. Церкви Авентинского холма, благородный сад Святой Марии Приорато, колокольня Святой Марии в Космедине — все знали об их любви. Оба они не ведали меры в расточительности души и тела. Ему нравилось смыкать веки в ожидании поцелуя, и, когда губы ее прикасались к нему, он едва сдерживал Крик, А потом сам начинал осыпать ее мелкими частыми поцелуями, доводя до полного изнемо­жения ласками и заставляя сгорать в пламени страсти.  В первые дни после разлуки он так остро чувствовал приступы желания и боли, что, казалось, умрет от них. Между тем связь с Еленой Мути подняла его в глазах дам на недосягаемую высоту. Всеми женщинами овладела тщеславная жажда обладания. Андреа не устоял перед соблазном. Он переходил от одной любви к другой с неимовер­ной легкостью, и привычка к обману притупила его совесть. Известие о замужестве Елены растравило старую рану: в каждой обнаженной женщине он стремился найти идеальную наготу прежней возлюблен­ной. Ухаживая за донной Ипполитой Альбонико, граф Сперелли жес­токо оскорбил ее любовника и на дуэли получил удар шпагой в грудь.  Маркиза д’Аталета увезла двоюродного брата в свое поместье — выздоравливать или умирать. Сперелли выжил. Для него наступил пе­риод очищения. Вся суетность, жестокость и ложь его существования куда-то исчезли. Он вновь открывал для себя забытые впечатления Детства, снова предался искусству и начал слагать сонеты. Елена каза­лась ему теперь далекой, потерянной, мертвой. Он был свободен и ощущал желание отдаться более возвышенной, более чистой любви. В  10      начале сентября кузинасказала ему, что скоро к ней приедет погос­тить подруга. Мария Бандинелли совсем недавно вернулась в Италию вместе с мужем—полномочным министром Гватемалы.  Мария Феррес поразила юношу своей загадочной улыбкой, роскошными пышными волосами и голосом, словно бы сочетавшим два тембра — женский и мужской. Этот волшебный голос напоминал ему кого-то, и, когда Мария стала петь, аккомпанируя себе на рояле, он едва не заплакал. С этого момента им овладела потребность крот­кого обожания — он испытывал блаженство при мысли, что дышит тем же воздухом, что и она. Но ревность уже зашевелилась в его сердце: все мысли Марии были заняты дочерью, а ему хотелось цели­ком обладать ею — не телом ее, а душой, которая безраздельно при­надлежала маленькой Дельфине.   Мария Феррес осталась верна девичьей привычке ежедневно запи­сывать все радости, огорчения, надежды и порывы минувшего дня. У же через несколько дней после приезда в имение Франчески д’Аталета страницы дневника полностью занял граф Сперелли. Тщетно Мария уговаривала себя не поддаваться нахлынувшему чувству, взы­вая к благоразумию и мудрости. Даже дочь, всегда приносившая ей исцеление, оказалась бессильна — Мария любила впервые в жизни. Восприятие ее обострилось настолько, что Она проникла в тайну по­други — Франческа, была безнадежно влюблёна в своего кузена. Третьего октября произошло неизбежное — Андреа вырвал у Марии признание. Но перед отъездом она вернула ему томик Шелли, под­черкнув ногтем две строчки: «Забудь меня, ибо мне никогда не стать твоей!»  Вскоре и Андреа покинул имение сестры. Друзья сразу же вовлек­ли его в омут светской жизни. Встретив на рауте одну из былых лю­бовниц, он одним прыжком погрузился в пучину наслаждения. В канун Нового года он столкнулся на улице с Еленой Мути. Первым движением его души было воссоединиться с ней — вновь покорить ее. Затем пробудились сомнения, и он проникся уверенностью, что прежнее чудо не воскреснет. Но когда Елена пришла к нему, чтобы бросить жестокое «прощай», он вдруг почувствовал неистовую жажду сокрушить этот идол.  Сперелли знакомится с мужем Елены. Лорд Хисфилд внушает ему ненависть и отвращение — тем сильнее желает он овладеть прекрас­ной- женщиной, чтобы пресытиться ею и навсегда освободиться от нее, ведь всеми его помыслами владеет теперь Мария. Он пускает в  11      ход самые изощренные уловки с целью завоевать новую возлюблен­ную и вернуть прежнюю. Ему даровано редчайшее, великое женское чувство — истинная страсть. Сознавая это, он становится палачом самого себя и бедного создания. Они гуляют с Марией по Риму. На террасе виллы Медичи колонны испещрены надписями влюбленных, и Мария узнает руку Андреа — два года назад он посвятил стихотво­рение Гете Елене Мути.  Лорд Хисфилд показывает Андреа богатейшее собрание разврат­ных книг и похабных рисунков. Англичанин знает, какое действие они оказывают на мужчин, и с насмешливой улыбкой следит за быв­шим возлюбленным жены. Когда Андреа совершенно теряет голову, Елена презрительно отсылает его прочь. Оскорбленный до глубины души, он бросается прочь и встречает своего доброго ангела — Марию. Они посещают могилу любимого поэта Перси Шелли и в первый раз целуются. Мария настолько потрясена, что хочет умереть. И лучше бы она тогда умерла.  Становится известно, что полномочный министр Гватемалы ока­зался шулером и сбежал. Мария опозорена и разорена. Ей нужно уез­жать к матери, в Сиену. Она приходит к Андреа, чтобы подарить ему первую и последнюю ночь любви. Юноша набрасывается на нее со всем безумием страсти. Внезапно она вырывается из его объятий, ус­лышав уже. знакомое ей имя. Рыдающий Андреа пытается что-то объяснить, кричит и умоляет — ответом ему служит стук захлопнув­шейся двери. Двадцатого июня он приходит на распродажу имущест­ва полномочного министра Гватемалы и, задыхаясь от отчаяния, бродит по опустевшим комнатам.   Е.А. Мурлшкинцева      Луиджи Пиранделдо (Luigi Pirandello) 1867-1936  Покойный Маттиа Паскаль (II fu Mattia Pascal)  Роман (1904)  Маттиа Паскаль, бывший хранитель книг в библиотеке, завещанной неким синьором Боккамацца родному городу, пишет историю своей жизни. Отец Маттиа рано умер, и мать осталась с двумя детьми — шестилетним Роберто и четырехлетним Маттиа. Все дела вел управ­ляющий Батта Маланья, который вскоре разорил семью бывшего хо­зяина. После смерти первой жены немолодой Маланья женился на юной Оливе, к которой Маттиа был неравнодушен, но у них не было детей, и Маланья стал обижать Оливу, считая ее виноватой в этом. Олива подозревала, что дело тут не в ней, а в Маланье, но порядоч­ность мешала ей проверить свои подозрения. Приятель Маттиа Помино рассказывал ему, что влюблен в двоюродную племянницу Маланьи Ромильду. Ее мать хотела выдать девушку замуж за богача Маланью, но это не получилось, и теперь, когда Маланья стал раскаи­ваться в своей женитьбе на бездетной Оливе, замышляет новые  13      козни. Маттиа хочет помочь Помино жениться на Ромильде и сводит с ней знакомство. Он все время рассказывает Ромильде о Помино, но сам влюбленный так робок, что она в конце концов влюбляется не в него, а в Маттиа. Девушка столь хороша, что Маттиа не может усто­ять и становится ее любовником. Он собирается на ней жениться, и тут она неожиданно порывает с ним. Олива жалуется матери Маттиа на Маланью: он получил доказательства, что у них нет детей не по его вине, и торжествующе заявил ей об этом. Маттиа понимает, что Ро-мильда и ее мать гнусно обманули и его самого, и Маланью и в от­местку делает Оливе ребенка. Тогда Маланья обвиняет Маттиа в том, что тот обесчестил и погубил его племянницу Ромильду. Маланья го­ворит, что из жалости к бедной девушке хотел усыновить ее ребенка, когда он родится, но теперь, когда Господь послал ему в утешение за­конное дитя от собственной жены, он уже не может назвать себя отцом другого ребенка, который родится у его племянницы. Маттиа остается в дураках и вынужден жениться на Ромильде, так как ее мать грозит ему скандалом. Сразу после свадьбы отношения Маттиа с Ромильдой портятся. Она и ее мать не могут простить ему, что он обездолил свое законное дитя, ибо теперь все состояние Маланьи перейдет к ребенку Оливы. У Ромильды рождаются девочки-близне­цы, у Оливы — мальчик. .Одна из девочек умирает через несколько дней, другая, к которой Маттиа успевает очень привязаться, — не дожив до года. Помино, чей отец становится членом муниципалитета, помогает Маттиа получить место библиотекаря в библиотеке Боккамацци. Однажды после семейного скандала Маттиа, в руках которого случайно оказалась небольшая сумма денег, о которой не знают ни жена, ни теща, уходит из дому и отправляется в Монте-Карло. Там он идет в казино, где выигрывает около восьмидесяти двух тысяч лир. Самоубийство одного из игроков заставляет его одуматься, он пре­кращает игру и едет домой. Маттиа представляет себе, как его жена и теща поразятся неожиданному богатству, он собирается выкупить мельницу в Стиа и спокойно жить в деревне. Купив газету, Маттиа читает ее в поезде и натыкается на объявление о том, что на его ро­дине, в Мираньо, в мельничном шлюзе в Стиа найден сильно разло­жившийся труп, в котором все опознали библиотекаря Маттиа Паскаля, исчезнувшего несколько дней назад. Люди считают, что при­чиной самоубийства были денежные затруднения. Маттиа потрясен,  14      он -вдруг понимает, что совершенно свободен: все считают его мерт­вым — значит, у него нет теперь ни долгов, ни жены, ни тещи, и он может делать все, что ему заблагорассудится. Он радуется возможнос­ти; прожить как’бы две жизни и решает прожить их в двух разных обличьях. От прежней жизни у него останется только косящий глаз. Он выбирает себе новое имя: отныне его зовут Адриано Меис. Он меняет прическу, одежду, придумывает себе новую биографию, вы­брасывает обручальное Кольцо. Он путешествует, но вынужден жить скромно, так как должен растянуть свои деньги на всю оставшуюся жизнь: отсутствие документов лишает его возможности поступить на службу. Он не может даже купить собаку: за нее надо платить нало­ги, а для этого также необходимы документы.  Маттиа решает поселиться в Риме. Он снимает комнату у Ансель­мо Палеари — старого чудака, увлекающегося спиритизмом. Маттиа проникается большой симпатией к его младшей дочери Адриане — скромной доброй девушке, честной и порядочной. Зять Адрианы Теренцйо Папиано после смерти сестры Адрианы должен вернуть при­даное Ансельмо, так как его жена умерла бездетной. Он попросил у Ансельмо отсрочки и хочет жениться на Адриане, чтобы не возвра­щать деньги. Но Адриана боится и ненавидит грубого расчетливого зятя, она влюбляется в Маттиа Паскаля. Папиано уверен, что Маттиа богат, и хочет познакомить его с завидной невестой — Пепитой Пантогада, чтобы отвлечь его от Адрианы. Он приглашает Пепиту к Ансельмо на спиритический сеанс. Пепита приходит вместе с гувер­нанткой и испанским художником Бернальдесом.  Во время спиритического сеанса, в котором принимают участие все обитатели дома, у Маттиа из шкафчика исчезают двенадцать тысяч лир. Украсть их мог только Папиано.  Адриана предлагает Маттиа заявить в полицию, но он не может заявить о краже — ведь он никто, оживший мертвец. Не может он и жениться на Адриане, как он ни любит ее, — ведь он женат. Чтобы замять дело, он предпочитает соврать, будто деньги нашлись. Дабы не мучить Адриану, Маттиа решает вести себя так, чтобы Ад­риана разлюбила его. Он хочет начать ухаживать за Пепитой Панто­гада. Но ревнивый Бернальдес, которою Маттиа невзначай обидел, оскорбляет его, и кодекс чести обязывает Маттиа вызвать Бернальдеса на поединок. Д Маттиа не может найти секундантов — выясняется,  15      что для этого нужно соблюсти кучу формальностей, что невозможно сделать, не имея документов.  Маттиа видит, что его вторая жизнь зашла в тупик, и, оставив на мосту трость и шляпу, чтобы все подумали, будто он бросился в воду, садится в поезд и едет на родину.  От Адриано Меиса у него остается только здоровый глаз: Маттиа сделал операцию и уже не косит.  Приехав на родину, Маттиа первым делом навещает своего брата Роберто. Роберто потрясен и не верит своим глазам. Он рассказывает Маттиа, что Ромильда после его мнимого самоубийства вышла замуж за Помино, но теперь ее второй брак по закону будет считаться не­действительным, и она обязана вернуться к Маттиа. Маттиа этого со­всем не хочет: у Помино и Ромильды маленькая дочка — зачем разрушать их семейное счастье? Да он и не любит Ромильду. Помино и Ромильда поражены и растеряны, увидев Маттиа живым, ведь про­шло больше двух лет после его исчезновения. Маттиа успокаивает их:  ему ничего от них не нужно.  На улице никто не узнает Маттиа Паскаля: все считают его умер­шим.  Маттиа идет на кладбище, отыскивает могилу неизвестного, кото­рого все принимали за него, читает прочувствованную надпись на мо­гильном камне и кладет на могилу цветы.  Он поселяется в доме своей старой тетки. Время от времени он приходит на кладбище «поглядеть на себя — умершего и погребен­ного. Какой-нибудь любопытный спрашивает; «Но вы-то кто ему бу­дете?» В ответ Маттиа пожимает плечами, прищуривается и отвечает:  «Я и есть покойный Маттиа Паскаль».  С помощью дона Элиджо, сменившего Маттиа на посту храните­ля книг в библиотеке Боккамаоди, Маттиа за полгода излагает на бу­маге свою странную историю. В беседе с доном Элиджо он говорит, что не понимает, какую мораль можно из нее извлечь. Но дон Элид­жо возражает, что мораль в этой истории, несомненно, есть, и вот какая: «Вне установленного закона, вне тех частных обстоятельств, радостных или грустных, которые делают нас самими собой… жить невозможно».  О. Э. Гринберг 16      Шестеро персонажей в поисках автора (Sei personaggi in cerca d’autore)  Трагикомедия (1921)  Актеры приходят в театр на репетицию. Премьерша, как всегда, опаздывает. Премьер недоволен тем, что ему надо по ходу пьесы на­девать поварской колпак. Директор в сердцах восклицает: «…что вы от меня хотите, если Франция давно уже перестала поставлять нам хорошие комедии и мы вынуждены ставить комедии этого Пиранделло, которого понять — нужно пуд соли съесть и который, словно нарочно, делает все, чтобы и актеры, и критики, и зритель плева­лись?» Неожиданно в зале появляется театральный швейцар, а за ним — шесть персонажей во главе с Отцом, который объясняет, что они пришли в театр в поисках автора. Они предлагают Директору те­атра стать его новой пьесой. Жизнь полна таких несуразностей, кото­рые не нуждаются в правдоподобии, потому что они и есть правда, а создавать иллюзию правды, как это принято в театре, — чистое сума­сшествие. Автор дал жизнь персонажам, а потом раздумал или не смог возвести их в ранг искусства, но они хотят жить, они сами — драма и сгорают от желания представить ее так, как подсказывают им бушующие в них страсти.  Перебивая друг друга, .персонажи пытаются объяснить, в чем дело. Отец женился на Матери, но вскоре стал замечать, что она не­равнодушна к его секретарю. Он дал им обоим денег, чтобы они могли оставить его дом и жить вместе. Сына, которому в ту пору было два года, он отправил в деревню, где нанял ему кормилицу. Но Отец не терял из виду новую семью своей жены, пока она не уехала из города. У Матери родились еще трое детей: Падчерица, Мальчик и Девочка, которых законный Сын презирает за то, что они незакон­ные. После смерти своего сожителя Мать с детьми вернулась в род­ной город и, чтобы заработать хоть немного денег, стала шить. Но оказалось, что хозяйка модной лавки мадам Паче дает ей заказы только для того, чтобы вынудить Падчерицу заняться проституцией:  она говорит, что Мать испортила ткань, и вычитает из ее жалованья, поэтому Падчерица, чтобы покрыть вычеты, втайне от матери торгу­ет собой. Падчерица во всем обвиняет то Сына, то Отца, те оправды­ваются. Мать страдает и хочет всех примирить. Отец говорит о том,  17      что в каждом из участников драмы не одна, а множество видимос­тей, в каждом скрыта способность с одними быть одним, с другими другим, разговоры о цельности личности — чепуха. Сын, которого Падчерица считает во всем виноватым, говорит, что он —персонаж драматургически «нереализованный», и просит оставить его в покое. Персонажи ссорятся, и Директор считает, что только автор может восстановить порядок. Он готов посоветовать им обратиться к некое­му драматургу, но Отец предлагает Директору самому стать авто­ром — ведь все так просто, персонажи уже здесь, прямо перед ним.  Директор соглашается, и на сцене устанавливают декорации, изо­бражающие комнату в заведении мадам Паче. Директор предлагает персонажам провести репетицию, с тем чтобы показать актерам, как играть. Но персонажи хотят сами выступить перед публикой, таки­ми; какие они есть. Директор объясняет им, что это невозможно, на сцене их будут играть актеры: Падчерицу — Премьерша, Отца — Премьер и т. д. А пока персонажи разыграют драму перед актерами, которые будут зрителями. Директор хочет увидеть первую сцену: раз­говор Падчерицы с мадам Паче. Но мадам Паче среди персонажей, пришедших в театр, нет. Отец считает, что если подготовить сцену как следует, то это может привлечь мадам Паче, и она появится. Когда на сцене развешивают вешалки и шляпки, действительно появляется мадам Паче — толстая мегера в огненно-рыжем парике с вее­ром в одной руке и сигаретой в другой. Актеры при виде ее приходят в ужас и разбегаются, но Отец не понимает, почему во имя «вульгарного правдоподобия» нужно убить это «чудо реальности, ко­торое вызвано к жизни самой сценической ситуацией». Мадам Паче. на смеси итальянского с испанским объясняет Падчерице, что работа ее матери никуда не годится, и если Падчерица хочет, чтобы мадам Паче и впредь помогала их семье, ей нужно решиться пожертвовать собой. Услышав это, Мать с воплем бросается на мадам Паче, срыва­ет с ее.головы парик и швыряет на пол. С трудом успокоив всех, Ди­ректор просит Отца сыграть продолжение этой сцены. Отец входит, знакомится с Падчерицей, спрашивает ее, давно ли. она в заведении мадам Паче. Он предлагает ей в подарок нарядную шляпку. Когда Падчерица обращает его внимание на то, что она в трауре, он просит ее поскорее снять платье. Премьер и Премьерша пытаются повто­рить эту сцену. Отец и Падчерица совершенно неузнаваемы в их ис-  18      поднении, все гораздо приглаженное, внешне красивее, вся сцена идет под аккомпанемент голоса Суфлера. Персонажей смешит игра актеров. Директор решает в будущем не пускать персонажей на ре­петиции, а пока он просит их исполнить остальные сцены. Директор хочет убрать реплику Отца, где тот просит Падчерицу поскорее снять траурное платье: такой цинизм приведет публику в негодование. Пад­черица возражает, что это правда, но Директор считает, что в театре правда хороша только до известного предела. Падчерица обнимает Отца, но тут неожиданно в комнату врывается Мать, которая отры­вает Падчерицу от Отца с криком: «Несчастный, ведь это моя дочь!» Актеры и Директор взволнованы сценой, персонажи уверены, что главное — то, что именно так все и произошло на самом деле. Ди­ректор считает, что первое действие будет иметь успех.  На сцене новая декорация: уголок сада с небольшим бассейном. По одну сторону сцены сидят актеры, по другую — персонажи. Ди­ректор объявляет начало второго действия. Падчерица рассказывает, что вся семья вопреки желанию Сына переселилась в дом Отца. Мать объясняет, что всеми силами пыталась примирить Падчерицу с Сыном, но безуспешно. Отец вступает в спор с Директором об иллю­зии и реальности. Мастерство актеров заключается в том, чтобы со­здать иллюзию реальности, меж тем как у персонажей есть своя, другая реальность, персонаж всегда имеет собственную жизнь, отме­ченную характерными, ему одному присущими чертами, он реальнее обычного человека, особенно актера, который часто может быть и «никем». Реальность людей меняется, и сами они меняются, меж тем как реальность персонажей не меняется и сами они не меняются. Когда персонаж родился, он тотчас получает независимость, даже от автора, а иногда ему случается приобретать значение, какое автору и не снилось! Отец жалуется, что авторская фантазия произвела их на свет, а потом отказала им в месте под солнцем — вот они и пытают­ся постоять за себя. Они много раз просили автора взяться за перо, но безуспешно, и они отправились в театр сами. Директор продолжа­ет распоряжаться относительно декораций. Падчерице очень мешает Сын. Он готов покинуть сцену и пытается уйти, но у него ничего не получается, словно какая-то таинственная сила удерживает его на сцене. Видя это, Падчерица начинает безудержно хохотать. Сын вы­нужден остаться, но он не желает принимать участия в действии. Де-  19      вочка играет у бассейна. Мальчик прячется за деревьями, сжимая в руке револьвер. Мать входит в комнату Сына, хочет поговорить с ним, но он не желает ее слушать. Отец пытается заставить его выслу­шать Мать, но Сын сопротивляется, между Сыном и Отцом завязы­вается драка, Мать пытается их разнять, в конце концов Сын валит Отца на пол. Сын не хочет позориться на людях. Он говорит, что, от­казываясь играть, он всего лишь выполняет волю того, кто не поже­лал вывести их на сцену. Директор просит Сына просто рассказать лично ему, что произошло. Сын рассказывает, что, проходя через сад, увидел в бассейне Девочку, бросился к ней, но внезапно остановился, увидев Мальчика, который безумными глазами смотрел на утонувшую сестренку. Когда Сын доходит в своем рассказе до этого места, из-за деревьев, где прятался Мальчик, раздается выстрел. Мальчика уносят за кулисы.  Актеры возвращаются на сцену. Одни говорят, что Мальчик в самом деле умер, другие убеждены, что это только игра. Отец кричит:  «Какая там игра! Сама реальность, господа, сама реальность!» Дирек­тор выходит из себя, посылает всех к черту и просит дать свет.  Сцена и зал озаряются ярким светом. Директор раздражен: зря потерян целый день. Начинать репетицию слишком поздно. Актеры расходятся до вечера. Директор дает команду осветителю погасить свет. Театр погружается во тьму, после чего в глубине сцены, словно по оплошности осветителя, загорается зеленая подсветка. Появляются огромные тени персонажей, кроме Мальчика и Девочки. При виде их Директор в ужасе сбегает со сцены. На сцене остаются только персо­нажи.  О. Э. Гринберг  Генрих IV (Enrico IV)  Пьеса (1922)  Действие происходит на уединенной вилле в сельской Умбрии в нача­ле XX в. Комната воспроизводит убранство тронного зала Генриха IV, но справа и слева от трона — два больших современных портрета, один из которых изображает мужчину в костюме Генриха IV, дру­гой — женщину в костюме Матильды Тосканской. Трое юношей —  20      Ариальдо, Ордульфо и Ландольфо, — наряженных в костюмы XI в., объясняют четвертому, только что взятому на службу, как себя вести. Новичок — Бертольдо — никак не может понять, о каком Генрихе IV идет речь: французском или германском. Он думал, что должен изображать приближенного Генриха IV французского, и читал книги по истории XVI в. Ариальдо, Ордульфо и Ландольфо рассказывают Бертольдо о Генрихе IV германском, который вел ожесточенную борьбу с римским папой Григорием VII и под угрозой отлучения от церкви отправился в Италию, где в замке Каносса, принадлежавшем Матильде Тосканской, униженно просил прощения у палы. Юноши, начитавшись книг по истории, старательно изображают рыцарей XI в. Самое главное — отвечать в тон, когда Генрих IV обращается к ним. Они обещают дать Бертольдо книги по истории XI в., чтобы он быстрее освоился со своей новой ролью. Современные портреты, за­крывающие ниши в стене, где должны были бы стоять средневековые статуи, кажутся Бертольдо анахронизмом, но остальные объясняют ему, что Генрих IV воспринимает их совсем по-другому: для него это словно два зеркала, отражающие ожившие образы средних веков. Бертольдо все это кажется слишком заумным, и он говорит, что не хочет сойти с ума.  Входит старый камердинер Джованни во фраке. Юноши начина­ют в шутку прогонять его как человека другой эпохи. Джованни велит им прекратить игру и объявляет, что прибыл хозяин замка маркиз ди Нолли с доктором и еще несколькими людьми, среди ко­торых маркиза Матильда Спина, изображенная на портрете в костю­ме Матильды Тосканской, и ее дочь Фрида, невеста маркиза ди Нолли. Синьора Матильда смотрит на свой портрет, написанный двад­цать лет назад. Теперь он кажется ей портретом ее дочери Фриды. Барон Белькреди, любовник маркизы, с которым она без конца пи­кируется, возражает ей. Мать маркиза ди Нолли, умершая месяц назад, верила, что ее сумасшедший брат, вообразивший себя Генри­хом IV, выздоровеет, и завещала сыну заботиться о дяде. Молодой маркиз ди Нолли привез врача и друзей в надежде вылечить его.  Двадцать лет назад компания молодых аристократов решила для развлечения устроить историческую кавалькаду. Дядя маркиза ди Нолли нарядился Генрихом IV, Матильда Спина, в которую он был влюблен, — Матильдой Тосканской, Белькреди, который придумал  21      устроить кавалькаду и который тоже был влюблен в Матильду Спина, ехал позади них. Вдруг конь Генриха IV встал на дыбы, всадник упал И ударился затылком. Никто не придал этому большого значения, но, когда он пришел в себя, все увидели, что он воспринимает свою роль всерьез и считает себя настоящим Генрихом IV. Сестра сумасшедше­го и ее сын много лет угождали ему, закрывая глаза на его безумие, но теперь доктор задумал представить Генриху IV одновременно мар­кизу и ее дочь Фриду, как две капли воды похожую на мать, какой она была двадцать лет назад, — он считает, что такое сопоставление даст больному возможность ощутить разницу во времени и вообще излечит его. Но для начала все готовятся предстать перед Генрихом IV в средневековых костюмах. Фрида будет изображать его жену Берту из Сузи, Матильда— ее мать Аделаиду, доктор — епископа Гуго Клюнийского, а Белькреди — сопровождающего его монаха-бе­недиктинца.  Наконец Ариальдо возвещает о приходе императора. Генриху IV около пятидесяти лет, у него крашеные волосы и ярко-красные пятна на щеках, как у кукол. Поверх королевского платья на нем одеяние кающегося, как в Каноссе. Он говорит, что раз на нем одежда каю­щегося, значит, ему сейчас двадцать шесть лет, его мать Агнеса еще жива и рано оплакивать ее. Он вспоминает различные эпизоды «своей» жизни и собирается просить прощения у папы Григория VII. Когда он уходит, взволнованная маркиза почти без чувств падает на стул. Под вечер того же дня доктор, маркиза Спина и Белькреди об­суждают поведение Генриха IV. Доктор объясняет, что у сумасшед­ших своя психология: они могут видеть, что перед ними — ряженые, и в то же время верить, как дети, для которых игра и реальность — одно и то же. Но маркиза убеждена, что Генрих IV ее узнал. И она объясняет недоверие и неприязнь, которые Генрих IV почувствовал к Белькреди, тем, что Белькреди — ее любовник. Маркизе кажется, что речь Генриха IV была полна сожалений о его и ее юности. Она счита­ет, именно несчастье заставило его надеть маску, от которой он хочет, но не может избавиться. Видя глубокое волнение маркизы, Белькреди начинает ревновать. Фрида примеряет платье, в котором ее мать изображала Матильду Тосканскую в пышной кавалькаде.  Белькреди напоминает присутствующим, что Генрих IV должен «перепрыгнуть» не-двадцать лет, прошедшие со времени несчастного  22      случая, а целых восемьсот, отделяющие настоящее время от эпохи Генриха IV, и предостерегает, что это может плохо кончиться. Преж­де чем разыграть задуманный спектакль, маркиза и доктор собирают» ся попрощаться с Генрихом IV и убедить его, что они уехали. Генрих IV Очень боится враждебности Матильды Тосканской, союзницы папы Григория VII, поэтому маркиза просит напомнить ему, что Матильда Тосканская вместе с аббатом Клюнийским просила за него папу Григория VII. Она была вовсе не так враждебно настроена по Отношению к Генриху IV, как казалось, и во время кавалькады изо­бражавшая ее Матильда Спина хотела обратить на это внимание Ген­риха IV, чтобы дать ему понять: хотя она над ним и насмехается, но на самом деле неравнодушна к нему. Доктор в костюме Клюнийского аббата и Матильда Спина в костюме герцогини Аделаиды проща­ются с Генрихом IV. Матильда Спина говорит ему о том, что Матильда Тосканская хлопотала за него перед папой, что она не враг, а друг Генриха IV. Генрих IV взволнован. Улучив момент, Матильда Спина спрашивает Генриха IV: «Вы все еще любите ее?» Генрих IV растерян, но, быстро овладев собой, упрекает «герцогиню Аделаиду» в том, что она предает интересы своей дочери: вместо того чтобы го­ворить с ним о его жене Берте, она без конца твердит ему о другой женщине. Генрих IV говорит о предстоящей встрече с папой римским, о своей жене Берте из Сузи. Когда маркиза и доктор уходят, Генрих IV поворачивается к своим четырем приближенным, лицо его совершенно меняется, и он называет недавних гостей шутами. Юноши изумлены. Генрих IV говорит, что дурачит всех, прикидыва­ясь сумасшедшим, и все в его присутствии становятся шутами. Ген­рих IV возмущен: Матильда Спина посмела явиться к нему вместе со своим любовником, и при этом еще думает, что проявила сострадание К бедному больному. Выясняется, что Генрих IV знает Настоящие имена юношей. Он предлагает им вместе посмеяться над теми, кто верит, будто он сумасшедший. Ведь те, кто не считают себя сума­сшедшими, на самом деле ничуть не более нормальны: сегодня им кажется истинным одно, завтра — другое, послезавтра — третье. Генрих IV знает, что, когда он уходит, на вилле горит электрический свет, Но притворяется, что не замечает этого. И сейчас он хочет за­жечь свою масляную лампу, электрический свет слепит ему глаза. Он говорит Ариальдо, Аандольфо, Ордульфо и Бертольдо, что они напрас-  23      но разыгрывали перед ним комедию, им надо было создать иллюзию для самих себя, почувствовать себя людьми, живущими в XI в., и на­блюдать оттуда, как через восемьсот лет люди XX столетия мечутся в плену неразрешимых проблем. Но игра закончена — теперь, когда юноши знают правду, Генрих IV уже не сможет продолжать свою жизнь в образе великого короля.  Слышен стук в заднюю дверь: это пришел старый камердинер Джованни, изображающий монаха-летописца. Юноши начинают смеяться, но Генрих IV останавливает их: нехорошо смеяться над ста­риком, делающим это из любви к хозяину. Генрих IV начинает дик­товать Джованни свое жизнеописание.  Пожелав всем спокойной ночи, Генрих направляется через трон­ный зал в свою опочивальню. В тронном зале на месте портретов, в точности воспроизводя их позы, стоят Фрида в костюме Матильды Тосканской и маркиз ди Нолли в костюме Генриха IV. Фрида окли­кает Генриха IV; он испуганно вздрагивает. Фриде становится страш­но, и она начинает кричать как безумная. Все, кто находится на вилле, спешат к ней на помощь. Никто не обращает внимания на Генриха IV. Белькреди рассказывает Фриде и маркизу ди Нолли, что Генрих IV давно выздоровел и продолжал играть роль, чтобы посме­яться над ними над всеми: четверо юношей уже успели разгласить его тайну. Генрих IV смотрит на всех с негодованием, он ищет спо­соб отомстить. У него вдруг появляется мысль снова погрузиться в притворство, коль скоро его так коварно предали. Он начинает гово­рить маркизу ди Нолли о своей матери Агнесс. Доктор считает, что Генрих IV опять впал в безумие, Белькреди же кричит, что он снова начал разыгрывать комедию. Генрих IV говорит Белькреди, что он хотя и выздоровел, но ничего не забыл. Когда он упал с лошади и ударился головой, то действительно сошел с ума, и это продолжалось двенадцать лет. За это время его место в сердце любимой женщины занял соперник, вещи изменились, друзья изменили. Но вот в один прекрасный день он словно очнулся, и тогда почувствовал, что не может вернуться к прежней жизни, что он придет «голодный, как волк, на пир, когда все уже убрано со стола».  Жизнь ушла вперед. И тот, кто сзади тайком уколол лошадь Ген­риха IV, заставив ее встать на дыбы и сбросить всадника, спокойно жил все это время. (Маркиза Спина и маркиз ди Нолли поражены:  24      даже они не знали, что падение Генриха IV с лошади было неслучай­ным.) Генрих IV говорит, что решил остаться сумасшедшим, чтобы испытать наслаждение особого рода: «пережить в просветленном со­знании свое безумие и этим отомстить грубому камню, разбившему ему голову». Генрих IV сердится, что юноши рассказали о его выздо­ровлении. «Я выздоровел, господа, потому что прекрасно умею изо­бражать сумасшедшего, и делаю это спокойно! Тем хуже для вас, если вы с таким волнением переживаете свое сумасшествие, не со­знавая, не видя его», — заявляет он. Он говорит, что не участвовал в той жизни, в которой Матильда Спина и Белькреди состарились, для него маркиза навсегда такая, как Фрида. Маскарад, который Фриду заставили разыграть, отнюдь не шутка для Генриха IV, скорее это всего лишь зловещее чудо: портрет ожил, и Фрида теперь принадле­жит ему по праву. Генрих IV обнимает ее, смеясь, как сумасшедший, но когда Фриду пытаются вырвать из его объятий, он вдруг выхваты­вает у Ландольфо шпагу и ранит Белькреди, не поверившего, что он сумасшедший, в живот. Белькреди уносят, и вскоре из-за кулис разда­ется громкий вопль Матильды Спина. Генрих IV потрясен, что его собственная выдумка обрела жизнь, заставив его совершить преступ­ление. Он зовет своих приближенных — четырех юношей, словно желая защититься: «Мы останемся здесь вместе, вместе… и навсегда!»  О. Э. Гринберг      Эдуардо де Филиппо (Eduardo de Filippo) 1900-1980  Филумена Мартурано (Felumena Marturano)  Пьеса (1946)  Действие происходит в Неаполе в богатом доме пятидесятидвухлетне­го дона Доменико Сориано, успешного предпринимателя. В комнате находятся сам дон Доменико, донна Филумена Мартурано, женщина, с которой он жил последние двадцать лет, донна Розалия Солимене, семидесятилятилетняя старушка, разделявшая самые горестные мину­ты в жизни Филумены, а также Альфредо Аморозо, пожилой слуга дона Доменико. Когда-то дон Доменико взял Филумену к себе из самых низших слоев неаполитанского общества; в то время она рабо­тала в доме терпимости. После смерти его жены, через два года их знакомства, Филумена понадеялась, что дон Доменико женится на ней, но этого не произошло. Так и жила она в его доме вместе с Ро­залией Солимене в роли полулюбовницы-полурабыни, а кроме того, проверяла работу его фабрик и магазинов, пока сам хозяин развле­кался в Лондоне и в Париже, на скачках и с женщинами. Наконец Филумена решила положить конец своему бесправному положению:  она притворилась, что страшно больна, что у нее предсмертная аго­ния, позвала священника якобы для последнего причастия, а затем  26      попросила дона Доменико исполнить желание умирающей и позво­лить ей, находящейся на смертном одре, сочетаться с ним узами брака. Как только дон Доменико выполнил ее просьбу, Филумена тут же вскочила с постели в добром здравии и объявила ему, что теперь они муж и жена. Дон Доменико понял, что попался на ее удочку и находится полностью в ее власти. Теперь он в ярости и обещает, что не пожалеет ни денег, ни сил, чтобы уничтожить и раздавить ковар­ную.  Во время гневной перебранки Филумена обвиняет Доменико в том, что тот всегда обращался с ней низко, и даже когда думал, что она при смерти, у ее же постели, целовался с какой-то девицей, ко­торую ввел в дом под видом медсестры. В конце своей обвинитель­ной речи Филумена заявляет, что у нее трое сыновей, о которых Доменико не знает, и, чтобы их вырастить, она часто воровала у него деньги, а теперь добьется того, что и они станут носить фамилию Сориано. Доменико и Альфредо ошеломлены. Розалии же давно об этом было известно. Филумена просит Доменико не очень пугаться, ибо дети не его и уже взрослые. Она часто с ними видится, но сыно­вья не знают, что она их мать. Один из них с ее помощью стал водо­проводчиком, у него своя мастерская, он женат и имеет четверых детей. Второй, его зовут Риккардо, держит магазин мужского белья; третий, Умберто, стал бухгалтером и даже пишет для газеты рас­сказы.  Альфредо растерянно сообщает, что пришли официанты из ресто­рана И принесли ужин, который заказал Доменико утром, думал, что к вечеру уже станет вдовцом и сможет весело провести время с мо­лоденькой Дианой, как раз с той, с которой целовался у постели «умирающей» Филумены. Вскоре появляется и сама Диана. Она же­манно элегантна и смотрит на всех сверху вниз. Сначала она не заме­чает Филумену, болтает о своих планах, но, увидев ее, встает и дятится назад, Филумена обращается с ней довольно резко и выпро­важивает вон. Доменико клянется, что, пока он жив, ноги сыновей Филумены не будет в его доме, но она уверена, что он сделал это на­прасно, ибо знает, что не сможет сдержать своего слова; когда-ни­будь, если он не хочет умереть проклятым, ему придется просить, у нее милостыню. Доменико ей не верит и по-прежнему грозит с ней расправиться.   На другой день Альфредо, всю ночь просидевший рядом с доном Доменико у парапета памятника Караччоло, кашляет и просит слу-  27      жанку Лючию принести ему кофе. Пока он ждет, из комнаты Филумены выходит Розалия. Она должна по поручению своей хозяйки от­править три письма. Альфредо пытается узнать, кому они адресованы, но Розалия строго хранит доверенную тайну. Вернувшийся с улицы дон Доменико сам выпивает предназначавшийся Альфредо кофе к большому неудовольствию своего слуги. Вскоре из спальни выходит Филумена и распоряжается приготовить две комнаты для двух своих холостых сыновей. Женатый остается жить там, где жил раньше. Лючии приходится перебираться на кухню со всеми своими вещами.  Пока женщины заняты приготовлениями, в дом заходят Диана и адвокат Ночелла. Они желают переговорить с доном Доменико, и все втроем удаляются в кабинет хозяина. Тем временем в столовую захо­дит Умберто, один из сыновей Филумены, и что-то пишет. Появив­шийся следом за ним Риккардо не обращает на него ни малейшего внимания и тут же начинает заигрывать с Лючией. Последним вхо­дит Микеле, третий сын. Риккардо ведет себя довольно вызывающе;  его манера держаться доводит до того, что Микеле оказывается вы­нужден с ним подраться. Умберто пытается их разнять. За этой пота­совкой и застает их Филумена. Она хочет с ними серьезно поговорить, но этому препятствует вторжение довольного Доменико, Дианы и адвоката. Адвокат Ночелла объясняет Филумене, что посту­пок ее был противозаконным и что она не имеет на дона Доменико никаких прав. Филумена верит словам адвоката, но зовет с террасы троих молодых людей, рассказывает им о своей жизни и признается, что является их матерью. Все трое очень взволнованы. Микеле рад, что у его детей появилась бабушка, о которой они так давно расспра­шивали. Раз Филумена собирается покинуть дом дона Доменико, он предлагает ей переехать к нему. Она согласна, но просит сыновей по­дождать ее внизу.  Оставшись наедине с Доменико, она сообщает ему, что один из этих молодых людей его сын. Говорить, который именно, она отказы­вается. Он не верит ей, будучи убежден, что если бы она когда-либо ждала от него ребенка, то обязательно бы воспользовалась этим, чтобы женить его на себе. Филумена же отвечает, что если бы он знал о предполагаемом ребенке, то заставил бы его убить. Теперь если его сын и жив, то это только ее заслуга. Напоследок она предуп­реждает Доменико, что если дети узнают, что он отец одного из них, то убьет его.  28      Через десять месяцев после предыдущих событий дон Доменико, успевший развестись с Филуменой, теперь уже по-настоящему соби­рается на ней жениться. За это время он очень изменился. Нет боль­ше ни властных интонаций, ни жестов. Он стал мягким, почти покорным.  В комнате появляются трое сыновей Филумены, пришедшие на ее свадьбу. Пока нет их матери, Доменико беседует с ними, пытаясь по их поведению и привычкам определить, кто же из них его сын. Од­нако сделать выбор ему сложно, поскольку всем им, как и ему, нра­вятся девушки, но ни один из них не умеет петь, хотя сам Доменико В молодости, собираясь с друзьями, любил петь, тогда в моде были се­ренады, Из своей комнаты выходит Филумена; она в свадебном пла­тье, очень хороша и выглядит помолодевшей. Доменико просит молодых людей вместе с Розалией пройти в столовую и что-нибудь выпить, а сам возобновляет с невестой разговор на давно терзающую его тему: его интересует, кто же из троих — его сын. Он просит у нее «милостыни», которую и предрекала Филумена.  Все эти десять месяцев он приходил к ней, в дом к Микеле, и пы­тался с ней поговорить, но ему все время отвечали, что Филумены нет дома, пока, наконец, он не пришел и не предложил ей выйти за него замуж, потому что понял, что любит ее и не может без нее жить. Теперь, перед свадьбой, он желает узнать правду. Филумена устраивает Доменико испытание: сначала она признается, что сыном его является Микеле, водопроводчик. Доменико сразу же пытается придумать что-то, что могло бы улучшить его сыну жизнь. Затем она уверяет его, что его сын Риккардо, а потом признается, что — умберто, но правды так и не говорит. Она доказала ему, что, если До­менико узнает, кто его настоящий сын, то будет выделять его и больше любить, а остальные будут страдать или даже убьют друг друга. Их семья слишком поздно обрела полноту, и теперь ее надо ценить и беречь. Доменико соглашается с Филуменой и признает, что дети есть дети, чьи бы они ни были, это огромное счастье; пусть все останется по-прежнему и каждый пойдет своей дорогой. После цере­монии бракосочетания Доменико обещает молодым людям, что будет любить их одинаково сильно, и сияет от счастья, когда все трое, про­щаясь, называют его папой.  Е. В. Семина  29      Неаполь — город миллионеров (Napoli millionaria!)  Пьеса (1950)  Действие разворачивается в 1942 г., в конце второго года войны в Италии. Семья Йовине, состоящая из пятидесятилетнего Дженнаро Йовине, его жены Амалии, красивой тридцатисемилетней женщины, их детей — старших Марии Розарии и Амедео и младшей Риты, живет в небольшой, грязной и закоптелой квартирке на первом этаже. В период фашистского режима они существуют на деньги, по­лученные от работы «подпольной кофейни», которую содержат в своей квартире, и на доходы от торговли продуктами на черном рынке.  Амедео, молодой человек лет двадцати пяти, работает в газовой компании, а его сестра Мария Розария помогает матери дома. Утром, когда Амедео собирается на работу, негодуя на отца, съевше­го его порцию макарон, на улице слышны громкие крики: это Амалия Йовине ругает свою соседку донну Виченцу, которая решила создать ей конкуренцию и тоже открыла кофейню в доме напротив, причем берет за чашку кофе на поллиры дешевле. В кофейню к Ама­лии приходят первые посетители: Эррико Красавчик и Пеппе Дом­крат. Это два шофера, бездельничающие вследствие запрета поль­зоваться автотранспортом. Внешность Эррико Красавчика оправдыва­ет его прозвище — он красив, красив в духе неаполитанской улицы, ему лет тридцать пять, он крепкого телосложения, охотно и добро­душно улыбается, но всегда с видом покровителя. Он производит впе­чатление симпатичного мошенника. Пеппе Домкрат более вульгарен и не так хитер, но зато сильнее, он может поднять автомобиль одним плечом, за что ему и дали прозвище Домкрат. Он больше слушает и размышляет. Следом за ними входит дон Рикардо. Это состоятельный служащий, бухгалтер. Он держится скромно, но с достоинством. Все с почтением отвечают на его приветствие. Он пришел приобрести у Амалии кое-какие продукты для больной жены и детей. Из-за не­хватки денег ему приходится расстаться с золотой сережкой жены, в которую вправлен бриллиант.  Дон Дженнаро удивлен, что в их доме есть продукты, которые не­возможно достать по карточкам. Он против того, чтобы в его семье кто-то занимался спекуляцией. Амалия, однако, отвечает, что с пере­продажи ничего не имеет, а просто оказывает услугу Эррико Красав-  30      чику, который оставляет у нее партии товара. Вот и недавно он при­вез большое количество продуктов, среди которых сыр, сахар, мука, свиное сало и два центнера кофе, который Амалия засыпала в ниж­ний матрац. Вбегает испуганный Амедео, который уже успел со своим приятелем Федерико отправиться, на работу, и сообщает, что донна Виченца через час после ссоры с Амалией решила подставить конкурентку и донести на нее карабинерам. Ее угрозы слышала и донна Аделаида, соседка Амалии, которая теперь во всех подробнос­тях пересказывает речь донны Виченцы.

 Семейство Йовине, однако, не впадает в панику, а начинает при­водить в исполнение заранее подготовленный план, целью которого является введение карабинеров в заблуждение. Дон Д^  Издали раздается сигнал сирены, возвещающий о налете вражес­кой авиации. Помощники Чаппы убегают в убежище, некоторые из собравшейся в комнате компании следуют за ними. Тогда Чаппа, вос­хищенный выдержкой донна Дженнаро, обещает ему, что если тот встанет, то он не станет ни арестовывать его, ни делать обыск. Джен­наро встает, и бригадир, довольный тем, что не ошибся, сдерживает свое слово. Затем под искреннее восхищение присутствующих вели­кодушным бригадиром Чаппа уходит. .  Следующие события пьесы происходят уже после высадки англо­американских войск. Комната донны Амалии блещет чистотой и рос­кошью. Сама Амалия тоже стала совсем другой: она нарядная, обвешана драгоценностями и выглядит моложе. Она готовится ко дню рождения Эррико Красавчика, который будут праздновать вече-  31      ром у нее в кофейне. По оживленному движению в переулке создает­ся впечатление, что наступила «свобода» и съестные припасы прода­ются в изобилии.  Дон Дженнаро пропал полтора года тому назад после одного из налетов авиации. С тех пор о нем ничего не было слышно.  За Марией Розарией заходят две подруги, с которыми она собира­ется вечером пойти на свидание. Девушки встречаются с американ­скими солдатами и уверены, что выйдут за них замуж, когда их возлюбленные соберут все необходимые для свадьбы документы. Воз­можность, что молодые люди уедут в Америку без них, девушек не пугает; из их переглядываний и недомолвок видно, что через опреде­ленную, недозволительную черту в отношениях со своими возлюблен­ными девушки уже переступили, Они уходят.  В кофейне появляется Эррико. Теперь он архимиллионер и одет шикарно. То, что он кумир женщин квартала, ему хорошо известно и льстит его самолюбию. Он ведет с Амалией дела, но нравится она ему и как женщина. Он желает переговорить с ней о чем-то важном, но им постоянно кто-то мешает. В помещение заходит дон Риккардо, он похудел, побледнел, одет бедно, вид у него жалкий. Несколько месяцев назад он потерял работу и теперь едва сводит концы с кон­цами. Прежде у него было две квартиры и дом. Квартиры он вынуж­ден был продать (их купила Амалия), а дом заложить (деньги в залог с правом выкупа в течение полугода дала ему также она). Срок вы­купа прошел, но Риккардо просит Амалию пойти на уступки и про­длить его. Та обращается с ним безжалостно и резко, напоминая ему о временах, когда он со своей семьей пользовался дорогими магазина­ми, а ее дети ели похлебку из гороховой шелухи. Риккардо унижен и, бормоча что-то, уходит. Красавчик же в очередной раз пробует убе­дить Амалию стать его возлюбленной. Амалия неравнодушна к Кра­савчику, но поддаться своему желанию не может. Три дня назад она получила письмо, адресованное Дженнаро, от человека, который весь последний год был с ним. Дженнаро должен вернуться. Их беседу прерывают появившийся внезапно с улицы Федерико, а затем и Амедео.  Мария Розария грустная возвращается с несостоявшегося свида­ния: ее возлюбленный уже уехал в Америку. Она признается матери, что совершила непоправимый проступок; мать устраивает дочери скандал и бьет ее. На пороге дома появляется дон Дженнаро, за ко­торым уже следует целая толпа потрясенных соседей. Он был в конц-  32      лагере, бежал, прошел по всей Европе и теперь рад, что вернулся домой и видит родных. Во время празднования дня рождения никто не желает слышать о том, что пришлось пережить Дженнаро, и он под предлогом усталости уходит в комнату к Ритучче.  На следующий день к девочке вызывают врача, который говорит, что если не достать одного лекарства, то девочка умрет. Никто не может достать этого лекарства. Даже на черном рынке его нет. Амалия в отчаянии. Узнав о том, что Йовине нужно спасать ребенка, в кофейню приходит Риккардо, у которого случайно оказалось нужное лекарство, и бесплатно отдает его Амалии. Поведение и слова Рик­кардо заставляют ее задуматься о своем бессердечном поведении по отношению к нему. Дженнаро усугубляет ее терзания, называя без­умием ее погоню за большими деньгами, за драгоценностями.  Амедео, связавшийся с Пеппе Домкратом и помогавший ему уго­нять машины, одумывается, прислушавшись к словам отца, и счастли­во избегает тюрьмы, хотя бригадир Чалпа и поджидал его на месте преступления. Марию Розарию, признавшуюся отцу в своем грехе, Дженнаро прощает. Амалии он также облегчает душу и вселяет веру, что она. еще сможет стать порядочным человеком.  Е. В. Семина  

Do NOT follow this link or you will be banned from the site! Пролистать наверх